и неизвестно, получится ли вообще такое провернуть. Я провёл ритуал, показывающий, где находится тот или иной человек. В данном случае Аврора.

— А мне покажешь?

— Да, после ужина проведём ритуал. Как раз подучу тебя чувствовать свою магию, — легко соглашается архонт.

— Отлично, — улыбаюсь лучезарно и жду не дождусь конца ужина. Интересно, если вскочу и потяну мужа сейчас, это нарушит этикет двуликих?

Я не проверяю и не вскакиваю. Да и ужин заканчивается довольно быстро. Примерно через минут двадцать альфа-муж встаёт и завершает трапезу. За ним сразу же поднимаются и беты.

Обнявшись, мы прогулочным шагом идём в сторону нашего дома. С улыбкой наблюдаю за детьми. Дети Лауры так легко влились в компанию двуликой малышни. Носятся, громко кричат и смеются.

Самбелл, заметив нас, оставляет компанию новых друзей и бежит ближе. Мы останавливаемся в ожидании ребёнка.

— Яра, Яра, а ты можешь позвать Волшебника? — запыхавшись, подпрыгивает мальчишка.

— Он только раз в год, в определённое полнолуние прилетает, — качаю головой.

— Да, в Валлион. Но мы ведь в Нордвелле. Я узнавал, к ним он не прилетал! — восклицает Самбелл.

К нам подходят его друзья. Двуликие дети чуть крупнее человеческих. И глаза бликуют, как у кошек. Хотя почему как? Они ведь кошки, большие, хищные.

— Даже не знаю, — оглядываюсь на мужей.

— Он не прилетал, потому что к нам нельзя чужакам, — замечает один из парнишек. — Тем более магам.

— Волшебник не маг! — защищает выдуманного персонажа Самбелл, тут же воинственно разворачиваясь.

— Если создаёт магию, значит, маг.

— Волшебник действительно не маг, — мягко замечаю, пихнув Хантера. — Он творит добро и веселье.

— Думаю, мы позволим этому Волшебнику прилететь в Нордвелл, — задумчиво тянет Хантер, поглядывая насмешливо.

— Правда? — скептически прищуривается маленький оборотень.

— Да. И маги нам не враги, Дорн. У нас врагов нет, запомните это, — назидательно продолжает альфа.

— Конечно нет, мы самые сильные! — фыркает мальчишка, и дети убегают вновь играть.

— Ты вправду дашь мне устроить очередной детский праздник? — спрашиваю я.

— Почему нет? Тебя это радует и доставляет удовольствие, не вижу причин запрещать, — пожимает плечами Хантер.

— И ты опять переоденешься в Волшебника?

— Меня сразу узнают, — усмехается муж, приобнимая и подталкивая. — От оборотней никакой магией не скроешься. Себ сыграет.

Поворачиваю голову к идущему с другого бока молчаливому архонту. Маг закатывает глаза и издаёт полный страдания полустон-полувздох.

— Во что ты меня втягиваешь, Хантер!

— Если не хочешь… — начинаю я, подумав о Ширеке. Лаура, думаю, согласится, видела ведь, как радовались дети.

— Я сыграю Волшебника только один раз, — перебивает он, стискивая крепче.

— Спасибо, — улыбаюсь самой обаятельной улыбкой из своего арсенала. — Значит, в следующее полнолуние устроим ещё один Новый год.

Дойдя до дома, мы прячемся в кабинете Хантера на первом этаже. Сам альфа уходит по важным клановым делам. А Себастьян готовится к ритуалу.

— Пока расставь на столе свечи, я за книгой, — говорит он, показывая на четыре свечи, стоящие в шкафу с книгами.

Выполняю поручение и нервно кружу по кабинету. Осматриваю корешки книг и жалею, что замок Себастьяна разрушен. Точнее, жалею о потере огромной коллекции книг. У мага такая обширная библиотека была. Даже любовные романы были. У оборотня книг поменьше.

— Готова? — спрашивает архонт, заходя с небольшой наплечной сумкой. Кивнув, подхожу к столу.

Муж зажигает свечи, садится в массивное кресло оборотня, меня на коленях устраивает. Вынимает из сумки потрёпанную книгу, чашу и другие ингредиенты. И начинает творить «вуду».

Произнося длинное витиеватое заклинание, он переплетает наши пальцы и выпускает магию.

— Закрой глаза, я покажу тебе истинную Аврору Дэлейн, — шепчет в ухо. Возбуждающе, чёрт возьми. Аж внутренности жаром наполняются. Или это от его магии такой эффект?

Послушно прикрываю веки. Сначала ничего не происходит. Темно, тихо, лишь тёплое дыхание щекочет шею. Но через несколько секунд в моей темноте появляется тонкий свет. Он разрастается и открывается картинка.

Моя квартира, моя прихожая. И перед открытой входной дверью стою я, точнее моё тело, в каком-то жутком странном платье в пол. Никогда таких платьев не носила. На пороге квартиры стоит бывший муж. Дима, ага. С большим, нет, с огромным букетом роз на длинных стеблях. Там бутонов не меньше ста точно. Эту охапку он протягивает мне. То есть ей. Авроре!

Девушка принимает букет и отступает. А бывший муж… опускается на одно колено и показывает ещё бархатный футляр с огроменным булыжником.

Гад! Мерзавец! Негодяй! Мне он кольца не дарил. Да и цветов таких тоже.

На этом моменте свет тускнеет, картинка истончается и дымкой пропадает, возвращая меня опять в темноту. Распахнув глаза, вскакиваю и с гневом таращусь на Себастьяна.

— Ты знаешь этого мужчину? — выгибает бровь маг.

— Это… мой бывший муж! — выпаливаю, прижимая к груди ладонь.

— Ты всё ещё его любишь? — уточняет Себастьян, заводясь так, что от него искрит магией.

— Боже, что? Нет! Конечно нет!

— Тогда почему ты злишься? — спрашивает, указывая и на мою искрящуюся магию. Да я от него не отстаю, вся пылаю серебристо-золотистыми лучами.

— Я злюсь, потому что мне за все наши пять лет отношений, брака он не дарил таких цветов. И на одно колено не вставал. И кольцо не дарил! — выпаливаю и, закусив губу, замолкаю. Глубоко вздохнув, шагаю ближе и утыкаюсь в грудь мужа. — Прости. Ты прав, это уже не важно.

Себастьян молчит, обнимает крепко. И успокаивает нашу с ним вышедшую из-под контроля магию.

Глава 40

— Значит, Аврора в моём теле устроилась хорошо и живёт моей жизнью? — замечаю я, вырисовывая узоры на груди мужа.

Мы с Себастьяном весь остаток вечера проговорили. Ему было интересно моё прошлое. Вот и рассказала всё-всё. И про Диму, конечно же, тоже.

— Судя по увиденному — да, — задумчиво кивает архонт. — Тебя это волнует?

— Нет, я даже рада. Главное, чтобы родители не поняли подмены. По ним я очень скучаю, — признаюсь, уткнувшись в плечо.

— Мы можем объединить силы и посмотреть на них. Не уверен, что получится. Но попробовать стоит.

— Завтра? —