— лениво протянула Сильвия, едва сдерживая себя, чтобы не закатить голубые глаза. — Ваше появление было столь неожиданным, что моя служанка от растерянности допустила ошибку.

Ответом ей было молчание. Сдавалось мне одно урока во время чаепития ей было мало, чтобы запомнить — Кларисса Морел дель Турин более не позволит игнорировать себя. И без должного приветствия, я не собиралась раскрывать рта.

— П-пятая наложница приветствует Ее Высочество королеву Клариссу, — пропищала леди Мелисса, нарушая попытку других наложниц ответить на мое молчание своим.

И как бы они не испепеляли ее взглядом вместе со своими служанками, допустить нашего разговора никак не могли. Ведь любую леди высшего общества страшно пугала перспектива быть невидимкой в глазах других. А потому даже настолько топорная и очевидная провокация работала как часы.

— Приветствуем вас, Ваше Высочество. — расплылась в реверансе Айрис, и слуги последовали ее примеру, кланяясь глубже, чем их госпожа.

— Леди Айрис, — я сдержанно кивнула. — Что у вас здесь за шум при тяжело больном человеке?

— Шум? — тонкие брови изогнулись в удивлении. — Ах, должно быть вас побеспокоили слуги, что слишком разволновались.

— Это и впрямь вызывает беспокойство, леди Айрис. Слуги отражение своих хозяев. Позволяя им вычитывать равную себе вы допускаете у них мысль, что однажды так можно поступить и с вами.

Видеть, как две наложницы пытаются вернуть благородную напыщенность перекошенным лицам, было самым настоящим наслаждением. Должно быть давно они не слышали подобных оскорблений, и вынести их никак не могли.

— Равную себе?… — прошипела змеей Сильвия. — Мой род непрерывно служит империи второе столетие! Сравнивать меня с чужестранкой само по себе оскорбление!

Ее лицо заострилось злостью, сощуренные глаза потемнели, а веер из тонкого дерева жалобно хрустнул в тонких костлявых пальцах. Но затем алые губы тронула едва заметная усмешка, и голос наполнился приторной сладостью:

— Ах, не поймите меня неправильно, Ваше Высочество, я и не думала оскорбить вас. Наши страны тесно связаны политическими браками достаточно долго, а значит и в вас течет часть благородной крови Турина. Да что там, менее образованные люди могут считать, что ваша родина уже часть нашей империи.

Ее выпад был расчетлив и остер словно ядовитый кинжал, вот только я не чувствовала ничего к королевству Орса, где родилась бывшая хозяйка этого тела. И отзеркалив ее ухмылку, лишь безразлично пожала плечами:

— Все это не имеет никакого значения. Сейчас вы принадлежите не роду. А, как и все здесь, являетесь женщиной Его Величества. Или я не права? Желаете поправить меня, или, быть может, узнаем мнение Его Величества о наложницах-чужестранках? Мы с ним разминулись всего пару минут назад. Еще успеем нагнать.

Я говорила легко и беззаботно, а вот с и без того бледной Сильвии схлынуло пару тонов. Она даже не сразу выхватила суть в отличие от Айрис, глаза которой в миг полыхнули огнем интереса. Что вполне можно было понять. Ведь стоило только вспомнить, что мать Атила тоже была чужестранкой, и подобные разговоры обретали привкус измены.

— Его Величество здесь? — встрепенулась и влезла в разговор Айрис. Вот уж кто не желал упустить ни малейшего шанса. — Намеревается прийти сюда? Это права?

— Его Величество посетил лазареты в заботе обо мне, — ответила снисходительно, лениво поправляя воображаемую неряшливость платья. — И хоть с последнего инцидента прошло уже довольно много времени, а я уверяла, что полностью оправилась, Его Величество все же подвинул свое расписание на час, чтобы удостовериться в моем самочувствии. Словами не передать, насколько я была тронута подобной заботой. И разумеется никак не могла задерживать Его здесь дольше положенного.

— Вот как. Рада, что вы в полном порядке, Ваше Высочество. — спешно пробормотала Айрис. — Однако прошу меня простить, у меня уже запланирована следующая встреча.

— Я провожу вас, леди Айрис. — спохватилась Сильвия, едва четвертая наложница подхватила юбки, чтобы как можно скорее покинуть палаты.

Я проводила их с милой улыбкой на лице. Все же большое облегчение знать, что твой враг настолько предсказуем. И очень надеялась, что так же упрям. Страсть как хотелось, чтобы эти двое Атила все же нагнали. В жизни должно быть разнообразие, и в причинах императорской мигрени тоже. Не могу же я работать за всех подданных империи разом?

— Наконец-то тишина и покой. — выдохнула едва слышно, стоило последней служанке выпорхнуть за порог.

И не успела я расслабиться, как наткнулась на полный ужаса взгляд. Пятая наложница, леди Мелисса, казалось, чувствовала себя наедине со мной хуже, чем в сужающемся кольце слуг. Она заметно дрожала, прикладывала тонкие пальцы к губам, словно запрещая себе любые звуки. И все же негромкий голосок первым нарушил повисшую тишину:

— Ва-ваше Высочество…

Взгляд ее бегал по моему лицу, словно пытался понять, не мираж ли я, не растворюсь ли через секунду в воздухе. И видеть ее такой было попросту неприятно. Я не сделала ничего, но отчетливо чувствовала себя преступницей, которая упивается жестокостью к беззащитной безропотной леди.

Пока я думала, не покинуть ли мне палату прямо сейчас, леди Мелисса едва заметно нахмурилась и прикусила нижнюю губу. Затем вдруг глянула прямо в глаза и сказала:

— Я… совсем не ожидала вас здесь увидеть. Как вы?..

Она и правда пребывала в смятении. Смятении, которое судя по лицу, занимало все ее мысли.

— Направляясь в лазарет я видела, как Его Величество вел за собой стражу…

— Я ведь только что… — махнула рукой себе за спину, — объяснилась.

Чувствовала себя довольно странно под пристальным взглядом нежно-голубых, словно прозрачных глаз. Но после моего ответа они едва не переполнились слезами, а леди Мелисса склонила голову, обнимая себя за плечи.

— Да… что это я… Прошу прощения, Ваше Высочество. Мне жаль, что я доставлю вам неудобства своей глупостью.

Кто бы посмотрел со стороны, однозначно сказал — злодейка мучает несчастную девицу. Что однозначно раздражало меня, без вины виноватую. Но вместо того, чтобы сбежать от этих чувств, я решила дать этим отношениям еще один шанс. Ведь если леди Мелиссу приучили выживать при императорском дворе подобным образом, то винить ее в этом было бессмысленно.

— Это вовсе не так. И вам не за что извиняться, леди Мелисса. Это стоило бы сделать настоящему источнику шума. — миролюбиво ответила я. — Как состояние леди Ребекки?

Глаза пятой наложницы округлились, и она не сразу нашлась, что ответить. Но затем будто прокрутив в