парфюм, которым после этой поездки наверняка пропитаются и его собственные вещи, и даже кожа. Благо он привык к этому, потому что замерзал первее всех, но никогда не утеплялся, считая это пустяком. Поэтому вечно одалживал одежду у друга, а иногда даже таскал оверсайз-толстовки Янь Фэй.

«Что же с нами будет, когда мы закончим учиться?» – с грустью подумал Циян, глядя, как волны мягко разбиваются о берег.

В последние месяцы он начал все чаще задумываться о будущем, в котором им, казалось, не суждено было продолжить общение. Сяо Ян после окончания университета наверняка вернется в свою богатейшую семью военных, где его ждут обязанности и статус, и станет еще более занятым, чем сейчас. Циян же продолжит строить карьеру профессионального спортсмена, возможно, даже уедет в другую страну, также став еще более занятым. Их дружба, такая, какая есть сейчас, – с постоянными переписками, звонками и периодическими встречами, – скорее всего закончится. Они начнут видеться раз в год, переписываться раз в три месяца, а может быть, и в полгода, сохраняя память о дружбе лишь в своих сердцах.

Циян вздохнул, плотнее укутавшись в толстовку, и посмотрел на Сяо Яна. Черные глаза друга блестели, как гладкий шелк, а во взгляде читалось восхищение, ласковость и беспокойство.

– Циян, – облизнув пересохшие губы, хрипло позвал Сяо Ян.

– М-м?

– Я давно хотел тебе сказать… – Он помедлил, заставив Цияна насторожиться.

В последний год Сяо Ян то и дело пытался о чем-то поговорить, но каждый раз их либо прерывали, либо он сам резко соскакивал с темы. Циян понятия не имел, что он хотел ему рассказать, но и давить не решался.

– Очень давно хочу сказать, что я… – Сяо Ян протянул руку, будто хотел коснуться его щеки. – Я… я… – нерешительно выдохнул он, глядя в блестящие зеленые глаза Цияна.

«Что?.. – мысленно шепнул Циян, и его сердце начало биться еще громче. – Я приму все, что ты скажешь, если это не убийство. Хах».

Сяо Ян выдохнул так, будто сдулся. Его плечи поникли, и Циян почувствовал, как по телу пробежал холодок. Сердце упало.

– …Устал смотреть на прилипший к твоей щеке песок, – с неловким смешком закончил Сяо Ян и сделал небрежное движение рукой, будто смахивал песчинки.

– Идиот. – Циян ударил его кулаком в плечо. – Какие песчинки? Здесь даже ветра толком нет, – фыркнул он под нарастающий шум волн.

Сяо Ян рассмеялся, но Циян не разделял его веселье. В сердце его закралась тревога, но воспоминание уже начало рассеиваться, сменяясь новыми, одним хуже другого.

Он вспоминал неудачи, ссоры с друзьями и родными, свои проигрыши. На прошлую жизнь, казалось, начала накладываться его нынешняя. Цияну мерещилась погоня, во время которой он убегал от монстров, мерещился алый туман и красноглазый демон. А потом он вспомнил ужас, который когда-то окутал его в первую их встречу, и все вокруг начало меняться.

В ушах внезапно заиграла музыка, когда воспоминания перенесли его в ночной клуб. Они с Сяо Яном пьяные танцевали в толпе напротив друг друга. Льющийся из дымовых пушек алый туман застилал гладкий черный пол, а сверху светил диско-шар, из-за которого в глазах все загоралось вспышками, но тут же гасло.

Чувствуя легкое головокружение, Циян глянул на Фэй, которая в одиночестве сидела за столом и с насмешливым выражением лица читала в телефоне новеллу. Она была одета в стильные шорты и майку с портретом героя любимой книги и абсолютно не интересовалась происходящим.

Циян вернул внимание к Сяо Яну. Даже в тусклом свете мерцающих неоновых огней тот выделялся среди окружающей их толпы. Его распущенные, слегка волнистые волосы касались плеч, создавая эффект легкой небрежности, привлекающей взгляд. Черная рубашка, заправленная в такого же цвета штаны с широким ремнем, облегала тело, подчеркивая мускулы и добавляя образу соблазнительности. На лице играла загадочная улыбка, а глаза сверкали, отражая алый свет огней.

Посмотрев на него, Циян вдруг ощутил, как жар в душе начал стремительно затухать. Стоило ему заметить алые радужки, как перед ним сразу предстал образ Яньло-вана. И его холодный кровавый взгляд, прознающий душу.

Циян попытался развернуться и покинуть танцпол, чтобы выйти и продышаться, но не смог даже пошевелиться, будто на него наложили заклятие или одурманили, обратив в статую. Чарующая улыбка на губах Сяо Яна сменилась на коварную, его волосы вдруг опустились ниже плеч и стали ровными и гладкими. Алый туман окутал все вокруг, музыка стихла и люди на танцполе замерли.

– Взгляни, он убивает ее, – насмешливо сказал Яньло-ван, указав в сторону.

Проследив за его рукой, Циян увидел высокого беловолосого мужчину за спиной Фэй, которая продолжала беззаботно смотреть в телефон.

– Нет! – выкрикнул он, когда Нефритовый император одним замахом пронзил клинком тело Фэй насквозь. – Не-ет!

Циян резко взмахнул невесть откуда взявшимся мечом. Он сорвался с места, но Нефритовый император уже исчез, а тело Фэй рухнуло на залитый кровью диван. Циян замер на полпути. Музыка вновь заиграла, люди ожили и снова начали танцевать, огни стробоскопа ударили ему в глаза, но он ничего этого не замечал. Время словно остановилось, а окружающий мир стал размытым и серым. Бездыханное тело Фэй смотрело на него стеклянными глазами. И никто не обращал на нее внимания, словно она была украшением.

Глаза Цияна распахнулись от ужаса. В голове проносились воспоминания о счастливых днях, которые теперь казались такими далекими и непостижимыми. На задворках сознания он слышал голос Фэй и ее смех, а перед собой видел улыбку, вскоре растворившуюся в воздухе, будто мираж. Казалось, так она попрощалась с ним. Он вдруг почувствовал, как холод постепенно окутывает его, а дыхание становится тяжелым и шумным. Осознание того, что он больше никогда не обнимет ее, не выслушает, не спасет от очередного конфликта с Сяо Яном, ударило по голове будто молотом, и крик боли внутри разорвал его душу. Слезы наворачивались на глазах, но Циян не давал себе пролить их. Вместо этого стиснул зубы и крепче сжал меч в руке, ощущая, как боль в сердце стремительно обращается в сокрушительный гнев. В этот момент ему стало плевать на личность и статус убийцы, в мыслях были лишь одна цель и лишь одно желание – отомстить.

– Я убью его, – процедил он, сообщая о своих намерениях остановившемуся рядом Яньло-вану. – Порву на куски.

– А как же его важность для мира? Разве без Нефритового императора все не развалится?

Они переглянулись, и в алых глазах демона Циян увидел насмешку.

Яньло-ван наклонился к нему и почти в губы прошептал:

– Теперь ты понимаешь, почему я хочу убить его? – Его голос был