последние годы его тайно контролировали люди края огня, взявшие под контроль торговлю внутри поселка, сельскохозяйственный рынок, переходы через границу… Практически превратили это место в свою колонию.

Все упиралось в географическое положение – поселение располагалось практически на границе пустыни, где неизменно стояла засушливая удушающая жара, а влаги имелось скудное количество, отчего мастерам духа края воды здесь приходилось невероятно тяжело, поэтому мало кто из них хотел жить в таком месте. К тому же под Хэхэ протекала тайная огненная река. Несколько десятков лет назад она еще находилась очень далеко от поселка, однако с увеличением подземных разломов обжигающая магма постепенно проникала и под него, что сделало поселок еще менее подходящим местом для проживания людей края воды. Географическая обстановка Хэхэ изо дня в день придавала ему облик, что носили земли края огня, и все больше их мастеров духа с границы перебиралось сюда. Поэтому Асланд оставил эту приграничную область.

Зрители потихоньку расселись по местам. Шатер заполнил мелодичный звук флейты, и вслед за ним публика постепенно смолкла.

Из-под купола неожиданно донесся щелкающий, металлический звук.

Гланш вскинул голову: сверху медленно опускалась ржавая, похожая на огромную птичью клетка. Клетка приземлилась в центре круглой сцены, и зрители задержали дыхание – каждый был в ожидании того, что последует дальше, во взглядах людей застыло предвкушение.

Тут занавес открылся и железная дверца, оказавшаяся прямо напротив него, медленно отворилась. Казалось, внутрь должно было что-то войти.

Апостолы замерли в ожидании.

На обжигающий желтый песок шагнули две худощавые ноги, их белокожие лодыжки выглядели ужасно тощими. Гланш вскинул голову, притянутый глазами цвета синего льда, в этих глазах не было никаких эмоций, они казались холодными, словно поверхность замерзшего моря. В ржавую железную клетку медленно вошла юная девочка с заплетенной косой. Ее волосы имели редкий серебристо-серый цвет, словно были из чистого серебра, и переливались чарующим блеском. Ресницы у нее были длинные и мягкие, лицо изящное и в то же время обладавшее некой мальчишеской твердостью, в ней не было ни капли девичьей хрупкости. Ее губы были тонкие и мягкие, и в это мгновение она слегка закусывала нижнюю, словно немного волнуясь.

– Инь Чэнь? – выпучил глаза Апостол земли и недоуменно повернулся к Дун Хэ. – Инь Чэнь – девчонка?

Прежде чем Дун Хэ успел что-то ответить, притихшая публика неожиданно взорвалась восторженными возгласами, их лица залило кровожаное предвкушение.

Гланш повернул голову обратно – серебряноволосая девочка уже спокойно стояла в середине клетки, фигура у нее была высокая, но тощая, а перед ней невесть откуда взялась обросшая острыми лезвиями двухметровая пятнистая волчья ящерица. Рептилия высунула блестевший от яда алый язык.

Восторженные возгласы зрителей становились все яростнее, заполнивший глаза интерес горел все сильнее с каждым новым опасным уворотом девочки от атаки противника.

Они беспокойно ожидали начала кровавого зрелища, ему предстояло разбавить их бессмысленные жизни в этом пустынном, пограничном поселке хоть чем-то.

Люди не сильно отличались от тех же зверей, а часто были даже более кровожадны. Не существовало дикого зверя, который бы испытывал наслаждение и возбуждение от лицезрения расправы. Не существовало такого льва, который взволнованно наблюдал бы за охотой другого. Дикие звери убивали из-за голода, инстинктов, необходимости выжить, тогда как у людей для убийства имелось уж слишком много уму непостижимых причин.

Ящерица уже успела изорвать длинное, сделанное из грубой ткани одеяние девочки, ее белая кожа постепенно оголялась и покрывалась отчетливыми царапинами и кровавыми пятнами. Ее дыхание все учащалось, однако взгляд смотрел все так же решительно, она сосредоточила все свое внимание на свирепом звере впереди, готовая в любой момент уклониться от его яростной атаки.

На ладонях Гланша проступил пот, он сжал кулаки и нахмурил брови. В его прекрасном, вдумчивом лице таился гнев. Он не понимал возбуждения и восторга людей вокруг, все, что происходило перед глазами, вызывало у него лишь глубокое отвращение.

* * *

Дун Хэ протянул руку и опустил ему на колено:

– Успокойся. Не горячись.

Напарник повернул голову:

– Эта девочка долго не протянет. Она и есть Инь Чэнь, ведь так? Даже если и нет, это все равно слишком жестоко. Мы правда так и будем сидеть?

Дун Хэ взглядом указал на мастеров духа края огня, которых они заметили прежде, и тихо произнес:

– Будем действовать напрямую – всполошим мастеров края огня. Я вовсе не думаю, что им удастся нас одолеть, однако князь сказал не поднимать шум.

Дыхание Гланша звучало слегка сбивчиво:

– И что же нам тогда делать?

– Я владею магией края ветра, а ты – магией края земли. Предлагаю поступить так: чуть погодя я устрою маленькую бурю и закрою обзор, а ты, пока люди ничего не видят, заберешься в клетку и создашь в земле проход, по которому уведешь Инь Чэня прочь. Встретимся в хижине.

Гланш кивнул, вытирая ладони о штанины, и сделал глубокий вдох, внутри его тела стала постепенно просыпаться духовная сила.

Неожиданно в шатре поднялся причудливый ветер, развешанные повсюду разноцветные флажки шумно захлопали. Потоки воздуха, усиливаясь, закружили вокруг железной клетки и постепенно сложились в воронку, поднимая лежащий на земле песок в воздух и стремительно разнося по всему шатру. Люди один за другим начали закрывать глаза и поднимать рукава к носу, в горла испускавших удивленные вскрики женщин тут же забивались горсти песка, и они, опустив головы, принялись кашлять.

Серебряноволосая девочка неожиданно почувствовала, что рядом мелькнула чья-то тень. Перед ней оказался высокий молодой парень, он стоял спиной к ней и лицом к ящерице впереди, все его мышцы были напряжены, а загорелая кожа искрилась энергией. Его волосы были беспорядочно связаны на затылке, а колени слегка согнуты, словно он в любой момент мог ринуться вперед. Пока вокруг яростно кружил песок, он повернул голову. Его полные дикарства, глубины черты лица оказались прекрасными и резкими, подняв уголки рта, он слегка улыбнулся серебряноволосой девочке. И неизвестно, из-за попавших в них песчинок или же нет, но ее глаза цвета синего льда немного раскраснелись.

Глядя на нее, Гланш неожиданно смутился и неловко почесал голову, не зная, что сказать, он поднял голову и вдруг увидел, как ее лицо вмиг побледнело, в то же мгновение он четко ощутил хлынувшую в спину силу. Когда он развернулся, в него уже летел блестящий от яда длинный язык. Молодой человек отклонился назад, и из-под его ног моментально поднялась большая куча песка, превратившись в стену, – яд попал на нее. Раздалось шипение. Воздух наполнился зловонием, Гланш по неосторожности вдохнул немного ядовитых испарений и тут же ощутил, как сдавило грудь, виски