трудоголик, а это значит, что вы будете делать всю ту утомительную работу по управлению поместьем и планированию стратегий, которую я терпеть не могу. Мой сын — идеальный клинок, но любому клинку нужна рука, которая будет направлять его, чтобы он не рубил мебель в гостиной от избытка чувств. Вы — эта рука.

Я потеряла дар речи. Величайшая женщина Империи только что официально передала мне управление своим сыном, аргументируя это тем, что ей лень с ним возиться!

— Но моя организация... Мои бывшие подчиненные... — пробормотала я. — Я убила Шэня. Они этого не простят. Нам грозит опасность.

В этот момент паланкин резко дернулся. Снаружи раздался тревожный крик Тэ-О, лязг обнажаемой стали и тяжелый, громоподобный голос Чон Хасо, отдающего приказы.

Я мгновенно подобралась, моя рука скользнула к сапогу, нащупывая рукоять кинжала. Инстинкты убийцы не спали.

Леди Сора лишь недовольно вздохнула, приоткрывая шелковую занавеску.

— Ну вот. Снова шум. Никакого покоя в этой дикой провинции. Что там происходит, Тэ-О?

Начальник тайной стражи появился у окошка. Его лицо было суровым, а единственный глаз горел тревожным огнем.

— Госпожа, прошу прощения за беспокойство. Передовые разведчики докладывают: к нам приближается армия.

— Армия? — я вклинилась в разговор, отталкивая занавеску. — Гвардия Наместника?

— Нет, — Тэ-О покачал головой. — Наместник трус, он не вывел бы войска из города. Это наемники. Объединенные силы "Кровавых Волков" и остатков "Железного Когтя". Те, кто должен был получить порох. Видимо, взрыв каменоломни привлек их внимание, и теперь они идут сюда, чтобы отомстить и забрать наши головы в качестве компенсации. Их около трех тысяч.

Три тысячи. Против нас — крошечного отряда личной гвардии Чон Хасо, насчитывающего едва ли сотню человек.

Мое сердце сжалось. Я посмотрела на Леди Сору, ожидая увидеть панику, но её лицо оставалось невозмутимым.

— Хасо разберется, — лениво бросила она, откидываясь на подушки. — Закрой окно, Тэ-О, дует.

— Матушка! — полог паланкина открылся, и внутрь заглянул Мин-Хо. Его лицо было бледным от потери крови, левая рука висела на перевязи, но в глазах полыхал невыносимый и героический огонь. — Отец приказал вам оставаться внутри! Мы примем бой в ущелье! Мы задержим их, пока вы не уйдете в безопасное место!

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри меня закипает ярость.

— Ты идиот, Чон Мин-Хо! — рявкнула я, забыв о присутствии его матери. Я выскользнула из паланкина прямо в снег, игнорируя холод. — Вас сотня! У тебя в крови всё еще плещутся остатки яда! Три тысячи наемников растопчут вас и даже не заметят! Какое ущелье?! Какой бой?!

Мин-Хо посмотрел на меня с нежной, щенячьей преданностью.

— Я не позволю им коснуться вас, Сюэ. Моя жизнь принадлежит вам. Если мне суждено пасть, защищая вашу улыбку...

— Я запрещаю тебе падать! — я схватила его за воротник рубахи и хорошенько встряхнула. — И я запрещаю тебе умирать! Твоя тупая героическая жертва не нужна ни мне, ни твоей матери!

Я резко обернулась к Гук-Гону Чон Хасо, который в этот момент отдавал приказы своим десятникам, выстраивая линию обороны поперек узкой горной тропы.

— Генерал Чон! — мой голос прорезал шум готовящегося к бою отряда. — Удерживать ущелье в лоб — это самоубийство! Они задавят вас массой! У них тяжелые арбалеты, они просто расстреляют вашу фалангу с возвышенностей!

Бог Войны медленно повернул ко мне голову. Его взгляд был тяжелым и оценивающим. Он не привык, чтобы кто-то, тем более юная девушка, оспаривал его приказы на поле боя.

— И что же предлагает... спутница моего сына? — его голос рокотал, как отдаленный гром. — Бежать? Мы не успеем. Лошади измотаны. Паланкин замедляет ход.

Я глубоко вдохнула морозный воздух.

— Мы не побежим, — я решительно зашагала к нему, игнорируя удивленные взгляды гвардейцев. — Но и стоять мишенями мы не будем. Мы превратим это ущелье в их могилу.

Я указала на отвесные скалы, возвышающиеся по обе стороны от тропы.

— Это место называется "Котел Духов". Снег на вершинах лежит плотной, нестабильной шапкой после вчерашнего бурана. Если мы сможем направить их энергию против них самих... мы вызовем лавину.

Чон Хасо нахмурился, его опытный глаз мгновенно оценил крутизну склонов.

— Лавина уничтожит и нас. Ущелье слишком узкое.

— Не уничтожит, если мы будем находиться в "слепой зоне" под каменным козырьком вон там, — я указала на естественное углубление в скале метрах в ста позади нас. — Но чтобы лавина сошла в нужный момент, нам нужно заставить их стянуть все силы в центр котла. И нам нужен триггер. Громкий, мощный взрыв на вершине.

— У нас нет пороха, — мрачно констатировал Тэ-О, подходя ближе. — Всё взлетело на воздух в каменоломне.

— Пороха нет. Но у меня есть алхимия, — я сунула руку в потайной карман и достала несколько уцелевших сфер из плотного стекла, наполненных мутной, светящейся жидкостью. — «Слезы Дракона», алхимический концентрат. Если их разбить одновременно, резонанс вызовет звуковую волну, способную расколоть скалу.

Я повернулась к Мин-Хо.

— Но чтобы это сработало, кто-то должен заманить их в центр. Кто-то, чья энергия Ян достаточно сильна, чтобы выдержать первые удары и привлечь к себе внимание всей армии.

Глаза Мин-Хо вспыхнули золотистым светом, он понял меня с полуслова.

— Я буду приманкой, — он шагнул вперед, его рука сжалась на эфесе «Грома Юга». — Я выйду к ним один. Моя аура взбесит их, они захотят моей крови и забудут об осторожности.

— Нет! — Гук-Гон Хасо преградил ему путь. — Ты ранен, сын. Это мой долг. Я — Бог Войны, я займусь ими..

— Батюшка, при всем уважении, ваша энергия сейчас слишком спокойна, — Мин-Хо упрямо вздернул подбородок. — Вам нужно защищать матушку. А во мне горит молодой огонь, я справлюсь.

Я смотрела на то, как эти два упрямых барана спорят о том, кто пойдет на верную смерть, и чувствовала, как у меня начинает дергаться глаз.

В этот момент из паланкина раздался ленивый, недовольный вздох.

— О, во имя всех предков, прекратите этот тестостероновый балаган, — Леди Сора выглянула из окна. — Хасо, останься здесь, у тебя радикулит. Мин-Хо, иди. Но если ты испортишь свой доспех окончательно, я заставлю тебя оплатить работу кожевника из твоих личных сбережений.

Спор был окончен, слово Леди Сталь было законом.

Я подошла к Мин-Хо. Мое сердце билось как сумасшедшее, отправлять его одного против трех тысяч казалось безумием, но это был наш единственный шанс.

— Послушай меня, южный идиот, — я схватила его за воротник, притягивая к себе. — Ты не будешь сражаться. Твоя задача — бегать, уклоняться и злить их. Понял? Никакого геройства, и никаких стоек насмерть!

— Я всё сделаю в лучшем виде, моя Владычица! — он