Чёрт. Чёрт… Хватит уже обо всём этом думать.

Стыд снова застилает всю меня. Надо выдохнуть. Мне нужен перерыв от Яра. Но он, блин, держит меня за руку. С таким видом невозмутимым стоит, будто так и нужно. И чую, ему не понравится, если я сейчас начну выкручиваться и пытаться сбежать от него.

Ведь от него… не убежать. Ничего не поделать. Он решает всё. Он делает только так, как ему удобно.

– Привет, Яр. Ну и выходные, – ворчит Коля, останавливаясь возле нас. Я бросаю на него настороженный взгляд. – После таких угарных вечеринок глаза слипаются. Не знаю, как до конца пар доживу. Лови, кстати, прихватил лишнюю.

Сидоров пробегается глазами по Тормасову, что-то заключает про себя, и отдаёт ему одну банку с энергетиком. Вторую тут же открывает и жадно пьёт.

Яр кивает, типа, спасибо. Его задумчивый взгляд скользит по банке. Потом он переводит насмешливый взгляд на меня.

Засовывает энергетик мне в руку.

– Держи, Тенина. Тебе полезнее. Выглядишь, будто ещё не проснулась. Не привыкла к таким бурным ночам, да, детка? – говорит он громко, так, что слышат наши сокурсники.

И все смеются. А я как дура стою и сжимаю холодный металл в ладони, и в душе начинает закручиваться новый вихрь эмоций. Унижение, боль, гнев. Он смеётся… надо мной. Они все смеются надо мной! Над тем, что я новая подстилка Тормасова.

И злюсь я не только на него. Потому что я сама виновата в этом.

Глава 35. Бунт

Никак не могу сосредоточиться на лекции. В голове до сих пор застрял чужой смех и снисходительные взгляды на меня. Глаза печёт от желания расплакаться. Но я сижу на чёртовой лекции и пытаюсь делать вид, что всё в порядке.

Рука Ярослава привычно лежит на спинке моего стула. Только если на прошлой неделе это нервировало, то на этой, после всего, что между нами было, это будоражит по-другому. И я злюсь на то, что несмотря на унизительное положение, в которое он меня поставил, я всё равно горю от его близости.

Чёртов придурок. Правильно я думала с самого начала. Нужно было держаться подальше от этих Тормасовых. Ничего ведь хорошего это не предвещало. Так всё и случилось. Обещали со мной играть… Что ж. Так всё и получилось.

Интересно, а если бы я не облила его кофе, если бы не пошли в мужскую раздевалку, если не окатила его душем… между нами ничего бы не завертелось? Не дошло бы всё до такой степени, что я оказалась в его постели?

– Думаешь обо мне?

Горячий шёпот касается моего уха, и я вздрагиваю. Ручка вылетает из моих рук и падает на тетрадь. Последнее слово смазано некрасивым штрихом. Так увлеклась своими думами, что не почувствовала опасности.

– Думаю, Яр, – шиплю в ответ. – Думаю, как бы от тебя избавиться.

– Ооо, звучит, интригующе, – охотно включается в разговор. – Расчленёнка – классика, отравление – для эстетов… Как насчёт самопроизвольного возгорания… например, во время секса?

Я закатываю глаза и толкаю его в бок, чтобы отодвинулся и не подавлял меня своим тестостероном, вкупе с этим потрясающим запахом. Он один так пахнет, так, что у меня мурашки бегают по телу от него. И я как идиотка ведусь на эту обонятельную атаку. Хочется прижаться и дышать им, а не убивать.

– Пожалуй, я воспользуюсь эффектом неожиданности. И вообще не мешай. Моя криминальная гениальность требует тишины, – ворчу я.

Беру ручку и пытаюсь снова включиться в образовательный процесс. Яр только тихо посмеивается. Я уже думаю, что отвязалась от него, но тут его рука опускается под парту и касается моего колена.

Скашиваю глаза на него.

Сидит себе с невозмутимым видом. И только его пальцы поглаживают меня по джинсам, медленно поднимаясь всё выше и выше. Моё тело податливо отвечает на его ласку дрожью. Чёрт.

Обхватываю его руку и пытаюсь отодрать от себя. И, кажется, только ещё больше внимания привлекаю к нашей парочке. Ловлю на себе несколько взглядов. Понимаю, что чем дальше буду отпираться, тем хуже всё выйдет. Там и преподаватель заметит.

Наклоняюсь к нему.

– Хватит! – шепчу в самое ухо.

– Нет, мне нравится.

– Ты, блин, никогда не думаешь о других?

Поворачивается ко мне. В тёмных глазах горит веселье. Ему и говорить ничего не надо. Он считает, что я пищу от восторга, что он меня лапает. Вспоминаются слова Яны о том, что Тихон её домогается на парах.

Кстати, а парочка-то так