Вечером, стоя на пороге нашего дома и глядя, как последние алые отсветы Аномалии мирно тают в сгущающихся сумерках, я положила ладонь на грудь. Там, под кожей, ощущалась пульсация нашего Кристалла — уже не загадки, а самой надежной части меня. Части нас четверых.

Вейсарн вышел и молча встал рядом, его плечо коснулось моего. Потом вышел Кай, обнял меня с другой стороны. Гройс прислонился к косяку двери, загораживая проход, как живой бастион.

Я обвела их взглядом — моих мужчин, моих воинов, моих любовников. Посмотрела на темнеющее небо их родной, суровой, но прекрасной планеты. И наконец-то, без тени сомнения или тоски по прошлому, прошептала то, что стало окончательной правдой:

— Я дома.

Конец