или сам наслаждался деянием? Ух-х-х, моя бы воля, я бы тебя под суд отдал, исчадие тьмы…

– Да к своей кухне цепью приковал, – закончил я фразу монаха. – Ты мне лучше скажи, как там дела у пресветлой? Чем занимается, видалась ли с принцем?

Монах немного прищурился.

– А что за интерес такой? Боишься чего? Порождение Смерти.

– Да, работать не очень хочется. Вот и узнаю, много от нее хлопот будет?

– На твою долю, наверно, не выпадет. Поймали почти три десятка колдунов да новоиспечённых ведьм. Зельями баловались да народ травили, – немного издеваясь, заговорил монах. Ясно, в чей огород камень. В огород Мирии, конечно, не в мой же.

– И что грозит этим демонам? – уточнил я.

– Вот люблю я, когда ты признаешь истину. Да по сути ничего, посидят в темнице или на каторгу поедут, рудники у нас в рабочих руках очень нуждаются.

– Понятно. А ты чего такой злой? Бери шпажку, не надо стесняться.

– Вот-вот, теперь вижу, что ты на пути к свету, а то казни, каторги. Сразу надо гостя встречать как положено, – обрадовался монах и сразу схватил мясо, лук, хлеб и глинтвейн. – А касательно заключенных, я же понимаю, что они все не со зла делали, обложим штрафом тех, кто жен своих да мужей спаивал злым отваром, да и выпустим. А тех, кто славы искал да чрезмерного внимания – на каторгу. Это же честно?

– Конечно, святой враг, конечно. Ты у нас самый умный и добрый, – похвалил я монаха, и мы чокнулись кружками. – Значит, к нам никаких претензий?

– Пока никаких, но ты же знаешь, мы все под богом ходим. Как решит пресветлая, так и будет. Но пока она занята, встреча у нее с невестой принца.

– Ясно. Ты меня, если что, в курсе держи. А то вдруг надо будет головы рубить, а я не трезвый.

– Да ты как женился, вообще невеселый стал. И злой. Раньше гуляли как люди, а теперь… – монах махнул рукой. – Ладно, чего там…

Мы просидели еще полчаса, и монах ушел. Я вернулся домой и нашел Мирию у окна. Смотрела за нами? Я подошел к ней и обнял со спины.

– Рассказывай, что случилось…

Утром я не стал дожидаться завтрака, а сразу помчался в город. Нужно собирать новости и сплетни, благо болтливых и осведомленных я знаю очень много. Новости не утешали. Как поговаривали сведущие люди – после разговора с пресветлой невеста нашего принца отправилась в храм, причем под стражей. Это плохо, мало ли что она там наговорит. Я побежал домой, но, к своему ужасу, не обнаружил жены дома. Быстро переодевшись в свою рабочую форму и схватив косу, я выбежал во двор. Ворон не подвел, прилетел, когда был нужен.

– Где она? – спросил я Бориса и выставил руку для его посадки. Ворон приземлился.

– Бор-р-рис знает тайну. Бор-р-рис знает, где Мир-р-рия. Она пр-р-рячется в доме р-рыболова. Бор-р-рис любит р-р-рыбку, – начал клянчить ворон.

Рассусоливать с птицей не было ни времени, ни желания, поэтому я и побежал в нужном направлении. Мой костюм открывал мне любые проходы. Дом рыболова, как правило, был свободен в течение всего дня, так как хозяин на промысле, да еще его дом вплотную прилегает к домам святого ордена. Отличное место для пряток. Я зашел в дом, он был не заперт, и нашел Мирию на маленькой кухне, что пропахла рыбой до самого потолка. Девушка сидела на стуле и смотрела в мутное окно.

– Ты нашел меня, – спокойно сказала она.

– А тебе следовало предупредить меня, прежде чем бежать, – немного насупившись, сказал я.

– Как? Написать? Борис все равно найдет меня лучше.

– Почему ты убежала? – я подошел ближе.

– Я боялась, что ко мне придут. А без тебя мне страшно.

– А через город проходить не страшно? Забыла, чем в прошлый раз твой поход закончился?

– Нет, но я пряталась и скрывалась от людей. Ты заберешь меня?

– Конечно. Пошли.

Мы вышли из домика, и не прошли и трех кварталов, как нам навстречу вышли сразу пять стражников святого ордена. В руках у каждого были их ритуальные палицы, в виде их креста, что больше походил на клешню с шипом посередине. Трезубцы, короче. Мне эта встреча не понравилась. Я остановился в переулке, выставил руку, не давая Мирии идти дальше. Сзади вроде никого.

– Уходи, – тихо сказал я.

– Нет, – шепотом и немного пугливо сказала она.

– Бегом! Прячься. Я найду тебя. – В этот раз она не спорила. Развернулась, накинула на себя капюшон и скрылась между зданий. Стражники впереди прибавили шаг и подошли ко мне.

– Палач Хел. Мы разыскиваем вашу жену Мирию Хельскую. Куда она направилась? – обратился ко мне один из членов ордена. Хе-хе, членов.

– А мне откуда знать? Может, цветы собирать, – огрызнулся я.

– Вы противодействуете святому ордену? – уточнил боевой монах.

– Ну что вы. Ни в коем случае. Просто я понятия не имею, куда она пошла. Она девушка свободная, а я муж не ревнивый.

Монах переложил свое оружие из левой руки в правую. Я поднял бровь.

– Прошу вас пройти с нами, – строго сказал он.

– Не хочу. Если я не осужден, я никуда с вами не пойду, – я сложил руки на груди.

– Именем святого Тира! Вы должны подчиниться святому ордену. Орден служит королю. Вы тоже на службе короля.

– Вот к нему я с удовольствием. А к вам что-то не хочется. – А ведь меня пытаются в кольцо взять. Я закинул руку за спину и резко выхватил косу. Вот, полукруг распался.

– Вы нападаете на святой орден!!! – вскрикнул монах.

– Нет, я… – договорить я не успел, так как монах завыл, словно волк на кастрации.

– Стража!!! Нападение на служителей церкви!!!

Вот так всегда. Когда стража нужна, ее не дозовешься, а сейчас… Минуты не прошло, как к нам принеслись четверо стражников, двое из которых с арбалетами. Приплыли. Может, ну ее, ведьму? Целее буду.

– Брат Микос, по какому поводу вы устроили этот концерт? – стражник вышел к монаху.

– Этот палач оголил оружие перед братьями святого ордена, он готовился напасть на нас, – тыча в меня пальцем, тараторил боевой монах Микос.

– Это правда? – уточнил у меня стражник и недобро посмотрел на косу. А ведь этот тот самый стражник, с которым мы выпивали у меня дома. А ведь подрос на службе.

– Ни в коем случае. Я, как человек далекий от церкви, подумал, что они хвастаются своими дубинками, вот я и показал им свою рабочую косу, – я улыбнулся самой невинной улыбкой. – Если бы я знал, что воины ордена