в животе — столь протяжные и душераздирающие звуки я ещё не слышала.

— Что с тобой? — усмехнулась я. — Никак салатик разбушевался?

Джош посмотрел на меня несчастными глазами, и я ойкнула — его лицо было бледным, как полотно.

— Может, эта официантка назло мне что-нибудь в него подложила? — предположил брат, хватаясь за живот.

— Скорее, она бы подсыпала яд в мой десерт…. Которым ты, между прочим, не побрезговал. Ходячее недоразумение, — проворчала я, отстёгивая ремень безопасности и разворачиваясь к брату. — Наверняка она оскорбилась.

— Девушки-каракатицы не в моём вкусе.

— Со стороны это выглядело иначе, — хохотнула я.

Он смерил меня злобным взглядом.

— Я не хотел её обидеть.

— Все вы так говорите. Давай я попробую вылечить тебя?

— Не надо! — проорал он и, открыв дверь, вылез из салона.

Но далеко уйти не смог — привалился спиной к карете. На лбу у Джоша проступила испарина, под глазами появились болезненные круги.

Выходя следом за ним, я сокрушённо поцокала языком и захлопнула дверь.

— Ну, мучайся тогда. Пока я буду выуживать необходимую информацию из хранителя архива, ты самое интересное пропустишь в уборной.

— Ладно, — прокряхтел Джош. Прикрыв глаза, он запрокинул голову и прерывисто выдохнул струйку пара. Снег прекратился к вечеру, и заметно похолодало. — У тебя же всемогущий кулон! — скорчив пренебрежительную рожу, он плюнул в сторону, и тут же согнулся пополам — его скрутил очередной болезненный спазм.

Я схватила его под локоть и помогла выпрямиться. Придерживая за талию, довела до Академии. Миновав холл, мы поднялись по лестнице. Пришлось помогать Джошу передвигаться, потому что каждый его шаг сопровождался уколом боли и страдальческим кряхтением.

Мы поднялись на второй этаж. Я подвела брата к скамье, но он наотрез отказался садиться на неё. Пришлось прислонить его к стене. Запрокинув голову, Джош закрыл глаза и жалобно застонал.

— Вот что бывает, когда ешь всё подряд! — фыркнула я, расстёгивая плащ и доставая из-под блузки кулон. — Того и гляди, щупальца вырастут. Я вообще удивляюсь, как твой организм переваривает стряпню Мишель?

— Ей удаётся выпечка, — смахнув рукавом ветровки капли пота со лба, прошептал брат и громко сглотнул. — А всё остальное — яд в чистом виде. Но я же не могу обидеть Мишель и отказаться?!

— Нет, конечно, — весело усмехнулась я. — Ни в коем случае!

— Ты и то лучше готовишь.

— Вот спасибо! — окрысилась я. — Не говори такое под руку, а то пожалеешь.

Коснувшись кулона одной рукой, другую я положила на грудь брату. Никогда не пробовала исцелять или облегчать боль — побаивалась. Как показывала практика, моим пациентам становилось в разы хуже.

И, как правило, добровольцем выступал Джош и лучше прочих знал, что его может ожидать обратный эффект. Но на этот раз кроме меня у него не было другой надежды на чудесное выздоровление.

Зажмурившись, я пожелала ему исцеления. Волшебное сияние, и глаза брата покраснели и вылезли из орбит. Я перестала дышать.

— Что? — испуганно протянула я, когда лицо брата приобрело оттенок благородной зелени. Джош надул щёки и оттолкнул меня. Отлетев к стене, я скрипнула зубами и поймала брата за руку чуть выше локтя. — Кажется, без помощи специалиста тут не обойтись. Я провожу тебя к лекарю, Джош.

Он испустил тяжёлый вздох, качая головой, но позволил вести себя по коридору. Оказавшись перед кабинетом академического целителя, я постучала.

Не дожидаясь ответа, Джош оттолкнул мою руку, распахнул дверь, влетел в светлое помещение, пропахшее травами и благовониями. Поспешно захлопнувшаяся дверь отсекла запахи и едва не прищемила мне нос.

Архив располагался в конце коридора. Я не удивилась тому, что Стэнли вновь изменил расположение помещений. В тишине зала звучало далёкое щебетание птиц, витали запахи старой бумаги, пыли и чернил.

В приятном полумраке пылали золотом бирки на полках и таблички на торцах секций. Будто светляки парили в ночи.

Миновав ряды стеллажей, я вышла к деревянной стойке. Она стояла полукругом, огораживая запрещённую секцию архива. Там хранились книги, представляющие особую ценность или опасность.

Как и любой околдованный, проклятый предмет, книги могли причинять вред и нести смерть тому, кто осмелится открыть их или просто взять в руки. Но прежде было необходимо пройти мимо хранителя архива.

Я увидела его и улыбнулась. Брэйден всегда мне нравился. Оставалось надеяться, что он простил меня за тот случай с деревом. Парень отчаянно защищал демонское отродье, и мне пришлось его слегка… подвинуть.

Насколько аккуратно получилось — не мне судить, но Брэйден остался недоволен.

Он стоял, склонившись над толстой книгой с жёлтыми страницами. Оперевшись локтем о стойку, что-то увлечённо читал, но, услышав мои шаги, поднял голову. И его глаза расширились.

Я подошла ближе и положила руки на стойку, пряча повязку под вуалью гламора. И одарила парня приветливой улыбкой. Брэйден оправил светло-серый пуловер с треугольным вырезом и принял важный вид.

Похоже, ещё дулся…

— Привет, Брэйден, — сказала я и улыбнулась ещё шире.

Парень вскинул бровь.

— Я могу тебе… вам чем-то помочь? — вежливо, но холодно спросил он и сверкнул недоверчивыми карими глазами.

— Марисса сказала, что я могу к тебе обратиться.

— Марисса? А что именно тебя… вас интересует? — он смотрел на меня и тут же отводил взгляд, будто чего-то боялся.

Я склонила голову набок, глядя ему в лицо.

— Может, хватит? — раздражённо скривилась я и выпрямилась. — Давай на «ты», Брэйден. Прекращай страдать ерундой.

— Хорошо, — коротко кивнул он, закрыл книгу и перевернул, чтобы я не смогла прочесть название. — Какую информацию предоставить тебе, Эшли?

— Помнишь кровавое дерево?

— Как его забыть?! — хмыкнул парень, вскинув брови. И смерил меня колючим взглядом. — Плечо до сих пор болит.

— Прости, — выдохнула я и виновато улыбнулась. — Но у меня не было иного выхода.

— Я понимаю, — он отошёл от стойки, словно хотел держаться подальше от меня, и сложил руки за спиной. — И давно уже не в обиде.

— Что ты сумел выяснить о нём?

Поморщившись, Брэйден глубоко вдохнул.

— Я долго искал. Эта тварь снилась мне в кошмарах, и я не находил себе места. Перерыл весь архив, но, к своему удивлению, обнаружил сведения о нём в Библиотеке, в разделе «чудовища». Любопытно, — хмыкнул он и покачал головой. — Оказывается, наш монстр родом из Мёртвой долины, где уже не осталось ни одного живого существа. Догадываешься, почему?

— Сложно не догадаться. Она же мёртвая?! — сказала я и нетерпеливо побарабанила пальцами по стойке. — А как туда добраться?

— Добраться туда — полдела! — изрёк он и прошёлся вдоль стойки, пускаясь в рассказ. — По преданию, Мёртвая долина — заброшенная деревушка с полуразрушенными домами и храмом, от которого камня на камне не осталось. Но