кровати никто никогда не спал. Может, у андроидов нет запаха. А может, хозяин дома ночевал в казарме. Саманта слабо усмехнулась. Если идея состояла в том, чтобы андроиды ассимилировались и смешались с людьми, получалось это пока неважно. Морган видела стоявшую наособицу группу в серых армейских комбезах. В отличие от своего лидера, они даже не озаботились сменить одежду. Что бы ни говорил Мартин, андроиды всегда будут чужими, чуждыми, а Рой с его женой – исключение, а не правило.

Саманта уже решила, что ее оставили одну до утра, и приготовилась коротать бессонную ночь, когда дверь стукнула и на пороге вырос высокий силуэт. Вспыхнула лампочка под потолком. Женщина откинула одеяло и села.

Это был Мартин, и в руках он держал какой-то сверток.

Когда андроид подошел к столу и, положив сверток, развернул ткань, внутри обнаружились две миски и термос.

Мартин обернулся к Саманте:

– Вы с утра ничего не ели. Вот, Дженис просила передать вам ужин.

Он снял верхнюю миску. В нижней было картофельное пюре и куриная ножка – возможно, от тех самых шестиногих цыплят. Еще два куска буроватого пористого хлеба и столовые приборы.

– В термосе кофе.

Саманта уставилась на угощение. Она была голодна. По горке пюре аппетитно расплылась лужица топленого масла. Куриная ножка обольстительно пахла. Над тарелкой поднимался пар – еда была еще горячей.

Подняв глаза, женщина обнаружила, что андроид пристально смотрит на нее.

– Что?

– У вас очень красивые волосы. Никогда таких не видел.

Еще утром, до всех происшествий, Саманта попросила Дженис согреть воды, чтобы помыться. На острове летом она купалась в озере, а зимой грела чайник и наливала воду в древний жестяной таз, который обнаружила на чердаке. Дженис в ответ на ее просьбу улыбнулась и отвела гостью в настоящую баню. Такие Саманта видела только в старых фильмах – с натопленной печью, с большим деревянным чаном. Чудеса продолжились, когда хозяйка дала ей шампунь и прекрасное полотенце, большое и пушистое. Восхитительное тепло, хвойный, смолистый запах горящих в печи дров… это было как в сказке.

Днем она собрала шевелюру в хвост на затылке, но сейчас резинка слетела, и чисто вымытые волосы стекали по плечам Саманты блестящим водопадом.

Морган накрутила на палец медно-рыжую прядь и усмехнулась:

– Вы всегда брякаете первое, что придет на ум?

Андроид расположился за столом и, отодвинув второй стул, сделал приглашающий жест.

– Садитесь. Вам надо поесть.

– Зачем кормить того, кого завтра собираетесь расстрелять?

Мартин заломил бровь.

– Надеюсь, до этого все же не дойдет. Я вам помогу… Вы упоминали Алекса, так ведь? Он ученый, как вы?

«Как я, – подумала Сэми. – Или не совсем не как я. Или совсем не как я, но какая разница?»

– Сядьте уже, наконец, за стол.

Саманта пожала плечами и подчинилась, но к еде так и не притронулась.

– Я тоже знал одного Алекса, – продолжил андроид. – Точнее, его знал Рой. Александер Вечерский. Он живет сейчас в Лондоне.

«Он уже нигде не живет».

– Мы выполняем для него кой-какую работу.

– И вы? – не удержалась Саманта и тут же прикусила язык.

Мартин хмыкнул:

– Значит, я не ошибся. Мы собираем для него образцы животных и растений и переправляем в Лондон. Еще он потребовал, чтобы мы брали пробы крови у каждого, кто придет в поселок, и тоже отсылали ему.

– А взамен?

– Взамен он снабжает нас гидроксифенилглицином. Через Роя.

– Гидроксифенилглицин? – Саманта нахмурилась, но тут же хлопнула себя по лбу. – Двадцать первая аминокислота. У андроидов зависимость…

– Ваше изобретение.

Морган не поняла, спрашивает он или утверждает, – такой ровный был у Мартина голос.

– В каких грехах еще вы хотите меня обвинить? – немедленно ощетинилась она. – Я организовала теракт одиннадцатого сентября и всемирный потоп?

– А разве не вы?

Женщина ошеломленно уставилась на андроида и лишь через секунду заметила насмешливые искорки в светлых глазах. Надо же. У него, оказывается, есть чувство юмора.

– В любом случае, – сказал Мартин, укладывая ладони на стол, – потоп меня не очень интересует. Мы уже договорились, что ваш Алекс и наш Алекс – один и тот же человек. Расскажите, что он замышляет, и вы свободны.

Морган парировала:

– Почему вы считаете, что он что-то замышляет?

Андроид сцепил пальцы.

– Рой был здесь две недели назад. Он говорил, что в Канаде выполняет какую-то миссию, но отказался уточнить, какую. Это на него не похоже. Он искал вас по поручению Вечерского? Зачем?

«Понятия не имею, зачем. Затем, чтобы меня помучить».

– Не знаю.

– А мне кажется, что знаете.

Саманта напряженно задумалась. Она могла рассказать андроиду о том, что произошло больше шести лет назад, – но какое это имело отношение к недавним событиям? А даже если и имело… ей не хотелось говорить. Почему? Почему, черт побери, ведь этот голубоглазый искусственный человек расстреляет ее так же спокойно, как спокойно шутил о потопе? И Саманта поняла. Потому что рассказ ее выглядел бы как самооправдание. На мне нет греха, не я выпустила на волю химер, не я виновница катастрофы. Это все Алекс. Но правда ли это так? Пускай так – все равно оправдания были бы жалкими, попытка свалить вину на мертвого – подлой. «Это все дурацкая гордость, – мысленно призналась себе Морган. – Но что осталось у меня, кроме гордости?»

– Не молчите, Саманта, – произнес андроид, и в голосе его женщине послышалась угроза. – Не молчите, или я подумаю, что вам есть что скрывать. И мне очень не нравится, что вы так много знаете о Майке. Вы пришли за ним?

Саманта сузила карие глаза – при желании они могли стать не менее ледяными, чем у андроида, – и процедила:

– Вы идиот. В Майке ваше спасение, а вы и не замечаете. Ваша зависимость от гидроксифенилглицина… считайте, что поставки кончились. Их нет. Null. Nada. Никто вам больше не привезет лекарство. Но я могла бы вам помочь.

– Вы можете наладить синтез здесь, в поселке?

Саманта усмехнулась. Все-таки этот сверхчеловек был глуп.

– Нет нужды. Майк может отрегулировать ваши гены так, что аминокислота будет вырабатываться у вас в организме. В организме каждого андроида. Но для этого недостаточно сказать: «Раз-два-три, гидроксифенилглицин, синтезируйся!» Генбот не поймет такой команды. Однако, если я нарисую цепочку энзиматического синтеза и Майк сумеет ее транслировать…

– Достаточно.

Андроид встал, и сейчас угроза в его тоне была очевидна.

– Вы когда-нибудь видели змею с переломанным позвоночником? – мягко спросил он, но Саманту от этой мягкости пробрала дрожь. – Человек с переломанным хребтом не может двигаться, а змея, даже если наступить на нее каблуком и придавить до