заводчицы запрыгнула на диван между нами и уселась, как статуэтка.

– Бухгальеры выведены из смеси адских гончих с аборигенной ацтекской породой ксолоитцкуинтли. Цвет, норов, идеальное послушание. Но главное – необходимые свойства слюны.

Я поднял бровь, ожидая продолжения рассказа. Я читал о бухгальерах в дневниках матери, но не посчитал нужным сообщать об этом.

– Вампиры слабеют после укуса бухгальера. Теряют способность к быстрой регенерации. Тогда их проще убить. Сначала поганцев завораживают камень и ювелирное плетение, но собака способна обезвредить их даже без артефакта. – Лилия обезоруживающе улыбнулась и добавила: – Я не выхожу вечерами без своей Кроны.

– Я поздно узнал о своем наследии, но однажды имел дело с таким зверем, – поделился я. – Обостренное чувство справедливости сыграло со мной злую шутку.

– Скорее вы почувствовали зов крови? – предположила Лилия, словно прочитала мои недавние мысли. – У охотников тоже своя особая генетика, как и у этих прекрасных созданий. – Она отточенным движением погладила Мецтли по холке. – Мы выносливее других людей. От укуса вампира оправляемся куда быстрее – за час-другой. Да и регенерация при ранениях происходит стремительнее. Не так, как у кровопийц, но все же. Должны же у нас быть хоть какие-то преимущества, чтобы потягаться с поганцами.

– Почему «поганцы»? – не удержался я от вопроса, ведь уже слышал этот эпитет раньше.

– А как их еще называть? – удивилась Лилия. – Уж точно не «бессмертные», как во многих фантастических фильмах. Поганцы смертны. И смерть их на концах наших клинков. – Ее белоснежные ровные зубы оскалились в кровожадной улыбке, которой позавидовал бы любой вампир.

Мне оставалось лишь нервно хмыкнуть, на что Мецтли заинтересованно покосилась в мою сторону.

– Будешь со мной дружить? – спросил я у робкой красотки.

Или просто муштра не давала ей пошевелиться в присутствии заводчицы без разрешения? Вообще, я планировал завести друга, то есть пса-парня. Но из единственного недавнего помета осталась только эта юная прелесть. Мецтли. Так звали божество луны и ночи у древних ацтеков.

Я поднес раскрытую ладонь к темно-серой морде. Мецтли с любопытством обнюхала пальцы, подняла вытянутый нос к моему лицу и неопределенно фыркнула.

– Вы ей понравились, – прокомментировала Лилия.

– Ты мне тоже нравишься, – обратился я к собаке. – Хоть я и не собирался заводить питомца в столь молодом возрасте.

Мы с Лилией рассмеялись, а Мецтли завертела мордой и облизнулась. Я подписал договор купли-продажи, получил на руки паспорт и родословную, удостоверился в совпадении номера клейма и удивился наличию чипа с расширенными возможностями. Мою собаку можно было отслеживать через специальное приложение. Там же высвечивались и другие псы охотников.

– Где вы тренируетесь, Радомир? – поинтересовалась Лилия, провожая нас к выходу.

– Пока нигде, – честно признался я.

– Однако, – без каких-либо эмоций произнесла Лилия и чуть наклонила голову набок, – теперь надо будет тренироваться вместе с собакой. Это не диванный песик.

– Притравливать на вампиров? – Показалось, что голос немного дрогнул. Ведь, несмотря на твердые решения, я все еще не представлял, как буду на самом деле охотиться на живых, пусть и не совсем людей…

– В том числе, – кивнула она. – У нас есть свой спортивный клуб. Приходите. Пришлю вам адрес, и перейдем на «ты». Я давно задумывалась о наставничестве. Будешь у меня первым.

Тут задумался и я. Сколько же ей лет? И когда она начала заниматься собаками? Как успевает и тренироваться сама, и воспитывать щенков, и охотиться на вампиров? Теперь еще и меня надумала взять под крыло?

– Договорились, – улыбнулся я, вместо того чтобы задать волнующие вопросы. Успеется.

Мы попрощались. Я остался наедине с Мецтли, наматывая на руку широкий поводок, больше похожий на парашютную стропу. А когда подошел к мотоциклу, припаркованному за углом улицы, понял, что попал. Собака и человек с мотоциклом не то чтобы не созданы друг для друга, но далеки от идеальной пары.

– Приплыли, – озадаченно сообщил я Мецтли и запрыгнул на сиденье. – Иди сюда, подсажу.

Она послушно поставила лапы мне на колени, будто понимала каждое слово. Но, склонив голову то к одному плечу, то к другому, вопросительно гавкнула. Я прикрыл глаза, протяжно выдохнул и подцепил ее под туловище. Усадил перед собой.

– И как ты будешь держаться? Зубами? – У меня вырвался нервный смешок. – Придется купить для тебя огромный рюкзак и шлем.

«Бухгальеры мчатся со скоростью ветра и тенью следуют за хозяином», – пришло на телефон сообщение от Лилии. Неужели девушка откуда-то наблюдала за моими потугами?

– И ты побежишь за мотоциклом? – скептически поинтересовался у Мецтли, но она не ответила, лишь напряженно всхрапнула.

Тогда я спустил собаку на влажный асфальт и осторожно открыл карабин на поводке.

– Теперь я твой хозяин, – внушительно изрек я, глядя ей прямо в глаза цвета крепкого кофе. – За мной!

На время сердцем завладел страх, что собака рванет в противоположную сторону. Но, как только мотоцикл медленно поехал вперед, Мецтли засеменила по обочине дороги. Чем больше газа я поддавал, тем быстрее мчалась моя новая подруга. Так мы добрались до выезда на шоссе, но она не отстала и там – летела, высунув язык, словно совсем не касалась лапами земли. На светофоре собака азартно ждала зеленый свет и подскочила на всех четырех, когда транспорт снова тронулся в путь.

И, лишь оказавшись в маленькой съемной квартире недалеко от полюбившегося паба «Алхимия», я сообразил, что пора подыскивать собственное жилье. Неожиданно город затянул меня в свои объятия.

Я не собирался задерживаться в Калининграде надолго, влюбляться, жениться, заводить собак, покупать квартиры. То ли еще будет? Кажется, я вляпался в самое занимательное приключение в своей жизни.

Глава 13. Невидимый враг

Элис

Огненный круг

– В знак становления новой власти над городом Калининградом, бывшим Кенигсбергом, названным Королевской горой столетия назад, я, Никита Варм, завершу первый при моем правлении ритуал обращения. – Он величественно обвел собравшихся взглядом. – Юная Елизавета Рыжова, хранительница квинтэссенции Ирис Мор…

Но я прорвалась сквозь пламя в круг, и мой вопль сдул напускную важность с его речи.

Какая, к драным котам, квинтэссенция? Все же по ночам лучше спать, а то и не такое послышится и привидится.

– Больно ты прыткая, – справившись с собой, свысока пожурил меня Ник. – Чтобы получить дар, из таких студенточек очередь стоит. Кыш!

– Отпусти ее! – Я вложила в голос всю свою решительность, но он все равно дрогнул.

– И не подумаю. Девушка сделала выбор. Ты опоздала, крошка. Твой покровитель мертв. – Он небрежно кивнул на застывшее тело Тристана. – Елизавета не выживет, если не завершить начатое. И не тебе решать ее судьбу.

Я дернулась, как от удара под дых. Действительно, кто я такая, чтобы решать за других?