что будет, если я эти хотелки не оправдаю? Когда следующий перенос? Через сто лет или через пятьдесят? Кто мне свалится на голову? Очередная группа жадных малолеток с суперсилами или такой, как Момонга, но не скелет в цитадели Зла, а архангел во главе небесного воинства с такими же подчинёнными, как у меня, но вместо «Мы завоюем и спалим мир во славу Владыки!» будет «Мы искореним всё зло и всех тёмных существ во имя Добра!», и какой-нибудь Демиургус наоборот в сияющих доспехах на третий день обрадует обтекающего игрока уже начавшим реализовываться «его» планом военной кампании против мерзкого гнезда скверны, который (план в смысле) преданные слуги восстановили по его скупым оговоркам на тему: «ну да, монстры и нежить — плохие»?

Короче, как же меня всё это достало! Дайте мне хоть один денёк спокойно пожить без всего вот этого! Без упоротых слуг и осознания тех свиней, что мне наподкладывали ещё более упоротые ролевики ради фана, без угроз мировых войн, континентальных катастроф и просто неуправляемого лютого звиздеца, что грозит начаться при одном моём неосторожном слове или вообще без меня, а просто потому, что где-то у местных всплывёт предмет Мирового Класса, оставшийся от прошлых попаданцев, и они решат им долбануть, а ещё лучше — без мыслей о надмировых сущностях, для которых я — что тот лабораторный хомячок, запущенный в лабиринт и чувствующий себя свободно ровно до окончания эксперимента, после чего будет тем или иным образом «устранён» из мира.

О, ветерок… Да, только ты меня любишь и поддерживаешь, я знаю…

Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. И сейчас нужно найти жезлы и раздать их моим неуправляемым монстрам-фанатикам. Надеюсь, они работают согласно игровым условностям и действуют на игрока, несмотря на то, что игрок — нежить. Если нет, то будет «Упс»…

Утро следующего дня. Окрестности города-крепости Э-Рантэл.

— Ты хорошо всё помнишь? — на всякий случай уточняю у Нарберал перед тем, как накладывать чары левитации.

Закончив основные дела в Назарике и отдав все необходимые распоряжения, я приступил к осуществлению второй части ранее намеченного плана. Как и ожидалось, едва я заикнулся о втором походе за пределы гробницы, как Альбедо и Себас словно с цепи сорвались, и мне чуть не организовали эскорт из пары тысяч элитных гвардейцев Назарика при танках, артиллерии и воздушной поддержке. Едва успел слово вставить о том, что свою охрану уже продумал. Но как оказалось, рано радовался — Демиургус, трепло рыжее, успел всех накрутить и застращать до помешательства. Он, видите ли, с высокой степенью точности рассчитал вероятность трёхсот семидесяти пяти вариантов покушений на меня от лица неких неведомых не то жидомасонов, не то киберрептилоидов с Марса, являющихся теневым правительством этого мира, которое и убило всех предыдущих игроков. Пришлось давить авторитетом… В смысле, с высоты начальственного кресла ультимативно постановлять, что сейчас никакого покушения не будет и охрана мне нужна не для этого, что до Демиургуса, то он ещё маленький и впал в излишнее паникёрство на почве неучтения аж трёх важных факторов (каких — не скажу, думайте сами!), в связи с чем ему предписывается больше кушать сладкого и гулять на природе. Отбился…

Известить мою будущую «телохранительницу» о её ново-старом назначении проблемой не стало. Боевая горничная была готова выдвигаться по первому моему желанию и вообще исполнить любой приказ. В очередной раз тихим словом помянув в уме своё состояние нежити (что ни говори, а Нарберал была просто эталонной знойной азиаточкой, да ещё и в аниме-стиле), я принялся её инструктировать. Дальше был небольшой маскарад со сменой одежды (Латная (!!!) форма горничной — это боль. Это просто боль. Даже если девушке она идёт) и телепорт на небольшую полянку всего в километре от стен города.

— Да, Владыка Момо… — с рвением начала милашка, что в белой рубашке и узких штанишках прибавила никак не меньше +20 к кавайности.

— Неверно! — оборвал я девушку. — В этом мире я уже назвал себя именем «Зеллос», его и стоит использовать. И об этом я тебе уже говорил.

— Прошу прощения, Владыка Зеллос! — горничная рухнула на колено.

Эх… Как же бесит, когда хочется вздохнуть, а невозможно. А ведь я помню, что вот что-то такое же было с ней у Момонги! Только вот кого бы я ни взял, ни черта бы не изменилось! Даже Юри Альфа падала бы вот так на колени, но если про Нарберал я хотя бы точно знаю, что она с задачей инфильтрации в человеческое общество справится, пусть и со скрипом, то про остальных такого не скажешь. Та же Солюшн могла отыграть стервозную даму, не желающую ни с кем встречаться, но то было в компании Себаса, а что она выкинет в моём обществе при всё том же «неправильно подышал на Великого!» — большой вопрос. Скорее всего, бесхитростно проглотит обидчика, и за руку её не удержишь — выскользнет, ибо Слизь. Сизу? Молча пристрелит или каким-нибудь лазером из глаз сожжёт — моргнуть не успеешь. Энтома — насекомое, её не замаскируешь, так как даже кистей рук нет. У Юри, вот зуб даю, обязательно в самый неподходящий момент отвалится голова — она держится только на тоненьком ошейнике. Ещё, конечно, среди Плеяд есть Ауреол Омега, которую по манге я вообще не знал (впрочем, как и ещё кучу народа, что в манге не упоминался, но при этом существует здесь), и она даже человек, как бы это ни было странно для Назарика, но она отвечает за телепортационные врата внутри гробницы, и без неё всё сразу полетит к чертям. Могла бы подойти Люпус Регина, но… она слишком активная, и чёрт знает, что ей придёт в голову. Вдруг рядом собачка тяфкнет, а у неё волчьи инстинкты взбурлят до полного неадеквата? Плюс, насколько я знал из памяти Момонги, в её личности прописан садизм, то есть если Нарберал просто презирает людей, то Люпус будет хотеть сделать этим людям максимально больно, при этом мило им улыбаясь и ничем своих планов не выдавая, пока не станет слишком поздно. В общем, как уже сказано, если есть надёжный рецепт, то не надо выдумывать велосипед.

— Не называй меня «Владыка», это привлечёт слишком много внимания, — силой поднимаю её с земли. — Достаточно использовать «господин».

— Поняла, Вла… — и осеклась. И начала наливаться краской. Доппельгангер, ага. — Г-господин Мо… — последовала вторая попытка, после чего до предела