— Стой! — выкрикнул я. — Что делать с Николаем⁈

— Скоро и сам узнаешь, а сейчас, наслаждайся моментом. — сказал он и исчез.

Ураган в тот же миг усилился, вырывая из земли миллионы тонн камней и земли. Ну, конечно же, разве могло быть иначе? Наблюдая за тем, как чернело всё внизу, я моментально перешёл в изнанку. Надо было раньше это сделать, ещё во время охоты на ящерицу, но, всё случилось так неожиданно, что я даже не обратил на это внимание.

Стоило мне перейти в изнанку, как мир потерял прежние краски. Здесь и без этого было темно, а теперь стало ещё хуже. А через несколько десятков секунд всё и вовсе померкло. Месьё Борей знал толк в наказаниях. Как только я потерял всякого рода ориентиры, сразу же встретил свой первый камень, который боднул меня сбоку. Дальше меня закрутило, я потерял скорость, и камни вперемежку с грязью и прочими обломками мира, начали впиваться мне в спину.

Я честно пытался защищаться первые полчаса, ровно до тех пор, пока не закончилась энергия в «защитных покровах». А дальше меня ждала настоящая мясорубка. Первые переломы я ещё чувствовал, Борей словно специально смаковал и дробил меня на части по кусочкам. А потом, когда целых костей в организме уже не осталось, а я перестал соображать, пришла спасительная тьма в виде камня, который прилетел мне прямо в лоб. Ура!

* * *

Я проснулся лёжа на полу, прямо перед каменными столами, на которых лежал Николай и Сивара.

— Ммм-мм-м… — схватившись за свою многострадальную головушку, я начал кататься по полу и в срочном порядке лечиться.

Не знаю, было ли всё произошедшее дурацкой шуткой, но ответ я всё же получил. «Скоро всё и сам узнаю»! Он не сказал «нет», он сказал, узнаю сам, а значит, надежда на положительный исход всё ещё была. С другой стороны, он, что, видит будущее? Откуда ему знать, что я скоро узнаю? Боль напомнила мне о том, что есть дела и поважнее. Верно, сейчас мне было абсолютно плевать, выживет он или нет. Самому бы выкарабкаться из фантомных болей.

Я уже понял, что цел и невредим, но в моём случае важен осадочек, который всегда горчил. Кое-как поднявшись, я зашатался и вновь приземлился на пятую точку. Боль от падения смягчила броня…

— Чёрт… — я посмотрел на броню и засмеялся.

Оказалось, что боль была не фантомной. Это моя броня впилась в тело так сильно, что доставляла кучу боли. Выходит, я и правда летал во сне?

При помощи «волшебных нитей» я начал отцеплять части брони и отбрасывать их в сторону.

— Как же хорошо… — прошептал я, когда отцепил от себя последний кусок.

Увы, но боли в голове были другого порядка и никуда не делись. Зато теперь я не чествовал себя мешком костей. Меня от воспоминаний тут же перетряхнуло так, что я на месте подпрыгнул.

— Всё! — я стиснул кулаки. — Больше никаких вопросов богам!

— Кого ты обманываешь? — пискнул паразит.

— Хлад! Разряд! — злобно приказал я.

— С превеликим удовольствием. — Хлад побежал к аквариуму и выпустил в него разряд электричества, как я и хотел.

— Ииии-и-иии-и-ии! — запищала креветка, а я улыбнулся.

Может, Юля написала правду, и я садист? Нет, глупости. Просто этот паршивец заслужил немного взбучки за свой длинный язык.

— Верно, верно. — запричитал Хлад. — До садиста тебе ещё далеко. Видел же, какие гадости творила эта микроскопическая гадина.

— Видел. — вздохнув, кивнул я. — Если я займусь тем же, пристрели меня.

— Как скажешь. — Хлад не стал спорить.

Высвободившись из мятой в хлам брони, я начал разминаться. И как только энергетические блоки не пострадали. Впрочем, все они были пусты. Я даже не заметил, как выкачал из них всю энергию. Я усмехнулся. Когда захочешь жить, ещё и не так раскорячишься.

«Защитные покровы» оказались полностью пусты, собственно, как и все цепочки с дарами «исцеления». Вот где уж точно закралась беда. Это же сколько мне предстоит времени их наполнять⁈ Хорошо, что я совсем недавно перешёл новый рубеж развития…

Я плюхнулся на каменный трон, который тут же и создал, и начал проводить ревизию организма. Должен же я был понять, все ли органы у меня на месте или же Борей и об этом позаботился, умыкнув парочку?

Прикрыв глаза, я начал ровно дышать и разглядывать новые энергетические каналы. Я так и не успел понять, насколько они расширились благодаря божественной энергии. Может, на процентов двадцать? Двадцать пять? А какой смысл гадать? Главное, что я стал ещё сильнее.

Да, я не пользовался магией, как остальные маги. Всё же у меня совсем другая специализация. Мне подходят уникальные дары, которые с лёгкостью обходят разного рода ограничения… Я взглянул на руку Николая.

— Прости, приятель, но такой дар я тебе оставить никак не могу… — я ловко стянул «волшебными нитями» перстень с указательного пальца. — Будь ты трижды сыном Романова, да хоть самим чёртом!

Я взглянул на перстень, который, судя по всему, достался ему в качестве трофея. Он буквально коптил чёрной дымкой. Я его и не заметил изначально, потому что живая броня прикрывала. Да и через «радар», он слабо выделялся, потому что абсолютная руна была чернее ночи. На фоне остальных он буквально терялся где-то позади.

— Иди к папочке… — усмехнувшись, я перекинул дар «поглощения энергии» с абсолютной руной в «коллекционера».

Не удивлюсь, если он этот трофей снял с убитого императора Германской Империи… Сразу же сделал я вывод и взглянул на ещё один дар, который привлёк моё внимание…

— Однако, здравствуйте… — прошептал я с удивлением в голосе. — Это же небесная руна…

Дар «вмешательства в сознание» с небесной руной умудрился спрятаться от меня в россыпи «защитных покровов».

— Забавно… — я усмехнулся. — Даже обладая подобными дарами, он не смог справиться с Вердисом… А ведь мог попытаться подчинить его…

— Не думаю, что у него бы это получилось… — заметил Хлад. — У тебя, между прочим, тоже…

— Что ты имеешь в виду? — заинтересовался я, спрятав дар в «коллекционера».

— А ты сам посмотри. — сказал Хлад и замолчал.

— Да, действительно. — согласился я, когда понял, что оба дара Николай носил с собой, что, называется «для красоты».

Они оба оказались мне недоступны. Силёнок ещё маловато, чтобы пользоваться подобными цацками… Впрочем, у меня подобных даров уже целый арсенал скопился. Толку ноль, даже продать нельзя, потому что в нашем мире столько денег не имелось.

— Ну и плевать. — заключил я. — Когда-нибудь у меня хватит энергии, и тогда мы заживём…

— Заживём, скажешь, тоже… — с долей скептицизма ответил Хлад. — Зато благодаря