Севастьяна, который в своей жизни, кроме Жанны и ее дочерей, уволил лишь одного человека — свою бывшую помощницу. И это за все годы его работы в компании.

Обо всем этом мне рассказала Урсула Вольдемаровна за обедом, куда пригласила меня и Севу.

И казалось, что она рада моей небольшой мести даже больше, чем я сама.

Глава 20

— Элла, — Сева подходит к моему столу и кончиками пальцев касается моего плеча.

— Да, что-то случилось? — испуганно отзываюсь, оторвавшись от работы. Точнее, от своих попыток выдать хорошую работу. — У меня пока ничего не выходит, — показываю на свои попытки создать хоть что-то похожее на наши первые модели.

— У меня тоже такое бывает, — отмахивается. Опускается на край моего стола и внимательно заглядывает мне в глаза. — У меня появилось очень важное дело, Элла. Мне нужно отъехать. Решить несколько вопросов.

— Да, хорошо, — киваю автоматически.

Все мои мысли об одном. О том, что нужно создавать коллекцию, а у меня ничего не выходит. Зря меня повысили. Не заслуживаю я повышения.

Толку ноль от меня.

— Я лишь сегодня оставлю тебя одну, — продолжает Сева. — Больше бросать не буду!

— Ладно, — все еще не могу смириться с тем, что ведь день провела за работой, которую не сделала.

— Поэтому у меня для тебя два варианта, — продолжает Сева. — Мама приглашала тебя на ужин, и Ариэла с Емельяном пригласили. Чье предложение ты примешь? Емельян скоро заканчивает и заберет тебя, если ты выберешь его. Мама, к слову, тоже, но, когда она заканчивает, я не знаю.

— Мне неловко ехать к твоим родителям без тебя, — признаюсь ему.

— Значит, к Емельяну и Ариэле? — уточняет он, подмигнув мне и, кажется, совсем не злясь на меня из-за моей неудачи. — Я после заберу тебя от них и отвезу домой.

— Емельян. Да и с Ариэлой мы подружились, — пожимаю плечами. — Она очень милая. Легкая. И местами даже смешная.

— Ты ей тоже нравишься, — произносит, наклонившись и быстро поцеловав меня. — Хорошо, отпишусь Емельяну. Он заберет тебя, когда будет ехать домой. А ты пока отдохни. Не работай больше сегодня. Не мучай себя. Иногда нужен отдых мозгу, чтобы на следующий день выдать шедевр. Поверь опытному человеку. У меня такое часто бывает. Порой даже не полдня, а несколько дней нужны для перезагрузки. Здесь главное — успокоиться и позволить себе быть в некоторые дни непродуктивным.

— То есть ничего страшного, что сегодня вот так?

— Совершенно ничего страшного!

— Я переживала, — признаюсь ему. — Посчитала даже себя бесполезной… — вздыхаю тихо и продолжаю: — У папы я привыкла всегда работать. Даже впахивать. Без минутки отдыха. И сейчас чувствую вину за то, что ничего не сделала.

— Я вылечу тебя от трудоголизма, — заявляет он, улыбнувшись. — Элла, наша с тобой работа заключается не только в том, чтобы выдавать одну модель за другой, но и в том, чтобы вдохновляться, отдыхать и даже жить. Не всегда все будет идти гладко. Этого нет ни в одной работе. Везде есть взлеты и падения.

— Спасибо, — благодарю его за слова поддержки и спокойствия. Поднимаюсь на ноги и обнимаю его. Крепко. Чувственно.

Все еще не могу поверить, что этот мужчина мой. Такой добрый, милый, заботливый и понимающий. И вдобавок ко всему еще и красивый.

— А что у тебя за дело? — спрашиваю его, когда он обнимает меня в ответ.

— Очень важное, — загадочно бросает. — Если все выйдет, то завтра расскажу обо всем! Сюрприз тебе готовлю! Тебе понравится!

— Мне сюрприз?

— Тебе! Ну и себе! Но больше, думаю, тебе!

— Что за сюрприз?

— Завтра все, любопытная моя! Завтра! Сегодня я даже намека тебе не дам!

— Вредина, — бросаю ему, чмокнув в щечку, и тут же оказываюсь наказана страстным поцелуем в губы.

Наказана, потому что распалил и заявил, что ему пора идти.

И все же, несмотря на все это, помогаю ему собраться и даже провожаю до выхода из приемной. Затем, последовав совету Севы, решаю больше сегодня не работать. Готовлю для нас с Леонидом по чашке кофе и, поудобнее устроившись, болтаю с ним о работе и о его жизни.

О наших с Севастьяном отношениях он знает, но обещал молчать еще в первый рабочий день. Сказал, что не видит ничего постыдного в таком виде отношений. Наоборот, даже хорошо, когда два человека влюблены и увлечены общим делом.

Емельян отписывается мне о том, что он закончил, ровно в сказанное Севой время и сообщает, что будет меня ждать на парковке через десять минут.

Прощаюсь с Леонидом, завершаю все свои дела и иду к лифту, но лучше бы я подождала еще одну минутку. Поговорила бы с Леонидом еще немного, послушав про его цветы.

Лучше бы опоздала, потому что мне ужасно не везет, и на одном из этажей в лифт заходит она.

Точнее, ОНО.

Начало моего Ада.

Мачеха замечает меня, отсутствие Севы и расплывается в коварной, мстительной улыбке. Настя за ее спиной делает то же самое.

— Элла! — восклицает Жанна, не стесняясь паренька, что ехал со мной в лифте несколько этажей.

Тот же, наоборот, вжимается в уголок, словно хочет слиться со стеной.

Так, главное, доехать до этажа парковки, и все! Буквально полминуты… если лифт не будет останавливаться на каждом этаже.

Держимся! Держимся!

— Добрый день! Документы забирали? — уточняю у нее, указывая на папку в ее руках.

— Деньги верни! — требовательно произносит Жанна вместо ответа.

— Какие деньги?

— Которые поганец Соболев тебе отдал! — рычит она. — В пиджаке были!

— Не понимаю, о каких деньгах идет речь! — восклицаю, применяя их же прием. Как в тот день, когда они украли у меня деньги Севы. Еще и обвинили.

— Мои деньги! — выкрикивает Настя.

— Не понимаю, про какие деньги идет речь! У меня нет ваших денег! Мне чужого не надо, — отвечаю, разведя руками.

Деньги я еще в обед закинула на карту. Пусть лежат.

На какую-то часть из них у меня даже план есть. Хочу устроить Севе ужин. Купить продукты, приготовить самой. Думаю, ему понравится.

А то он все меня по ресторанам водит без конца. Пора бы уже ему показать, что я готовить тоже умею. И побаловать его чем-нибудь. Другого ничего сделать для него пока не могу.

— Ах ты паршивка! — шипит мачеха, качая головой.

Парень в уголке так и вовсе превращается в хамелеона, который замаскировался.

Боже, хоть бы мы быстрее приехали на нужный этаж.

Может, выскочить на ближайшем?

— Пожаловалась, да? — продолжает Жанна. — А он пожалел тебя! Гаденыш! Переманила на свою сторону босса, да? Небось, пришлось поработать за его