окрашивалось в алый, а за спиной — разрывалось пространство.

Оттуда шёл такой звон, такой треск, что казалось, будто это существо копит энергию. Будто сейчас произойдёт выброс ТАКОЙ силы, что ничего вокруг просто не останется.

Но он даже не подозревал, что до этого просто не доживёт.

— М-м-м… м-м-м-м! — замычал его напарник.

Мужчина поворачивается и видит, как за горло держится другой похититель. Его глаза покраснели, со рта закапала кровь и…

— А-А-А-А! — завопил он, перед тем как из его рта вырвалась окровавленная рука!

Рука… РУКА! ИЗ ЕГО РТА ВЫРВАЛАСЬ ЧЬЯ-ТО РУКА!

Уже погибший похититель замер с задранной головой, а рука, что высунулась из его глотки, схватила жертву за челюсть и начла растягивать в сторону, позволяя выбраться уже второй руке.

Что-то разрывало голову жертвы изнутри. Вернее… кто-то.

Покрытый кровью, черноволосый мужчина в военной форме вырвался из жертвы, разрывая её череп и грудь, открывая для себя больше пространства.

Это был Марк Кайзер. И это была его телепортация.

Каков учитель, таков и ученик.

— Господи… — похититель упал на колени, — Да на что… мы подписались.

* * *

От автора:

Веселье даже не думает заканчиваться. А там где Кайзеры — там всегда очень весело. Всем. Кроме их врагов.

Спасибо, что со мной! Только ваша поддержка позволяет мне творить дальше.

Как всегда — присаживаемся, пристёгиваемся и погнали! Йоу!

Глава 10

* * *

За десять минут до появления Марка.

Чудище смотрело на женщину.

— Я знаю тебя…, — вгляделось оно, — Видел рядом с пацаном. И судя по этой коже…, — хмыкает он, — Я знаю кем ты была. Джекилл знает. Значит и я.

— И кем же? — процедила Василиса.

— Забитой, никому ненужной девчонкой, пожелавшей спалить весь мир, — оскалился он, — Только вот стоило ей нацелиться на Мировое Древо, как его же корни навсегда её оплели, начиная бесконечно ломать тело.

Кожа Василисы облазила и падала на пол, обнажая под ней… слияние плоти и белоснежного дерева, с пульсирующими огненными прожилками.

— Кости трещат, мышцы пронзаются корнями, — наслаждалось рычащее чудище, — Вечная боль для той, кто её заслужил. Для Ведьмы Апокалипсиса. Скажи… тебе сильно больно, девка?

— Больно?.., — вздохнула она, глядя в небо, — Да, мне было больно. Когда теряешь детей — больно. Когда сбегает внучка — больно. И когда пропадает правнук — больно. А вечно горящая, разрываемая плоть?.., — хмыкнула она, указывая на Хайда и дёргая пальцами вверх, — Она лишь значит, что больно будет тебе.

Две трещины моментально разрываются под ногами чудовища, и раскалённый камень вырывается на огромной скорости, разрывая стопы чудовища!

— Ыа-а! — взревело оно.

Лавовый камень взрывается, снося ноги по колено! Василиса одним движением вырывает из себя острую ветвь, швыряя её в голову чудища! Но Хайд успевает поднять руку, принимая удар на неё! Однако…

— Рост, — приказывает Ведьма, щёлкая пальцами.

— А-А!

Ветвь стремительно разрастается, начиная проникать в плоть и ползти по руке! Вечно горящая древесина тут же спекает мышцы, а капающая кровь шипит и булькает прямо в полёте до земли!

Хайд взревел, замахнулся второй рукой и отрубил поражённую, останавливая прорастание мирового древа!

— Моя боль — моя сила, — Василиса срывает кожу со своего лица, — И моя боль — твоя смерть.

Хайд тяжело дышал, кровавые слюни капали с его рта, а вены пульсировали. Дыхание ускорялось. Всё быстрее… быстрее и ещё быстрее!

Он взревел, уцелевшей рукой схватился за землю и вырвал оттуда огромный пласт твёрдого грунта, швыряя его в ведьму! Женщина ловко скользит по огненной тропе и уклоняется, однако эта секунда позволяет Хайду… полностью восстановиться.

Его рука забурлила и начала моментально отрастать, а ноги с хрустом соединялись. Да, сквозь боль, но эта боль делала его лишь сильнее. Лишь больше. Мышцы трещали, вены надувались, а взгляд становился всё безумнее.

— Зря, — процедила Василиса, скрещивая руки, — Кроме боли тебя ничего не ждёт.

— ЫА-А-А-А! — завопило чудище с невероятной регенерацией, бросаясь в атаку.

Битва между двумя аномалиями магического мира началась.

* * *

За пять минут до появления Марка.

Катю похитили. Её вообще забрали одной из первых, и такое ощущение, что приходили именно за ней. Хоть взрывы и грохот начались раньше, чем появились люди в чёрном, но именно с похищения Синициной и начался весь кошмар.

Она и несколько десятков других детей, с первого по десятые классы, сидели на поляне. Их руки привязаны к деревьям, а разум запуган.

Когда пробуждённый старшеклассник попытался дать отпор… ох, как они его ужасно избили! Оставили в живых, но в таком плохом состоянии.

Многие плакали. Катя тоже сначала поревела, но она быстро успокоилась.

«Нет. Меня не убьют. У меня слишком важная мама! Меня хотят продать!», — понимала девочка.

Но всё же…

«Кто-нибудь… пожалуйста…», — поджала она дрожащие губки, оглядываясь, — «Помогите…»

Ей страшно. Очень страшно. Она маленькая девочка, которая ушла спать со счастливой улыбкой, но проснулась от ужаса! Никогда её не похищали. Никогда не нападали! И вживую такой кошмар… она никогда не видела.

Люди умирают. Детей похищают. А где-то там вдалеке сражаются два монстра.

Лучший день превратился в кошмар.

«Кто-нибудь…», — молилась она, — «Кто-нибудь… пожалуйста… хоть кто-нибу…»

И тут девочка, привязанная к дереву, увидела на краю зрения… маленькое создание. В забавной шляпке, с большими глазами как у бабочки и хоботком! Феечка! Сейчас её крылышки не светились, и она аккуратно сливалась с деревом, однако, специально выдавая себя перед Катей.

Их взгляды встретились, и фея тут же улетела. Но не пришло и пары минут, как прилетела другая. И вот она была необычной. В платьишке из красных листьев, с почти человеческим лицом и в забавных ботиночках. А вот шляпки на ней не было!

— О-о, и впрямь, и впрямь! Гадская гадина! — пропищала она, с улыбкой кивая Кате.

Катя прифигела. Ч-что за…

Погоди, они умеют разговаривать⁈ Но вожатые же утверждали, что нет!

— Вы что… говорите? — прошептала Синицина.

— Я. Я говорю. На остальных, увы, уж так повелось, проклятье. Скучному Тэосу надоели наши шутки, и он проклял весь род!, — развела она ручками, — Но некоторые как я… хе-хе.

— И… и что тебе надо? — девочка нервно осмотрелась, убеждаясь, что похитители не видит.

— Мы, феи — очень гадкие! — гордо пищала