готов, — улыбнулся я, с интересом наблюдая за тем, как Дон искусно сливает Бестужеву ценную информацию про Разломы, а Иван раз за разом делает верные выводы.

— Один момент, — Бестужев достал свой телефон и по памяти набрал чей-то номер. — Алло, Игорь Андреевич?… Так точно… Есть информация… Можно поднять ранг нашим Титанам… Нет, только до четвёртого ранга, и то это будет непросто… Разлом с нежитью… Можем ли мы привлечь союзников?

Бестужев оторвался от телефона и вопросительно посмотрел на Дона. Тот уверенно кивнул.

— Можем, Игорь Андреевич. Если уложатся в наши временные рамки… Хорошо, дам знать… Где? — Бестужев на мгновенье задумался, выстраивая у себя в голове логистику. — На полигоне номер 19… Нет, как раз. Между объектом «Зодчий» и аэропортом… Да, американского сенатора доставим сразу туда.

Следующую минуту Бестужев молча кивал, а когда ЦУ начальства иссякли, коротко бросил:

— Сделаю.

Закончив телефонный разговор, он обвёл нас взглядом и кивнул:

— Получил добро. Через три часа на полигоне протолкнуться нельзя будет от желающих. Мы же уложимся в три часа?

— Должны, — кивнул Дон, — ну а если нет, то подождут.

С последним я был целиком и полностью согласен — действительно, подождут. Ну а если кто-то решит уйти — это сугубо его или её личное дело.

— Я готов, — Бестужев посмотрел на Дона, и тот, оскалившись, опрокинул в себя склянку с зельем.

— Гадость, — проворчал Дон, опуская склянку в специальную подставку в своём походном наборе алхимика.

Набор отправился в Инвентарь, а сам Дон начал… истончаться.

«Всё, Вик , — партнёр перешёл на мыслеречь, —второй попытки не будет» .

Я почувствовал, как сзади на плечо опустилась его тяжёлая ладонь, и мысленно ответил:

«Что, так и будешь ходить за мной, как привязанный?».

«Я же уже сказал, — в голове Дона сквозило ничем не прикрытое недовольство. —Второй попытки сделать зелье не будет. У меня был лишь один экземпляр заготовок. Одно дело смешать уже готовый набор, другое — варить всё с нуля» .

«Понял , — мысленно вздохнул я. —Идём?» .

«Идём» , — буркнул Дон.

— Мы тоже готовы, — сказал я Бестужеву, и тот, кивнув, повёл нас за собой.

У выхода из Оружейной палаты нас ждал чёрный Аурус, и как только мы с Доном и Бестужевым оказались в салоне, машина тронулась в путь.

— Пока едем, — произнёс Бестужев, — давай ещё раз обсудим, как закрывать Разломы.

— Давай, — согласился я.

И всё то время, что мы ехали до Евгения, я рассказывал всё, что знаю о Разломах — какие там встречаются обитатели, при каких условиях Разлом считается закрытым, что такое Разлом с метафизической точки зрения.

Но всё рано или поздно заканчивается, и мы наконец-то приехали к объекту «Зодчий».

Наш Аурус въехал на подземную стоянку, где мы сели в лифт и спустились ещё на 9 этажей под землю.

Если до этого момента я думал, что в Оружейной палате беспрецедентные меры защиты, то, увидев этот подземный бункер, враз поменял своё решение.

Автоматические пулемёты, подъёмные двери, многочисленные камеры и даже несколько Титанов в военной форме! С первого взгляда становилось понятно — государство возлагает на объект «Зодчий» серьёзные надежды.

Ну а когда мы оказались в зале, по центру которого находилась стальная арка портала, я и вовсе не удержался и присвистнул.

Ох, не зря Бестужев назвал Женю Зодчим, ох, не зря! То, что я видел перед собой, походило на футуристическое чудо света — техногенную арку портала!

Что до Жени, то он был в этом же зале.

Мой боевой товарищ был прикован к дальней стене зала, и, казалось, он не замечает ничего вокруг себя.

Помимо толстенной стальной цепи, руки и ноги Евгения были закованы в свинцовые гири, и на него были нацелены сразу три пулемёта.

— Не жестковато ли? — протянул я, но Бестужева рядом не оказалось.

ФСБшник остался в предыдущем зале и сейчас внимательно наблюдал за моими действиями через толстое и, скорей всего, пуленепробиваемое стекло.

«Не жестковато, — вместо Бестужева ответил Дон. — Присмотрись, Вик! Это не Евгений, это Махаон».

И действительно, сейчас, после слов Дона, я заметил, что глаза неофита едва заметно светятся. Следом по залу прокатилась едва ощутимая волна энергии Жизни, и мне на мгновение показалось, что я вернулся в Осколок Асклепия.

А затем Евгений-Махаон поднял голову и впился в меня немигающим взглядом.

— Ты… — прохрипел он. — Ты убил моего отца!

«Ну что я тебе могу сказать, Вик, — усмехнулся Дон. — Договориться по-хорошему, увы, не выйдет».

Глава 26

Глава 26

Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — Дон прав.

В данный момент тело Евгения находилось под контролем Махаона, и последний явно не был расположен на диалог. Поэтому я даже не стал пытаться. Вместо этого я подошёл к Махаону и достал переговорный амулет с выгравированными на нём рунами Подчинения и Удержания.

Стоило мне это сделать, как Махаон мгновенно перестал изрыгать проклятья, а в его взгляде промелькнул настоящий испуг.

— Давай, давай, — поторопил я его. — На выход!

Амулет потянуло к Махаону так, словно у меня в руках находился магнит, а закованный в свинец одарённый был огромным кусом железа.

И эта тяга была настолько сильна, что я не стал ей противиться, и амулет смачно врезался прямо в лоб неофита.

Он машинально дёрнулся назад, и на моих глазах из тела Евгения вышел дух Махаона.

— Ненавижу, — проскрипел он, не в силах оторваться от амулета. — Это всё из-за тебя!

И Махаон, вместо того, чтобы сопротивляться поглощению, дёрнулся вперёд, протягивая ко мне свои призрачные руки. И это было настолько быстро, что я не успел отреагировать.

Скрюченные пальцы Махаона вонзились мне в грудь, и в следующий момент я почувствовал, как моя душа вылетает из тела!

— Я заберу тебя с собой, убийца моего отца! — прошипел Махаон.

Его медленно, но верно втягивало в амулет, и мне по-настоящему стало страшно — неужели я окажусь взаперти вместе с этим сумасшедшим⁈

И Дон, как назло, молчал!

Хотя… При чём здесь Дон? Хватит уже полагаться на других!

Короткий миг растерянности прошёл, и я, собравшись, ударил Махаона сначала в печень и почти сразу — в солнышко.

Он охнул, и его фигура побледнела. Но при всём при этом хватка нисколько не ослабела.