слова его друга послужили катализатором. Его губы растянулись в похотливой усмешке, тёмные глаза предвкушающее вспыхнули, жадно скользя по моему лицу и впиваясь в каждую деталь, как впивается хищник в добычу. Он порочно облизнул свои губы, ничуть не стесняясь, наоборот, наслаждаясь произведённым эффектом, и протянул ко мне руку, затянутую в дорогую кожу перчатки.

Я резко отшатнулась, не давая ему даже шанса дотронуться до себя. Меня и так от его эротических замашек тошнить начало, не хватало ещё, чтобы он меня лапать начал, ещё подцеплю от него что-нибудь малоприятное.

— Я не понял… — пошатнулась самоуверенность мага-самоучки, — я не отдавал ей приказала двигаться! Эй ты, подстилка, быстро подошла к Трейну и стала перед ним на колени!

— Ну что ты, Фрейз, не здесь же… — хриплым от возбуждения голосом пожурил его Трейн, но сам уже распахивал плащ, — надо тепловой заслон сделать, чтобы не отморозить ничего… Исфайра тис тэрмотис, — произнёс этот извращенец, и вокруг него воздух словно дымкой подёрнулся. — Судя по слухам, у этой красавицы должен быть большой опыт в подобных делах… как вовремя тебе сестрица о ней рассказала!

В состоянии культурного шока мне находиться некогда было, меня сейчас чести и достоинства лишать будут.

— Акинисса! — едва не выкрикнула я, совершенно не сдерживая и не контролируя силу, чем больше — тем лучше.

Трейн, который не только плащ распахнул, но уже и штаны успел приглашающе приспустить, мгновенно замер под действием заклинания, а вот Фрейз — нет.

— Ах ты, тварь! Ты мне защитный артефакт уничтожила! — лицо его исказилось такой ненавистью, что я неосознанно попятилась, поскользнулась, но на ногах устояла.

Не зная, чего ожидать от этого урода, я беззвучно заклинание зеркального щита прошептала, мысленно похвалив себя за усидчивость.

Фрейз только открыл рот, чтобы опять меня какой-то гадостью одарить, как до нас донёсся топот копыт.

Я быстро обернулась, холодея только от одной мысли, что в этой компании насильников сейчас на одного больше будет, но в нашу сторону на вороном жеребце мчался господин Блэйвурд.

— Не смейте! — его крик перекрыл шум и резким предупреждением в морозном воздухе разнёсся.

Он был шикарен! Чёрные волосы были небрежно взлохмачены ледяным ветром, мужественные черты лица заострились от гнева, в синих глазах бушует гроза, лоб прорезан гневной складкой, губы плотно сжаты…

В считаные секунды он возле нас оказался. Вороной ещё полностью не остановился, как Блэйвурд с грацией дикого хищника из седла вылетел и передо мной оказался, полностью закрывая меня своей спиной от опасности. Мужчина стал настолько близко, что я почувствовала жар его тела и едва уловимый мятный аромат, смешанный с морозной свежестью.

— Лорд Фрейз, что здесь происходит? — властно потребовал объяснений Блэйвурд, а потом его взгляд на обездвиженного брюнета переместился, который в весьма примечательной позе застыл… господин Блэйвурд резко ко мне обернулся: — Вы в порядке?

— Ваше появление весьма кстати, — с облегчением призналась ему.

Блэйвурд внимательно осмотрел меня с головы до ног, и вновь к медноволосому поганцу повернулся:

— Лорд Фрейз, объяснитесь!

— С чего это я должен объясняться из-за какой-то ш…

— Лорд Фрейз! — зазвенел предупреждением голос Блэйвурда. — Вы, вообще, в своём уме? Немедленно извинитесь перед госпожой Норвит!

— Вы издеваетесь? — зло прошипел Фрейз, который ещё и к благородному сословию принадлежал. — Эта девка атаковала меня магией, испортила дорогой защитный артефакт, а я ещё извиняться должен?

— Вам придётся извиниться, — начал угрожающе наступать на него Блэйвурд, — судя по вашему другу, вы пытались…

— И что? — нагло усмехнулся лорд Фрейз. — Её и так уже половина Рокстоуна…

Что там со мной половина городка сделала я не расслышала, потому что голос этого мерзавца утонул в оглушающем рёве, таком сильном и мощном, что земля под ногами задрожала, а лошади испуганно заржали.

Я вздрогнула и широко распахнутыми глазами на небо посмотрела. С той же стороны, откуда примчался господин Блэйвурд, неслись драконы! Самые настоящие! С чешуёй, огромными крыльями, роговыми наростами по хребту, и зубастой пастью!

Первым летел золотой, чья чешуя, казалось, вобрала в себя весь солнечный свет. Гибкий, подвижный, даже грациозный, он на немыслимой скорости рассекал пространство, оставив далеко позади себя второго дракона, более крупного и массивного, чешуя которого отливала сталью.

Я с трудом удержалась от восторженно вскрика — это было просто нереально! Драконы! В самом деле драконы!

Моё сердце замерло, потом бешено заколотилось, но не от страха, а от чистого и даже какого-то детского восторга. Это было невероятно. Волшебно. Все мысли о сплетнях, о наглых домогательствах — всё исчезло, стёрлось… остались только они, царящие в небе воплощение силы, величия и магии. Я с жадным любопытством рассматривала каждый изгиб их мощных тел, каждый солнечный блик на их чешуе, каждое движение крыльев… казалось, весь мир вокруг замер, наблюдая за этим зрелищем вместе со мной.

Золотой дракон яростным ревом нарушил очарование и буквально камнем рухнул с небес, окутываясь легкой мерцающей дымкой, которая мгновенно скрыла его очертания. У меня сердце остановилось, когда это мерцающее нечто прямо на нас рухнуло! Зашибёт! Вокруг нас взвилось целое облако снежной пыли, а когда оно осело, прямо передо мной стоял… лорд Тайр Ирвут!

В самом деле! Я могла бы и догадаться, кто был так ослепительно прекрасен в небе!

Его золотые волосы были растрёпаны, переливаясь живым огнём, голубые глаза, в глубине которых всегда плясали ироничные искорки, сейчас горели таким неистовым, яростным пламенем, что я почувствовала, как морозный воздух вокруг нас накалился… но за этим огнём чистого гнева, в самой глубине его глаз я уловила нечто другое — безумное волнение и испуг.

Лорд Ирвут пребывал в наивысшей степени ярости, чистой и ничем не прикрытой.

Его убийственный взгляд метнулся в сторону застывших мужчин, один из которых не мог пошевелиться по моей вине, а второй из-за охватившего его ужаса, и золотоволосому дракону не нужны были слова и объяснения. Он понял всё мгновенно!

— Эйлана! — выдохнул он, и в этом единственном слове была целая буря эмоций: облегчение, обвинение, упрёк, безумное беспокойство… его пальцы почти до боли сжались на моих плечах, а его глаза неотрывно изучали меня, и я видела в них немой вопрос: «С тобой всё в порядке?». Так не переживают за случайных знакомых, так беспокоятся о тех — кто дорог.

Я улыбнулась и кивнула, не в силах перестать им любоваться… это как смотреть на разбушевавшуюся стихию — и жутко, и притягательно одновременно.

Ирвут шумно выдохнул, усмиряя свою жажду убийства. Я видела, как тяжело вздымается его грудь, как слегка подрагивают уголки губ… прижался лбом к моему лбу,