и явно не на поле. Даже неловко становится, когда Сокол рычит на него. Ведь причина во мне… Кинула ему свои пошлые фантазии, он теперь настроиться не может.

Надо с этим что-то делать. Совсем скоро будет настоящая игра между университетами. Если Максим будет так же ужасно играть, он ведь потом мучиться станет, что подвёл команду.

В перерыве сбегаю вниз к самому полю.

Макс, конечно, замечает меня и подходит. Весь красный, уставший, злой. Щурится на солнце, смотрит на меня, потом в землю. Молчит, будто нашкодивший школьник.

— Знаешь, Ледов, так дело не пойдёт… — начинаю я и кусаю губу.

Он переводит снова свои прекрасные серо-голубые глаза на меня. Опускает взгляд на мои губы, которые я уже сексуально (надеюсь) облизываю. Макс проводит рукой по волосам, взъерошивает мокрые от пота пряди. М-м-м… какой же он шикарный…

— Что не так, киса?

— Я хочу… победителя, Максим. На меньшее не согласна. Забей гол, покажи, на что ты способен на поле, — выдыхаю я и наклоняюсь к нему ближе.

Почти касаюсь его губ своими. Но не целую.

— Я с нетерпением жду, когда ты кончишь здесь играть и… будешь кончать в другом месте, Максим.

Отстраняюсь и подмигиваю ему. Прежде чем развернуться, успеваю заметить, как нервно дёргается его кадык. А я медленно поднимаюсь наверх, контролируя каждый шаг. Он ведь смотрит. Знаю точно, что гипнотизирует сейчас мою пятую точку.

Ну не знаю, получилось или нет, но надеюсь, что мне удалось его простимулировать.

Я устраиваюсь на козырном месте, подтягиваюсь поближе к перилам и впиваюсь глазами в поле, как в киноэкран. Тренировка продолжается. Парни набирают скорость, и в этот самый момент Максим будто перевоплощается — напряжение уходит из плеч, в глазах появляется абсолютная сосредоточенность.

Теперь он не просто играет, он управляет пространством вокруг себя.

Я жду. И надеюсь, что мои слова произвели на него впечатление. И вот… первый гол. Макс получает мяч у линии штрафной, делает два коротких касания, затем одним фальшивым обманным движением уводит Макарова в сторону и прокладывает себе узкую дорогу к воротам.

Бамс. И вратарь не дотягивается до мяча.

Я расплываюсь в счастливой улыбке. Внутри всё сжимается от радости. Что-то сладко-жгучее, томительное. Это ведь я, правда? Зажгла в нём эту искру, это стремление к победе. Он так переменился же после моих слов!

А дальше происходит ещё более удивительное. Одним голом дело не обходится. Максим следом забивает второй, а затем и третий. Сокол довольно улыбается, наконец-то расслабляясь. Ребята хлопают Ледова по плечу.

Я чувствую себя одновременно виноватой и гордой, как будто у меня в руках кнопка, и я её нажала. Сначала она сработала в неправильном направлении, а потом я всё исправила и получилось. Надо же.

Тренировка заканчивается. Ребята выдвигаются в раздевалку, а Макс… он пробирается ко мне. Протягивает молча руку. Мне хочется сказать, какой он молодец, но он, кажется, и не ждёт моих слов… а ждёт чего-то другого.

Мы проходим мимо раздевалок, где слышны голоса парней, мимо душевых, дальше по коридору. Максим толкает какую-то дверь и заводит меня внутрь. Здесь довольно темно и пахнет краской. Кажется, это подсобное помещение.

— Маша… — выдыхает он и толкает меня к стене.

Обалдеть. Мечты сбываются. И даже именно в том формате, как я их и заказывала. Чувствую, как по всему телу мигом прокатывается волна возбуждения. Хочу ощутить на себе его запах, его страсть, его поцелуи…

— Иди ко мне, — шепчу я.

Он прижимается ко мне всем телом, впиваясь в мои губы. Мигом раздвигает их и углубляет поцелуй. Я тянусь к его плечам, цепляясь за него, подтягивая ещё ближе.

Мы не тратим время на раздевание. Максим просто скользит руками мне под юбку и стягивает трусики в сторону. Он быстро освобождается и врывается в меня. Я стону от накрывающего удовольствия.

— Чёрт… какой же ты жаркий, Максим…

— Это ты со мной делаешь, киса. Я схожу с ума рядом с тобой.

— М-м-м… я не против. Продолжай…

Максим подхватывает меня под ягодицы и поднимает вверх. Я ахаю от глубины, от того, как оказывается всё может быть… чувственно. Его пальцы впиваются сильнее в мою кожу, и он начинает яростно вколачиваться.

Спина ездит по стене, по неровной штукатурке, но мне сейчас так фиолетово на это. Потому что всё самое интересное происходит не там. Каждое движение Максима во мне вызывает бешеную реакцию моего организма.

Я откликаюсь. На его грубые толчки, на его пальцы, твёрдо держащие меня, на его лицо, упирающееся мне в район груди. Его прерывистое дыхание, его напряжённые мышцы, за которые я держусь со всей силы. И, чёрт возьми, его скользящий во мне член…

Я вскрикиваю от яркого, пламенного, шикарнейшего оргазма, а он впивается в мои губы. Глушит моё удовольствие своим ртом, вбирает в себя, выпивает, и не прекращает своих движений.

Кажется, это через край. Слишком остро…

— Киса, как же ты красиво кончаешь. Вечность бы смотрел, — выдыхает он мне, останавливаясь.

Медленно ссаживает меня с себя, а следом, пока я такая разнеженная, счастливая и совершенно ничего не соображающая, разворачивает меня кругом и укладывает на какой-то не слишком чистый стол. Ай… ну и ладно.

Надо же. Мой хаос теперь вписался в жизнь Макса. Да так органично, будто ему именно этого и не хватало.

Но поразмышлять о том, какое я оказываю на него воздействие, я не успеваю. Он уже входит сзади, и стол жалобно скрипит от натуги. Мои пальцы обхватывают его край, а Максим набирает обороты. Одной рукой он держит меня за бедро, а второй обхватывает волосы и тянет на себя.

Я приподнимаю голову, и мой затуманенный страстью взгляд вдруг упирается во что-то у стены. Сначала я понять не могу, что меня смущает, а потом доходит. Это что-то… шевелится.

Крик застревает у меня в горле, я не могу не то, чтобы издать звук, я пошевелиться не могу от шока. Максим с рыком заканчивает, вырываясь из меня, а я зажмуриваюсь. Потом снова открываю глаза и понимаю, что не показалось.

Я дёргаюсь в панике со стола и вжимаюсь в Макса.

— Блин! Там… — тыкаю пальцем в стену.

И он тоже замечает. В углу в таком же трансе, как и мы сейчас стоит женщина. В темноте плохо видно, но ей лет пятьдесят-шестьдесят. Она смотрит на нас, открыв рот. В её руках тряпка. Так что… судя по всему, это уборщица.

Максим быстро поправляется, стирая следы страсти со своей ладони прямо о свои шорты, не заботясь