начал верить, что все происходит с какой-то целью. Мы там, где должны быть. Кто знает, какие пути мы бы выбрали при других обстоятельствах».

«Что случилось, Хант? Эти люди причинили тебе боль?» — спросил я, боясь узнать ответ. Слышать о его горе и печали в детстве и знать, что я ничего не мог сделать, чтобы это исправить, уже разрывало мое сердце на части.

«Не совсем. Я имею в виду, это почти все, что я знаю сейчас, хотя у меня есть счастливые воспоминания о нас до пожара. Люди, которые сожгли хижину, должно быть, пытались забрать меня. Меня перехватили до того, как я прошел через дверь, но я не знаю, что случилось дальше. Должно быть, я потерял сознание или вытеснил воспоминания, потому что следующее, что я помню, я проснулся в каком-то учреждении. Отрывки пожара вернулись, и я был полным развалиной. Вошла женщина и объяснила, что я в безопасности в корпорации «Монтегю», что вся моя семья погибла и я могу оставаться там столько, сколько захочу.

Честно говоря, я не помню первые несколько месяцев там. Они были довольно добрыми и внимательными. У меня была еда, одежда и свобода передвижения по учреждению. Там были и другие дети, но я вышел из своей скорлупы только после того, как встретил Палмер. Она моя лучшая подруга и по сей день. Мы просто сошлись; думаю, я привязался к ней, потому что чувствовал себя потерянным, а она уже так долго была там. Она показала мне положительную сторону — мы могли играть, ходить в школу, изучать магию и всякие крутые штуки. Что тут не любить, когда у тебя больше ничего нет?»

Я поднял руку. «Хантер... я встретил Палмер. Вот так я узнал, что ты жив».

«Что?» — переспросил он, потрясенный. «Но как? То есть, каковы шансы?»

«Здесь много всего происходит, и это долгая история, которую я хочу тебе рассказать, но это займет часы. Суть в том, что, судя по всему, «Монтегю» тебя промывали. И Палмер. И всех тех детей, которых они украли за эти годы», — процедил я.

«Украли? О нет, Кэм. Это не так. Те поджигатели были схвачены «Монтегю» — вот как я оказался у них. Они спасли меня. И других детей тоже. Я не знаю, кто стоит за всем этим, но это не «Монтегю»».

Я покачал головой, делая глубокий вдох. Он был зомбирован; конечно, так и было. Это было типично, и мы узнали об этом на первом курсе академии. Методы допроса, сенсорная депривация, всевозможные манипуляции с сознанием. Это было похоже на создание спящих агентов из детей. Такое дерьмо случается в реальной жизни, и казалось, что «Монтегю» усовершенствовала эту задачу.

«Кай, Слоан и я были схвачены женщиной по имени Лори. Сейдж, моя девушка, ее дочь. Это произошло после того, как она убила Фишера», — сказал я, снова поднимая руку, когда он начал перебивать меня. «Поэтому теперь есть два Фишера. Сейдж — наполовину демон и наполовину зеленая ведьма, и ей каким-то образом удалось извлечь жизнь из земли, чтобы восстановить его. В результате чего-то он раскололся. В общем, вернемся к сути. Когда мы были у Лори, нам стерли воспоминания и отвезли в замок, принадлежащий Азраэлю».

Глаза Хантера смешно расширились. «Вы были в Замке?»

«Тот, что у моря? Да. Мы были там. И угадай, что в подвале? Файлы и папки, полные информации о детях, Хант. Кай видел это своими глазами. «Монтегю» только что сожгли дом лучшей подруги Сейдж, и теперь дочь Миранды, Энни, пропала. Совпадение? Кай также видел в замке файл на Энни до того, как это случилось. Он также слышал, как Азраэль и один из его прихвостней обсуждали это. Я бы не стал тебе врать, брат. Никогда. Я сделаю для тебя все», — поклялся я.

Протянув руку, я притянул его к себе и обнял. Сначала он был напряжен, и я почувствовал укол сочувствия к тому, через что он, должно быть, сейчас проходит. Все, что он считал правдой большую часть своей жизни, было ложью.

«А Палмер? Она знает?» — тихо спросил он.

«Понятия не имею, брат. Ты знаешь эту женщину лучше меня. Что тебе подсказывает интуиция?»

Он отступил и посмотрел мне в глаза. «Она бы не стала врать мне о таком».

«Тогда вот и ответ. Всегда доверяй своей интуиции», — ответил я. «Может быть, позвонишь ей позже? Посмотришь, что она скажет?»

«Я бы позвонил, но она под прикрытием и пока недоступна. Я даже не знаю, где она точно. Я знаю, что это было что-то личное для нее. Она готовилась к этому годами, по слухам. Мои вопросы могут подождать». — Он тяжело вздохнул.

«Просто друзья?» — спросил я, изучая его лицо. Они были друзьями долгое время, и он явно заботился о ней. Не то чтобы мужчина не мог иметь друга-женщину, но мне было чертовски любопытно.

Его глаза встретились с моими. «Да. Просто друзья. У нас не такие отношения». Он подкрепил это заявление, толкнув меня плечом, и я поднял руки в знак капитуляции.

«Ладно, ладно. Я должен был спросить». — Я усмехнулся, и он ухмыльнулся. Мое сердце забилось чаще. Черт, это действительно был сон, ставший явью для меня. Под ослепительным шоком воссоединения я надеялся, что Хантер чувствует то же самое.

«Что ж. Раз уж ты открыл этот ящик...» — Он сделал паузу, и я уже знал, что будет дальше, по тому, как его голос был полон любопытства. «Ты делишь женщину со своими друзьями?»

Я не уловил ни тени осуждения, но хотел сразу прояснить свои отношения. «Во-первых...» Я увидел, как Хантер напрягся от тона моего голоса. Он прозвучал более напористо, чем я намеревался, поэтому я сделал глубокий вдох, смягчая свою резкость до более приемлемого рычания. «Они моя семья. Я люблю этих парней. И я люблю ту маленькую ведьму внутри больше самой жизни. Я не могу это объяснить, Хант. Она — все, что я, как мне казалось, никогда не хотел. Заботливая, любящая, забавная. У нее самое большое сердце из всех, кого я знал. Мы принадлежим друг другу. Все мы», — добавил я, подчеркивая тот факт, что я был вроде как в отношениях со всеми шестью людьми в нашем кругу.

«Везет же ублюдкам», — пробормотал он, когда мы снова пошли. «У нее случайно нет сестры? Может быть, идентичной?» — Он подмигнул мне, и я толкнул его в плечо.

«Я знаю, что мы только что воссоединились, и ты