него кружились и складывались в непонятные фигуры серые струи то ли дыма, то ли воды, а вокруг шара расцветало подобие цветка из полупрозрачных лепестков.

Этот шар манил к себе, давал свежесть, спокойствие. Я одновременно смотрел на себя в зеркале и на шар, который, судя по всему, создало моё воспалённое сознание. Сотрясение, как сказал Максим — скорее всего оно издевается.

И тут шар на мгновение стал непроницаемо-чёрным, а затем — ярко-бело-серым. Аж прищурил глаза, в надежде защититься от него.

На груди стало горячо, и я схватился за что-то. Амулет. Горячий, ребристый, как металлическое облако. Вытащил из-под одежды, осмотрел. Око Шторма. Название само выплыло из глубин памяти.

Я почувствовал приступ бешенства, смешанного со страхом, а затем — злое удовлетворение.

И снова: удовлетворение было моё, а вот бешенство — чужое.

— Что это? — спросил я у дядюшки, показывая Око Шторма.

Они переглянулись с солдатом. На лицах застыло беспокойство.

— Это, Сергей Иванович, ваш семейный кулон. Точнее, артефакт.

Я почувствовал, что сейчас умру. Последнее слово словно раздробило мою личность и сознание на множество осколков, похожих на тёмные пространства между сверкающей в небе молнии. Каждый кусочек по краям жгло, картинка упорно не собиралась воедино, но слово, это слово…

Не удержавшись, я опустился на колени, чувствуя ладонями прохладу дешёвого паркета, идущий из подвала холодок.

Но я повторял про себя одно лишь слово:

— Артефакт. Артефакт. Артефакт.

Снова приступ гнева, который не принадлежал мне. Мир наполнился фиолетовыми оттенками, картинка перед глазами поплыла, но я продолжил талдычить:

— Артефакт. Артефакт. Артефакты! — я выкрикнул это в полный голос, а эхо коридора разнесло его по дому.

Я тяжело дышал. Плечи вздымались, грудь ходила ходуном. Холодный липкий пот выступил на коже. Моё тело боролось с какой-то болезнью, но не сотрясением. Ощущение было скорее как от отравления.

— Артефакты, — прошептал я, добавляя в голос нежности.

Сжал кулак, чувствуя, как что-то давит на запястье. Увидел. Армагедец. Отражающий браслет.

Вторая рука. Флеймигатор. Защитные браслеты. Кольца со сферами неуязвимости. Браслет контроля моей бабушки.

Молния просто порвала мой мозг, но несмотря на жуткую, прострелившую меня от копчика до макушки боль, я засмеялся.

Подняв голову, я твёрдо посмотрел в зеркало. Увидев свои фиолетовые глаза, я усмехнулся. Своей, фирменной ухмылкой, которая пережила со мной столетия и десяток смертей.

А затем я сказал:

— Взгляд сущего.

Боль была такой, что фиолетовые небо, стены и люди моментально стали красными. За красной пеленой я не видел ничего, но зато быстро всё понял. И вспомнил.

Этого хватило, чтобы сосредоточиться и произнести внутренним голосом:

— Это моя жизнь и моё тело.

В ответ накатила волна хохота, но меня не проняло.

— Повторяю: это моя жизнь и моё тело. Ты — лишь гость. К тому же — паразит.

Последнее слово вызывало где-то внутри негодование, сменившееся досадой. Затем пришло вопросительное состояние.

Голову немного отпустило, мне принесли воды. Я выпил стакан и попросил ещё. А пока пил второй, сосредоточился на внутреннем мире, на том месте, где находился цикл перерождения.

Белое древо стояло, как ни в чём ни бывало, не обращая внимание на обломанные ветки, подпалённые корни, порванные нити и привязанное к стволу тело. Особенно на тело.

Прихрамывая, я подошёл ближе к дереву. Тело дёрнулось, открыло глаза. Фиолетовые глаза.

Лицо Бога Контроля снова ничего не выражало, будто не было боя, попытки захвата, а потом — удара молнии. Сухов очень вовремя начал реанимацию электрическим током, в попытке стабилизировать пульс. Заодно поправил мне мозги, которые пытался сломать этот парниша.

— Ты пропустил ток через себя, — выдохнул с облачком дыма Бог Контроля. — Смело. И глупо. Ты мог остаться без мозгов окончательно. Тогда даже я не смог бы воспользоваться твоим телом.

— Я рад, что мы уяснили, что это моё тело, — отметил я важное. — И я тебя отсюда выгоню.

Как только придумаю как.

— Ты чужак. Смысл тебе оставаться здесь? Тебе нужно двигаться дальше. Ты же хотел стать сильнее. — начал заново шарманку бог Контроля. Он снова закрыл глаза и говорил вяло.

— Я сам решаю, что мне делать, — отрезал я резче, чем надо. Потому что я действительно хотел стать сильнее. Но есть и другой способ: — Например, ты неплохо подкормишь меня и цикл перерождения. Старый бог, как перегной для нового. Почти коммерческий бренд. Нужно зарегистрировать, а то мне уже несколько раз предлагали это сделать, а я всё откладываю.

Фиолетово-глазый смотрел на меня отстранённо, как смотрят на чужих детей, которых понимают не до конца.

— Ты думаешь совершенно не о том, чужак. Тебе стоить понять…

— Я уже понял, — перебил я Бога. — Ты проиграл битву, но не войну. Ты, конечно, не вовремя, но по идее, раз ты жив, ты должен обладать циклом перерождения. А значит, сможешь возродиться в другом теле. Осталось понять, как тебя выкинуть из моего.

Я посмотрел на левое запястье. Там, уже давно, ничего не было. Браслет, ставший ключиком к моему сознанию и телу, растворился.

— Как ты умудрился втиснуть своё сознание в такой маленький объект?

Бог Контроля промолчал. Его лицо ничего не выражало, а глаза он закрыл. Ветви и куски коры, что держали его в плену, сжались поплотнее, сжимая в смертельных объятьях. Не быстро, но он, его энергия, станет частью меня.

И я не испытывал никакой жалости к нему.

Когда я решил вернуться в реальность и отвернулся от древа перерождения, Бог всё-таки заговорил:

— Шторм, — он хмыкнул. — Всё-таки странно называть тебя этим именем. Твой предок очень не любил богов.

— Я с ним солидарен.

Пленник помолчал, но продолжил.

— В общем, будь аккуратен. Мои коллеги, — он выделал «коллеги» язвительным тоном, — почувствуют знакомые потоки силы. И могут попросить тебя о том, что ты не сможешь сделать.

— Что именно?

— Снять с них все ограничения.

— Обойдутся, — спокойно ответил я, делая шаг прочь.

— Только вот закрыть разрыв тебе всё равно придётся. Иначе может случиться то, что даже твои артефакты не смогут сделать. — Его голос зазвучал грустно, будто он признавал какую-то ошибку.

— И что же может быть хуже, чем ожившие боги в мире людей, которые борются с демонами?

Бог Контроля, прикованный к моему циклу перерождения чуть дёрнулся, скрипнуло дерево.

— Они могут решить объединиться.

Глава 3

Время решать

Демоны и боги вместе. Против людей. Перспектива так себе, откровенно говоря.

Номинально я являюсь богом, поэтому мне может и какая-то выгода перепадёт, но чуйка, что проблема сильно глубже, не давала успокоиться.

А ещё меня беспокоило, что во мне