— Дурацкое название. Мы навестим короля и королеву в их загородном доме?

— Если они нас пригласят.

— Я принцесса. Им следует меня пригласить. Неправильно, что я буду жить не во дворце.

— Королева заботилась о тебе, она думала, тебе больше понравится с твоими сверстниками.

— Но я не встречаюсь со сверстниками, разве что только с тобой. И я еще ни разу не ходила на свидание с горячим сексуальным парнем.

Я уже было подумала, что излечила принцессу от дурной привычки вставлять там и тут гангстерские словечки. По всей видимости, я заблуждалась.

— Прошло каких-то семь дней, Ханни. Нельзя много ждать от одной недели.

— Но ты не понимаешь. Скоро я уеду домой, и мне опять запретят видеться с мужчинами. Кроме тех, за которых меня хотят выдать. И никого горячего и сексуального. И кто-нибудь вроде баронессы всегда будет рядом. Как же я разберусь в том, что такое секс?

— Уверена, тебе это не составит труда, — сказала я. — Кажется, суть ты уже уяснила.

— Какую суть?

— Ханни, мы были на вечеринке. Ты танцевала и флиртовала. Я же видела.

— Что такое «флиртовать»?

— Ну, знаешь… хлопать ресницами, поддразнивать, вести себя так, будто мужчина тебе интересен.

— О, это я умею. Это мне нравится, да, — сказала она. — А ты нет. Думаю, это плохо. Как же он тогда узнает о твоей симпатии?

Что ж, это был меткий удар. Вероятно, она права. Возможно, поэтому Дарси и охладел ко мне. Потому, что я недостаточно сильно проявляла свою симпатию. Но флирт дается нелегко, особенно тем, кто вырос в далеком замке с клетчатыми обоями в уборной, звуком волынки на рассвете, среди мужчин в килтах.

— Впредь я буду лучше стараться, — заверила ее я.

— Я еще не целовалась с мужчиной, — продолжала она. — Это очень приятно?

— Да, очень, если мужчина подходящий.

— Ты уже нашла подходящего мужчину? — спросила она. — У тебя есть кто-нибудь горячий и сексуальный?

Я уставилась в окно, внимательно глядя на ручеек, петляющий по лугу, на тенистой стороне которого паслось стадо.

— Как видишь, еще нет, а то бы уже была замужем.

— Ты хочешь замуж? — спросила она.

— Пожалуй. Этого хотят все девушки. А ты не хочешь?

— Не раньше, чем пойму, каково это — жить своей собственной жизнью, — непривычно серьезно сказала она. — У меня еще есть дела. Дела, которыми не может заниматься замужняя женщина, тем более замужняя королева или принцесса. У меня есть мечты.

— Какие? — спросила я заинтригованно.

— Ах, пустяки. Пройтись по магазинам. Зайти в кафе. — Она резко отвернулась и уставилась в окно.

Теперь только мерное похрапывание баронессы нарушало тишину. Я поймала себя на том, что мои мысли опять возвращаются к событиям прошлой недели. Все так запуталось. Сначала Табби разбился насмерть. Затем это ужасное происшествие в книжном магазине: кровь расплывается по белоснежной рубашке Сидни Робертса. Дедушка не сомневается в том, что здесь должна быть связь. Лично я не понимаю, какая. Разве что дело в кокаине, который я видела на кухне Гасси. Я мало что знала о наркотиках, но слышала, что люди, вовлеченные в куплю-продажу, не знают жалости. Если Табби и Сидни были во что-то замешаны или кому-то не заплатили, тогда им могли преподать урок, ставший для них последним. Но кто?

Перед нами открылись равнины восточной Англии. Бесконечные поля уходили куда-то за линию горизонта. Белые облака, которые напоминали вату, повисли в воздухе, отчего на землю ложилась пятнами тень. Шпиль церкви. Мы проехали сначала Литтл Диппингс, а затем и Мач Диппингс — деревушки были похожи, как две капли воды. Множество белых с розовым домиков под соломенными крышами расположилось вокруг церкви и паба «Кроумер-Строуд Армс». За ними начиналась длинная кирпичная ограда. Миновав ее, мы оказались возле внушительных ворот. В этой части имения находился английский парк. То тут, то там виднелись купы деревьев и какие-то кусты, которые напоминали рододендроны, хотя цветов уже не было. С шумом разрезая воздух крыльями, с земли поднялся фазан. Звук приближающейся машины спугнул небольшое стадо оленей. Неожиданно Ханни сказала:

— Смотри, что это за животное в тех кустах? Розовое, но не думаю, что это свинья.

Я принялась всматриваться в нечто розовое посреди листвы. У этого нечто было чертовски много конечностей.

— Не могу разобрать, — ответила я, но в ту же секунду поняла.

Там, в траве, нагишом, двое обвили друг друга руками и ногами и занимались тем, о чем я могла только догадываться. Водитель по ту сторону стеклянной перегородки тактично кашлянул и нажал на газ. Когда пара услышала приближающуюся машину, они удивленно подняли головы. Шум проезжавшей машины застал пару врасплох, одна голова поднялась от земли. Я мельком успела разглядеть лицо, на котором застыло крайнее изумление.

Глава 24

Еще один поворот, и Диппингс предстал пред нами во всем своем великолепии. Как и у большинства построек в этих местах, несколько веков назад его кирпичные стены были красными, однако с годами этот яркий цвет поблек и приобрел приятный глазу розовато-серый оттенок. Во времена королевы Елизаветы появились полосатые — красные с белым — кирпичные дымоходы, в правление короля Георга к передней части дома пристроили классический портик и марш мраморной лестницы. Перед парадным крыльцом расположился декоративный пруд с фонтаном. Стайка белых голубей кружила над нашими головами. Картина была поистине очаровательной. Мы миновали ухоженные лужайки и аллеи, которые укрывались в тени деревьев, и остановились возле парадного крыльца.

Баронесса зашевелилась.

— Приехали, — сказала Ханни.

Пока лакеи суетились, открывая дверцы машины, баронесса лихорадочно натягивала шляпку.

— Добро пожаловать в Диппингс, миледи, — сказал один из лакеев и помог мне выйти.

Едва мы ступили на выложенную гравием дорожку, как вниз по ступенькам к нам устремилась высокая тонкая женщина. Она выглядела несколько угловатой и даже болезненно худощавой. Ее лицо покрывал ровный слой косметики, брови были выщипаны, на губах лежал слой невероятно яркой красной помады — она словно носила маску (хотя и не так искусно выполненную, как у моей матери). Она торопливо подошла, протягивая к нам руки. Ткань ее лилового платья красиво развевалась.

— Добро пожаловать! Добро пожаловать в Диппингс! — сказала она с акцентом, характерным для жителей американского юга. — Вы, должно быть, леди Джорджиана! А это принцесса! Добро пожаловать, ваше высочество! — Она довольно неуклюже присела в реверансе. — Как прелестно, что вы к нам приехали погостить. Не могу выразить, как я была взволнована, когда ее величество позвонила и