как он отзывается на каждое моё движение. Это было то самое чувство, которое Григорий называл «разговором с металлом»: когда ты не просто бьёшь молотом по заготовке, а слушаешь её, чувствуешь её структуру, её волю (или, если угодно, её кристаллическую решётку), и направляешь свои удары туда, где они нужнее всего. И всё это сдобренное чарами моего дара.

Когда лезвие было готово, я закалил его в масле: старая добрая технология, которую мы с Григорием использовали для особо ответственных изделий. Масло давало более мягкую и равномерную закалку, чем вода, и сталь после него становилась упругой, не хрупкой. Затем — отпуск в горячем песке, чтобы снять внутренние напряжения и придать лезвию ту самую «живую» гибкость, которая отличает хороший инструмент от посредственного.

Для рукояти я выбрал прямую, без сучков, берёзовую заготовку: длинную, около полутора метров, чтобы Сергею было удобно косить, не сгибаясь в три погибели. Я обстрогал её, придал овальное сечение (чтобы рука не скользила и не поворачивалась), а затем, памятуя о том, что дерево имеет свойство трескаться и гнить, решил укрепить её бронзой. Часть черенка, та, что прилегала к лезвию, я обмотал тонкой бронзовой проволокой, плотно, виток к витку, а затем, разогрев проволоку своим даром, спаял витки между собой, создав сплошную бронзовую муфту. В верхней части рукояти я сделал то же самое — получилась вторая бронзовая муфта, служившая одновременно и для баланса, и для защиты дерева от износа. Само лезвие я закрепил на рукояти с помощью трёх стальных заклёпок и дополнительно обмотал место соединения тонким кожаным ремешком, пропитанным воском.

Но главное было впереди. Я не мог просто сделать хорошую косу — это было бы слишком просто для кузнеца моего уровня. Я должен был сделать её особенной.

Вспомнив уроки из «Симфонии камней», я выбрал для зачарования яшму — камень, связанный со стихией земли, дарующий выносливость и упорство. Небольшой, размером с ноготь, тёмно-зелёный с бурыми прожилками камушек, который я нашел ещё в ту пору, когда только начинал экспериментировать с артефактами. Я спрятал его внутрь черенка: просверлил в торце рукояти небольшое углубление, вложил туда яшму, а затем закрыл отверстие стальной заглушкой, которую тщательно заполировал, чтобы она была незаметна. Теперь камень был в безопасности, защищённый от влаги и механических повреждений, но его магическая аура достаточно свободно будет пронизывать все орудие, и рукоять, и самого косаря.

Зачарование. Я не был мастером рунной магии в классическом понимании (для этого требовались годы обучения в Академии и талант), но мой дар позволял мне работать на более глубоком уровне, напрямую взаимодействуя с энергетической структурой материала. Я «попросил» яшму с бронзой отдавать свою энергию медленно, крошечными порциями и преобразовывать её в восстановление выносливости владельца. Это было похоже на то, как если бы я настраивал музыкальный инструмент: чуть-чуть подтянуть эту струну, чуть-чуть ослабить ту, найти точку резонанса, в которой камень начинал «петь» в унисон с замыслом.

Когда я закончил, коса выглядела… ну, как коса. Длинное стальное лезвие с чуть заметным изгибом, деревянная рукоять с бронзовыми муфтами, кожаная оплётка в месте соединения. Никаких светящихся рун, никаких драгоценных камней на виду. Но я-то знал, что эта коса — не просто инструмент, а артефакт, который позволит Сергею работать дольше и уставать меньше.

— Держи, — сказал я, протягивая косу людоволку, который всё это время терпеливо ждал, сидя на лавке у стены кузни и наблюдая за моей работой. — Коси на здоровье.

Сергей взял косу, взвесил её в руках, провёл пальцем по лезвию и присвистнул.

— Хороша, — сказал он с уважением. — Баланс. И лезвие… Это что ж за сталь-то такая?

— Наша, — усмехнулся я. — Держит заточку дольше обычной. И ещё кое-что: я её зачаровал на восстановление выносливости. Будешь меньше уставать.

Сергей покачал головой, но ничего не сказал: только посмотрел на меня тем особенным взглядом, каким смотрят на человека, который постоянно делает что-то невозможное, и к этому уже почти привыкли.

Он ушёл на покос, а я остался в кузне. И тут, глядя на то, как волколюд удаляется в сторону заросшего травой поля, я задумался о том, что нам, в сущности, предстоит вспахать ещё много земли. И пахать её вручную — это, мягко говоря, не самое эффективное использование времени и сил. У нас была Буря — сильная, выносливая кобыла, которая вполне могла бы тянуть плуг. Но плуга у нас не было.

— Будет, — пробормотал я себе под нос и снова потянулся к заготовкам.

Плуг — это, по сути, тот же меч, только изогнутый иначе и предназначенный не для того, чтобы рассекать плоть, а для того, чтобы рассекать землю. Я взял ещё одну стальную заготовку (на этот раз более массивную, потому что плуг должен быть прочным, способным выдерживать удары о камни и корни) и начал ковать. Лемех (та самая часть плуга, что подрезает пласт земли) я сделал из твёрдой, но вязкой стали, способной гнуться, но не ломаться. Отвал (изогнутая часть, которая переворачивает подрезанный пласт) — из более мягкой стали, которую я отполировал почти до зеркального блеска, чтобы земля не прилипала. Все соединения я усилил бронзовыми накладками, а места, подверженные наибольшему износу, закалил дополнительно, используя свой дар для уплотнения кристаллической решётки металла (прочность «+1»).

Примерный внешний вид артефакта: «Молот Ваятеля Мк. I»

Глава 21

Маг. бот I

Пока я работал, в голове у меня крутились обрывки прочитанного в библиотеке: магические устройства, големы, принципы одухотворения неживой материи. И постепенно, по мере того как плуг обретал форму под моими руками, в моём сознании начала складываться идея: дерзкая, но от того не менее заманчивая.

Големы. В книгах подробно описывался процесс создания голема: нужно ядро, в которое заключена душа, нужно тело, способное двигаться, и нужна система управления, связывающая ядро с телом. В классическом варианте всё это требовало сложнейших ритуалов, редких ингредиентов и огромных затрат маны. Но у меня был мой дар, который позволял упрощать и усиливать магические процессы. И у меня были селенитовые аккумуляторы, способные хранить колоссальные объёмы энергии. И, что немаловажно, у меня были книги с описаниями конкретных магических массивов: захват души, подчинение, стабилизация.

А что, если… что, если создать не боевого голема, не каменного монстра, а что-то маленькое, простое, утилитарное? Что-то, что могло бы тащить плуг? Или возить тележку? Или выполнять другую простую механическую работу?