экране появилось весёлое лицо Онура. Он сидел где-то на яхте в Средиземном море, потягивая коктейль.

— Салют, горцы! — захохотал Онур. — Как там поживает мой любимый «киллер на пенсии»? Фархад, я слышал, ты теперь разбираешься в сорняках лучше, чем в калибрах?

— Онур, замолчи, — буркнул Фархад, но в его глазах блеснула искра радости. — Как там мама и отец?

— Мама хорошо, но всё ещё зла на Василису, за её шоу на юбилее, но думаю, если вы родите ей внучку, то она растает, как снежная королева. А старик? — Онур картинно закатил глаза. — Он теперь легенда. Рассказывает всем партнерам, что отправил сына «на секретное задание по захвату северных территорий». Когда я сказал ему, что ты стрижёшь кусты и борешься с тлёй, он чуть не подавился маслиной. Но потом добавил: «Главное, что Василиса при нём. Она любого барана построит, даже если он в короне».

— Это он про тебя, Онур? — влезла в разговор Василиса, подсаживаясь к экрану. — Когда приедешь? Нам нужен администратор, который умеет улыбаться гостям, а не сканировать их взглядом на предмет скрытого оружия.

— Ой, нет, сестрёнка, — Онур замахал руками. — Я аллергичен на вечную сырость и клетчатую ткань. Но подарок вам послал. Встречайте завтра в порту.

— Если это еще один ящик рахат-лукума, я тебя убью, — предупредила Василиса.

— Это... саженцы турецких роз, — подмигнул Онур. — Чтобы Фархаду было что защищать по ночам, кроме твоего спокойного сна. И да, папа передал, что если родится мальчик — назовите его Дунканом. Он считает, что для Шотландии это очень «авторитетное и властное» имя.

— Дункан Фархадович... — Василиса задумалась на секунду. — Звучит как название виски средней паршивости. Нет уж, мы подумаем сами!

Онур рассмеялся и отключился. В доме воцарилась тишина, нарушаемая только треском дров в камине. Фархад подошёл к Василисе и обнял её, уткнувшись носом в макушку.

— Знаешь, а Макдугал сегодня спросил, как мы познакомились, — тихо сказал он.

— О, господи. И что ты ответил?

— Что ты спасла меня от самой скучной жизни. — Он прикоснулся к её щеке, смахивая невидимую соринку. — Ты была права, Вася. Тут... спокойно. Даже если бараны наглые.

— Конечно я права! — она развернулась в его руках. — И знаешь что? Я тут видела объявление: в соседнем городке продают старую лодку. Мы назовем её «Побег» и будем пугать местных рыбаков твоим суровым лицом.

Фархад рассмеялся — громко и искренне, впервые за долгое время. В этом суровом краю, среди туманов и ветра, они наконец-то нашли свой дом.