Напряжение, в котором Екатерина находилась последние минуты, схлынуло и видимо приняв для себя какое-то решение, она непринужденно спросила меня, — Стало быть Иван Николаевич вы все ведаете про жизнь нашу и про наше будущее?

— Не знаю Ваше величество, расстроит это или обрадует вас, но я ничего про вашу жизнь настоящую не ведаю, да и про будущее императрицы Екатерины Великой из того мира знаю только основные вехи: про победы над Турцией, раздел Польши и долгое правление, при котором Россия достигнет доселе небывалой мощи, но распространяется ли сие знание на этот мир мне не ведомо! — пожал я плечами.

Екатерина задумалась на мгновение и улыбнувшись ответила, — Опять удивили меня Иван Николаевич! Ответить в такой ситуации — не знаю, может только человек действительно не из этого мира, эти лизоблюды, — она махнула рукой куда-то в сторону двери, — Не упустили бы такой возможности завоевать благосклонность государыни! Хочу посмотреть на ваше оружие!

При обсуждении предстоящей аудиенции мы такое развитие событий рассматривали как возможное, поэтому подстраховались и заранее подготовились.

— Как будет угодно Вашему величеству, мы все подготовили, оружие в карете на въезде в Царское село, вместе с двумя моими соратниками из того мира! — ответил я.

Распорядившись привести Доброго и Гнома с грузом в сад, а также принести туда же, по моей просьбе, штук двадцать арбузов, тыкв или чего-то подобного, Екатерина задумчиво посмотрела на меня — Иван Николаевич, а не вас ли я наградила в феврале сего года за храбрость золотой саблей и произвела в чин ротмистра за дела под Бахмутом?

— Так точно ваше величество, служу Отечеству! — по привычке сказанул я, и в очередной раз удивился ее великолепной памяти или очень качественной подготовке к разговору.

— Служу Отечеству, хорошая фраза! — будто бы смакуя ее на языке, сказала Екатерина.

— Да ваше величество, в том мире этой фразой отвечает воин командиру и своему подразделению после вручения ему какой-либо награды!

— Достойная традиция, как считаете Григорий Александрович!

— Совершенно с вами согласен ваше величество!

В этот момент из-за шторы, как призрак, появился придворный и доложил, что приказание императрицы исполнено, в саду все готово. Пройдя в дальний угол сада, который находился еще в стадии строительства и облагораживания, мы увидели, что у деревянного стола с выложенными на нем образцами оружия стоят Добрый, Гном и два гвардейских офицера, для пригляду. Стоящие у стола подтянулись, а Екатерина подошла и внимательно посмотрела на них.

Добрый, которому тоже всегда было «положить» на высокое начальство, спокойно представился, — Вахмистр Емельянов!

Ну и Гном не отстал от него, — Капрал Чернов!

Екатерина оценив размеры Доброго, который был выше гвардейцев на голову, с уважением произнесла, — Не перевелись значит на Руси богатыри, не перевелись! — и дала отмашку, — Удивляйте Иван Николаевич!

Помня, что самый лучший экспромт — это подготовленный экспромт, мы в особняке Потемкина предварительно подготовили программу показа и немного потренировались. На стол были выложены два «Калаша», L96 и два револьвера, а в поле установили три рубежа мишеней: три штуки на триста метров, полтора десятка на сотне и десяток на тридцати. Конечно для винтовки Доброго триста метров не расстояние, но дальше невооруженным глазом будет ничего не видно.

Получив добро от Екатерины я махнул рукой и Добрый с Гномом провели разборку и сборку автоматов и доложив о готовности подошли к огневому рубежу. Получив команду «Огонь» они за десять секунд распотрошили все арбузы на сотне метров и отошли к столу. Потом Добрый взял свое чудище и из положения стоя взорвал арбузы на трехсотке, а далее подошел мой черед — подхватив револьверы, я перекатом ушел в сторону от стола и встав на одно колено поразил шесть целей, а потом «качая маятник» продолжил вести огонь с двух рук до полного опустошения барабанов.

Немного оглохшая Екатерина была ошеломлена, но хватку не потеряла, а сразу поинтересовалась, — И много Иван Николаевич у вас такого оружия и можно ли его изготовить на наших мануфактурах?

Я, естественно, не собирался сразу раскрывать все карты и рассказывать про наши запасы и ответил, — Оружия к сожалению немного, только то, что было при нас во время выполнения боевой задачи, но не это главное ваше величество, главное это боеприпасы, количество которых ограничено, — и показал ей патрон от автомата, — Это ваше величество патрон, он включает в себя пулю и заряд пороха, объединенные в одно целое гильзой!

Я вытащил, заранее расшатанную, пулю из гильзы и высыпал на стол навеску пороха, а рядом положил их аналоги из этого мира — свинцовую пулю и бумажный патрон.

— Вы не ответили на мой вопрос Иван Николаевич — можно ли это изготовить на наших мануфактурах?

— Это самый важный вопрос ваше величество! В данный момент конечно нет! И если вот такой пистолет, — показал я на револьвер, — Еще можно попытаться сделать, то гильзу и капсюль сейчас сделать совершено невозможно! — огорчил я Екатерину.

— Тогда какой от всего этого прок! — расстроенно развела руками Екатерина, — Закончатся ваши волшебные заряды и все — это бесполезные железяки!

— Абсолютно верно ваше величество, поэтому нужно развивать мануфактуры, капрал Чернов весьма ученый человек, инженер, окончил университет, сейчас ведет записи на бумагу всех наук, известных ему, но кое-что из сделанного здесь по новым технологиям мы можем показать прямо сейчас! — предложил я.

По моей просьбе, гвардеец выстрелил из пистолета в остатки арбуза. После выстрела, естественно, образовалось облако дыма. После, я зарядил этот пистолет бездымным порохом и повторил выстрел.

— Вот ваше величество, это новый бездымный порох, изготовленный капралом Черновым — кроме того, что после выстрела нет дыма, так еще и возможно вести огонь на большую дистанцию и с большей скорострельностью, нужно только доработать ружья и пушки и тогда доминирование в сражениях будет подавляющим! Если позволите я подготовлю доклад желательных, на мой взгляд, решений по развитию мануфактур и всего что с этим связано! — попросил я.

— Готовьте в кратчайший срок Иван Николаевич! — обретя былое деловое настроение, сказала Екатерина, — А теперь следуете за мной, не могу же я, самодержица всероссийская, оставить без награды столь достойных своих воинов!

В итоге оказалось, что не только я люблю подготовленные экспромты, но и государыня императрица. В огромном зале нас уже ждали с десяток придворных обоих полов, в виде массовки, почетный караул и распорядитель всего этого действа, серьезный дядька лет пятидесяти. Все, кроме нас, знали свои роли назубок, Потемкин остановил нас жестом в стороне от группы придворных и мы по привычке встали в одну шеренгу. Дядька встал рядом