мостовой тихо стучат шаги прохожих, слышен цокот копыт, грохот колес и веселый щебет птиц. Воздух наполнен ароматами сирени, булочек с корицей и близкой реки.

Подхожу к экипажу. Тим услужливо открывает передо мной дверь.

— Куда теперь, милорд?

Забираюсь в салон, уютно пахнущий кожей и кедром. Откидываюсь на спинку и с наслаждением выдыхаю.

— На строительный базар, Тим.

— Что-то тяжелое повезем?

Кошусь на него. Неловко переминается с ноги на ногу, комкая в руках кепку.

— В деревню прикупим необходимых материалов. Так, по мелочи. Крупногабаритные покупки отправим заказным экипажем. Главное, чтобы дорога туда не раскисла.

Парень кивает, а у самого глаза светится. Качаю головой и вопросительно склоняю ее к плечу. Неспроста же он спросил? Явно что-то на уме.

— Пегги просила привезти немного продуктов, — когда он говорит о горничной моей жены, у него даже голос звучит иначе. Мягче что ли.

Хмыкаю и изгибаю бровь.

— И список у тебя с собой?

Хлопает себя по нагрудному карману дорожного камзола и улыбается. Все ясно с тобой, Тим. Да чего уж там! Отчасти я сам уже немножко Тим. И влюбляюсь в собственную жену, как сопляк.

— К ехиднам, пора трогаться. Заедем на базар, только поторопись.

— Да, милорд! — стремительно запрыгивает на облучок и погоняет лошадей.

А я задумчиво смотрю в окно на мелькающие дома, выкрашенные в пастельные тона, с изысканными архитектурными деталями и балконами, лавки с яркими вывесками и манящими стеклянными витринами.

На перекрестке останавливаемся, пропускаем вереницу торговых повозок, следующих на базар.

Замечаю знакомую супружескую пару, прогуливающуюся мимо лавки молочника.

Господин Маккензи, владелец сети рестораций, и его сияющая супруга в роскошном лимонном платье и кружевной шляпке в тон.

Воркуют как голубки, ничего и никого вокруг не замечают. Вон, как смотрят друг на друга!

Морщу лоб и силюсь вспомнить недавний скандал в их семье. Если не ошибаюсь, супруга его отличалась скверным характером, изводила прислугу и выкинула номер на пышном светском мероприятии, опозорив муженька. Маккензи упрятал ее в родовом поместье и подал на развод, но в один прекрасный день привез обратно.

Бабник и кутила внезапно остепенился, стал совершенно другим человеком. Их семья стала образцово-показательной.

Ходили разные слухи, но в королевской тайной канцелярии их быстро замяли, а в высоких кабинетах озвучили официальную версию: попаданка. Пришелец из других миров, занимающий тело умершего.

За ними пристально наблюдают по наказу короля, пришельцы считаются опасными. Они обладают тайными знаниями и способны разрушить наш мир своими радикальными идеями и новшествами. Однако, в тайной канцелярии им могли бы найти применение.

Моргаю и снова смотрю на чету Маккензи. Парочка выглядит счастливой. Даже слишком.

Попаданка — проносится в голове.

В груди прошибает льдом. В висках грохочет пульс.

Да быть того не может!

Белинда….

Качаю головой и отворачиваюсь от окна. Экипаж снова трогается и мерно покачивается на брусчатке. Откидываю голову на спинку сиденья и закрываю глаза.

Про попаданцев мало что известно. Выявленные случаи под строгим контролем тайной канцелярии. И их всего два, насколько мне известно.

Силюсь отгородиться от назойливых мыслей, тревожащих что-то глубоко внутри. Но ничего не получается. Против воли ищу в поведении Белс несостыковки, новые особенности.

Взгляд, жесты, манеры и речь….. Да если придраться, то все изменилось в ней! И именно эти изменения и цепляют меня, сводят с ума дракона. Будоражат кровь и распаляют сердце.

Проклятье, да тот же аромат ее кожи! Он абсолютно другой, солнечный и искристый с ванильной ноткой.

Морщусь и рычу сквозь стиснутые зубы. Провожу ладонью по лицу и распахиваю глаза.

Попаданка. Внутри моей Белс!

Это многое бы объяснило, но….

Я пока не могу понять, как отношусь к шокирующему открытию. Ранит оно, выводит из себя или вселяет надежду? Кажется, все и сразу.

Пожалуй, начну с малого: поговорю с ней по душам. Попытаюсь. Новая Белинда хваткая и прямолинейная, в обиду себя не даст и зубки покажет, если сунуться без предупреждения.

Следует подготовить почву для подобного разговора. И у меня уже есть идея.

Глава 50

Белинда

Дождь льет, не прекращаясь, всю ночь и следующий день. Барабанит по крышам и карнизам, шумит среди листвы. Звуки, которые обычно меня умиротворяют и убаюкивают, сегодня навевают тревожные мысли.

Кутаюсь с головой в одеяло и засыпаю под мерное сопение Пегги.

Утром вместо мрачной серости по небу размазываются молочной пеной облака, щебечут птички. Листочки на деревьях блестят глянцем, с них падают дождевые капли, отбивая мелодию по крыше крыльца и сараев.

Лужи с желтым налетом пыльцы разливаются по всему двору, до огорода разве что вплавь добираться.

Нам ничего не остается кроме как затеять генеральную уборку.

Подметаем, протираем пыль и моем полы во всем доме.

В процессе планируем, что приготовить на обед. Пегги обожает выуживать из меня новые рецепты, но с каждым днем понятных ей становится все меньше. Приходится импровизировать!

На сегодня я подкинула ей идею — макароны. Соскучилась по ним ужасно! С маслицем сливочным да тертым сыром, м-м-м! Вкуснотища. И рецепт нехитрый — мука да куриные яйца. Не как фабричные получатся, ну и ладно. Не беда.

В обеденное время обуваюсь в тяжелые резиновые сапоги и шлепаю в сарай. Отношу нашей курочке миску толченого вареного картофеля, смешанного с тертой морковью и кабачком. Она уже ко мне привыкла и почти не клюется. Наоборот, ждет и кудахчет, следуя по пятам, пока прибираюсь.

В гнезде нахожу три яйца, как раз для теста хватит.

Надо бы ей подружек завести. Как почва и трава просохнут, планирую отправиться на поле, раскинувшееся неподалеку от леса. Вернон сказал, будто там, среди прошлогодней сухой травы, одичавшие курицы нестись любят.

Одичавшие курицы…. Бедняжки, как они выживают-то без человека?

Но не только несчастные несушки занимают мои мысли.

Сердце сжимается от беспокойства за посевы. Такой сильный дождь мог размыть и аптекарский огород, и картофельные грядки. А еще ловлю себя на том, что часто оборачиваюсь на тракт.

Высматриваю среди ветвей движение, жду появления из зарослей черного экипажа с драконьей символикой на дверях.

Любопытно, в какой момент я стала ждать Стюарта? Когда почувствовала в нем защитника? После угроз Хоупса?

Прокручиваю в памяти слова Чарли и свои ответы. Считаю, что все сделала правильно! Но чувство тревоги не унимается, нервы как натянутые струны звенят. Чую нутром, с ним шутки плохи. Не зря он мнит себя хозяином деревни. Явно есть, чем подкрепить столь твердую уверенность.

И как бы не прискорбно было признавать, но в присутствии Стюарта мне гораздо спокойнее. Если