настоящий ступор. Потом вспомнил, где нахожусь. Германия — страна, в которой нет кондиционеров, банки требуют отчёта за каждый платёж в тридцать евро, а студенты-соседи считают расход воды каждого и считают это нормальным. Рай для поклонников бюрократии и адское пекло для всех остальных.

— Я возглавляю Корпус Защитников. Не хочу расстраивать, но мои полномочия заканчиваются только там, где захочу я сам.

Камеры в этой части терминала были благополучно уничтожены раскалённым воздухом, а вокруг не было никого кроме Тадеуша и Франсуа. Эту же пятёрку немцев нужно было поставить на место. Наглядно продемонстрировав, что мешать мне не стоит.

Тем более причины спешить и срезать углы у меня имелись. Отныне я был уверен, что мне противостоит некто разумный. Который возможно был в курсе, что Ёсида выжил в Чёрном мире и оказался в Сеуле. А как только оклемался — связался со мной.

Вопросов по поводу того, как всё это работает, с кем я могу иметь дело и почему Ёсиду сразу же не загребло в другой Столб, у меня было множество. Но задавать их сейчас было некому, так что всю эту груду я оставил на потом.

Благодаря японцу, теперь у меня имелись факты. Сразу тридцать девять. Которых требовалось отыскать и нейтрализовать. Уверен, одно из японских имён списка скрывало за собой Токийского мясника. Вторым оказался Гловацкий. Те трое, что вырезали группу американцев, отличались — одиночками они не были. Но что-то подсказывало — тоже могли быть связаны с этим списком.

Продолжать диалог с немкой дальше, я не стал. Зато продолжал удерживать её при помощи сжатого воздуха вплоть до момента, когда оказался около спуска вниз. Для закрепления материала.

Франсуа, оптическую иллюзию сбросил только после того, как мы спустились по эскалатору на первый этаж. Заставив вздрогнуть Тадеуша, который как раз пытался объяснить работнику аэропорта, что где-то там в стороне, сейчас может произойти обрушение части потолка из-зз раскалённой лавы.

Сразу после этого на втором ярусе сработала система пожаротушения и этаж начала заливать жидкость. Аэропорт — место, напичканное колоссальным количеством датчиков. Чудо, что всё это дело не сработало раньше.

Василина с Петром нашлись сразу после выхода. Общались о чём-то с офицером, на ломаном английском.

— О, а я как раз пытаюсь доказать, что мы в самом деле из Корпуса.

Посмотрев на Василину, которая озвучила эти слова, я вспомнил с чего начались их проблемы в Лодзи. Имейся тогда убедительный аргумент в пользу того, что они в самом деле из Корпуса, никакого конфликта не возникло бы. Требовалось что-то придумать. Чем быстрее — тем лучше.

Моё появление все вопросы о принадлежности к Корпусу сняло. Я же отправил сообщение Дмитрию, дав указание максимально быстро подобрать помещение под пресс-конференцию.

Ответ пришёл почти сразу. «Павел Олегович Твардовский найден и нанят. Только что приступил. Он сам займётся поиском.»

Вот и первая за сегодня, хорошая новость. Теперь, как минимум, направление позиционирования, брендинга и работы со СМИ закрыто полностью. Уверен, он ещё и весь маркетинг под себя подомнёт. Как и всё остальное, что как-то касается его компетенции. Но это даже к лучшему. Мне бы ещё таких «вице-президентов компании» хотя бы парочку и можно было бы солидно разгрузить Дмитрия. Слишком много всего на него сейчас сходилось — от стратегических задач, которые больше некому было разобрать, до тактики.

И пусть он нанял себе небольшую универсальную команду, которая была готова помочь в самого разного рода вопросах, было бы лучше разбить всю деятельность на несколько крупных кластеров. Каждым из которых занимался бы отдельный человек, а Дмитрий курировал их деятельность.

Контакт для связи с Твардовским, парень мне тоже сбросил. Вернее чат на трёх человек, включая самого Дмитрия — чтобы тот тоже был в курсе происходящего.

Как я и думал — рассыпаться в благодарностях, старый преподаватель не стал. Вот задачей заинтересовался — не столько даже поиском места, сколько контактами с медиа. А после отправленного ему голосового сообщения, заявил, что немедленно займётся подготовкой пресс-релиза и приступит к рассылке сразу, как будет определённость с местом проведения.

— Видеоконференция тебя устроит?

Оторвав взгляд от телефона я повернулся к Тадеушу, который всё это время обсуждал со своим руководством возможность коллективной встречи координаторов европейских команд с моей персоной.

— Я её и имел в виду.

— Тогда через час двадцать всё организуют. Но у моего командира есть один вопрос…

Смотря на замолкшего парня, я вопросительно взмахнул рукой и тот продолжил.

— О чём ты сегодня хочешь рассказать прессе?

* * *

С чем именно хочу выйти к журналистам, я ему рассказывать не стал. Отчасти из-за того, что не хотел давать полякам большую фору, чем всем прочим. А частично — потому что сам не знал, какие именно слова озвучу.

Вот видеовстречу, провести согласился. Прямо сейчас находясь в ситуационном центре немецкой службы по защите конституции и смотря, как на больших экранах появляются прямоугольники с изображением моих будущих собеседников.

Командиры оперативных групп стран Евросоюза. Те, у кого были ресурсы и полномочия искать нужных мне людей. А после сегодняшних события в Берлине, ещё и заинтересованность. Никому не захочется, чтобы в его стране появился кто-то вроде Гловацкого.

В паре случаев офицеров хотели заменить руководители служб, которые подобные команды курировали. Но я настоял, что участвовать должны исключительно лидеры групп. Вероятность встретить среди них бюрократа, карьериста, коррупционера, идиота или человека, который объединял в себе все четыре грани, была невелика. На расстрельные должности выдвигали тех, кого не жалко. Людей из-за пределов локальных систем и кланов. При этом достаточно умных, чтобы справиться со своими задачами, а не сочинять начальству опусы, что «у нас тут Мюнхен сгорел и мы просрали все полимеры, но тому не наша тупость виной, а происки врагов республики, бабулей клянусь».

Поэтому, свежесозданные структуры работали быстрее и лучше ведомств в целом. Как бы смешно это ни звучало, выкинув туда худших с точки зрения руководства, службы сформировали команды из лучших спецов, которые у них имелись. Особенно, если вспомнить, что для подобной работы требовался некоторые креатив и свободный полёт мысли. Люди с тоннельным мышлением для неё не годились в принципе.

— Все на связи. Можно начинать.

Говорил Тадеуш на польском, но я его прекрасно понял — поле перевода накрывало всю комнату, из-за чего порой барахлили некоторые мониторы.

— Столбы упали на Землю первого мая и