– И как?

– Пока не очень получается. Здесь, – она указала на книгу, – не все тексты на английском языке и мало рецептов.

– Зато какие! – восторженно воскликнула Джульетта.

– Ага, – ответила Кэри. – Еще какие сложные.

– А ты отважься, – предложила она, – а мы посмотрим, что получится.

– И отважусь. – В голосе твердости было предостаточно.

– Надеюсь, ты приятно удивишь и меня, и Эттвуда. – Джульетта внимательно посмотрела на Кэри и поймала в ее глазах короткую вспышку зеленого огня. – Эту книгу тебе дал Уолтер? – неожиданно спросила она и «засмотрелась» на маленький пейзаж в рамке, виденный ранее миллион раз и не вызывающий никакого интереса.

– Да, граф Корфилд. – Кэри ответила не сразу и тише.

Джульетта обернулась. Она не увидела порозовевших щек, наоборот, они стали чуть бледнее, она не встретила улыбку, наоборот, чувственные губы были сжаты, она не заметила жеманства – Кэри замерла. «Уолтер, Уолтер… Так зачем же ты уехал на целый день к своему Керку?! Чтобы под его бесконечное бу-бу-бу об охотничьих собаках думать о ней? О Кэролайн Пейдж? Какая глупость! Ты уже не сбежишь… Эта крошка прочно поселилась в твоем сердце».

– Знаешь, Кэри, много лет назад в этом доме по-особенному готовили благородного лосося. Тогда я была еще молода. – Джульетта улыбнулась. – По сути, все дело было в сливочном соусе. К сожалению, этот рецепт знала только бабушка Уолтера да прежняя кухарка. Они были приблизительно одного возраста и понимали друг друга с полуслова. Увы, время бессердечно… – Она вздохнула и потерла пальцами висок. Изумрудный камень блеснул, точно подмигнул Кэри. – И вроде этот рецепт даже где-то записан… Но где? Пожалуй, об этом может знать лишь Уолтер. – Джульетта вновь понюхала розы и добавила весело: – Ты, наверное, не прочь позавтракать? Я ужасно голодна! Спускайся через полчаса в столовую, а я пока загляну к Ребекке и в кухню.

– И будут батские булочки? – Кэри улыбнулась широко. Эти булочки полюбились и ей.

– Обязательно, – весело ответила Джульетта, покидая комнату. – Ни дня без батских булочек!

Глава 18

Глава 18

Англия, давно позабытый год

«Дорогая Кэролайн,

мы очень рады, что ты уже добралась до поместья мистера Уолтера Эттвуда и познакомилась с нашей любимой родственницей – Джульеттой Фрезер, графиней Бенфорд. Мы ни на секунду не сомневались, что ты будешь окружена вниманием и заботой! Родственные узы – это самые важные и крепкие узы, какие только могут быть. Всегда помни об этом.

Мы, конечно, скучаем, но понимаем, что графине Бенфорд необходимо твое присутствие. Она столько лет не имела возможности общаться с тобой, скучала и надеялась на встречу.

Наверное, поместье мистера Уолтера Эттвуда находится в живописном месте. Кэролайн, старайся побольше гулять, чтобы цвет твоего лица был здоровым и приятным. Но не покидай графиню Бенфорд надолго, будь чуткой и добросердечной.

Любящие тебя родители».

«Кэролайн,

я очень надеюсь, что ты помнишь мои советы и строго следуешь им. У меня нет ни минуты покоя, все мои мысли устремлены к тебе! Я молюсь день и ночь! Пожалуйста, думай не только о себе, но и о своем отце. Бедный Реймонд, он плохо спит вторую ночь… Ты знаешь минусы своего характера. Увы, моя дорогая, они у тебя есть. Сдерживай свои порывы, будь вежлива и покладиста. Иначе ты упустишь слишком много!

Ты мало написала про графиню Бенфорд. Она плоха? Посещает ли ее врач? Что он говорит?

И ты практически не написала ничего про мистера Уолтера Эттвуда. Каково его состояние и сколько ему лет?

Будь осторожна с Ребеккой, я уверена, она-то как раз знает, как себя вести! Опиши подробно ее внешность и манеры.

Любящая тебя Дафна» .

Оба письма пришли одновременно. Кэри сразу поняла, что и первое написано Дафной. Наверное, отец сидел рядом, дремал и кивал, изредка вставляя короткие пожелания. Видимо, второе письмо мачеха настрочила сразу после первого – следом, желая высказаться более конкретно, без общих туманных фраз.

«Я очень мало написала про графиню, потому что мне не хотелось о ней писать правду. Я практически ничего не написала про мистера Уолтера Эттвуда, потому что о нем мне тоже не хотелось писать правду. С Ребеккой Ларсон мне совершенно некогда быть осторожной, потому что я собираюсь жарить рыбу!»

Сунув оба конверта в ящик комода, Кэри быстро собралась и отправилась на прогулку. Она знала, Уолтера Эттвуда нет в поместье, он уехал и вернется только вечером. Информацией с ней поделилась Люси, которая завела знакомства почти со всей прислугой графа Корфилда. От этого известия стало неуютно, и Кэри сразу рассердилась на себя. Какое ей дело! Ровным счетом никакого! Это вообще головная боль Ребекки – ей нужно, чтобы Эттвуд постоянно был поблизости, смотрел на нее, говорил комплименты и горячо любил. Кэри попыталась вспомнить, слышала ли она хотя бы один комплимент, сказанный графом Ребекке. «Нет, такого не было… Во всяком случае, я этого не помню». Ей стало легче идти и как-то веселее. Взгляд выхватил синие и красные цветы, деревянную скамью, дерево с тонким изогнутым стволом…«Много лет назад в этом доме по-особенному готовили благородного лосося… К сожалению, этот рецепт знала только бабушка Уолтера да прежняя кухарка…» Слова Джульетты Дмитриевны жужжали в ушах с утра, и прогнать их не получалось. А надо ли их прогонять? Кэри, замедлив шаг, свернула направо и пошла по направлению конюшни.

– Благородный лосось, – произнесла она и прищурилась. Графиня пробовала это блюдо много лет назад, но помнит до сих пор, и потом она сказала: «по-особенному готовили»… Особенное – вот главная составляющая победы! Да и как приятно будет Джульетте Дмитриевне вспомнить этот вкус. Кэри наклонилась, сорвала травинку и пошла быстрее. Но почему тогда графиня сама не приготовит это блюдо? Да потому что у нее море рецептов и столько же идей, еще ни одно блюдо за эти дни не было подано два раза. Даже паштеты всегда отличаются по вкусу. Исключения составляют лишь батские булочки. – Благородный лосось, – еще раз произнесла Кэри, точно пыталась попробовать слова на вкус. Вдруг перед ее глазами появился красивый образ Ребекки Ларсон, а затем и образ графа Корфилда. Сердце болезненно сжалось без видимых причин. «Я хочу победить, – пронеслась острая мысль. – Я хочу победить…»

Кэри развернулась и пошла