Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Такахаши откинулся в кресле, пальцы сложены домиком у подбородка. Его светоотражающие очки скрывали глаза, но поза излучала интенсивный, холодный интерес. Карпов прислонился к стене, руки в карманах. Уголки губ подрагивали в намеке на привычную усмешку.
Ван дер Вегт сидел по струнке, лицо — маска вежливого недоумения. Его пальцы лежали ровно на столе — не было нервного перебирания. Ийер и Рао обменялись краткими, понимающими взглядами. Философ наклонил голову, готовясь к анализу. Лингвистка смотрела на Звягинцева как на шифр.
Остальные сохраняли выдержку. Напряжение было, но контролируемое. Туре смотрела на Звягинцева с вызовом. Тишину нарушал лишь гул систем.
Звягинцев сделал шаг вперед. Звук сапога — четкий, как выстрел.
— Экипаж «Светлячка», — голос был ровным, лишенным эмоций, голосом доклада. — В соответствии со специальным приказом ЦИКП, отныне и до особого распоряжения, вводится режим абсолютного радиомолчания. Любая несанкционированная передача в эфир квалифицируется как тяжкое нарушение устава и измена. Это — не предмет обсуждения. Это — приказ. Основа — обеспечение скрытности миссии.
Пауза. Ни возмущения, только внимательные взгляды. Келлер чуть сузила глаза. Ван дер Вегт напрягся.
— Цель миссии, — продолжил Звягинцев, каждое слово — гвоздь, — отныне не Тау Кита. Данная информация была легендой прикрытия. Для экипажа. Для Земли. Для возможного внешнего наблюдения.
Тишина стала еще глубже. Скепсис Карпова сменился настороженным вниманием. Диалло замерла.
— Реальная точка назначения, — Звягинцев смотрел поверх голов, — система звезды Тигардена. Два красных карлика. Двенадцать световых лет. Цель — разведка на предмет внешней угрозы.
Слово «угроза» прозвучало сухо, как термин. Такахаши чуть подался вперед. Белькасем сосредоточилась на наблюдении за микромимикой экипажа.
— Основанием, — голос Звягинцева оставался металлическим, — является расшифровка Артефакта. Ключевое послание: «Не шумите. Вокруг полно врагов и они могут услышать. Тогда вам ничего не поможет.»
Он процитировал дословно. В комнате не стало тише — она и так была тихой, но внимание заострилось, как бритва.
— Анализ ЦИКП, — Звягинцев четко отчеканивал, — интерпретирует это как предупреждение о наличии в космосе технологически развитых, потенциально враждебных сил. Их возможности и локализация неизвестны. Гипотеза: Они могут использовать электромагнитные излучения для обнаружения цивилизаций. Отсюда — радиомолчание. Любая наша передача — потенциальный маяк. Маяк для них. Маяк к Земле.
— Наша задача, — он закончил, и в его тоне не было ни горечи, ни пафоса, только констатация, — достичь Тигардена. Провести скрытное наблюдение. Обнаружить признаки угрозы или её отсутствия. Оценить риски. Вернуть данные. Всё. Вопросы по существу — позже. Сейчас — на посты. Нести вахту. Поддерживать корабль в боевой готовности. Приказ понятен?
Келлер первая нарушила молчание. Голос — ледяной, без тени истерики.
— Капитан. Требую доступ ко ВСЕЙ имеющейся у ЦИКП информации по анализу Артефакта и оценке угрозы. Немедленно. Без полной картины невозможна разработка тактических протоколов на случай контакта или обнаружения.
Голос Диалло чуть дрогнул, но она держалась.
— Мирный контакт… исключен параметрами миссии?
— Поддерживаю требование майора Келлер. Полный пакет данных анализа Артефакта и гипотез ЦИКП критически важен. Также требуется план передачи разведданных в условиях радиомолчания. Приоритет — безопасность данных для АКП и Земли. — заявил Такахаши.
— «Врагов полно», а мы летим прямо в их сторону? Логично. Ну что ж, «Лёха» как всегда в передовиках. Двигатель посмотрю — чтоб не «зашумел» случайно. — хмыкнул Карпов.
Ван дер Вегт поднялся. Лицо выражало глубокую озабоченность, но не панику.
— Капитан. Данное изменение цели и ввод режима «Тишина» являются беспрецедентным отступлением от согласованных протоколов ОЕЗ. Требую письменного подтверждения приказа ЦИКП для занесения в судовой журнал и…
Звягинцев резко перебил, но без крика, с холодной твердостью.
— Коммандер Ван дер Вегт. Приказ ЦИКП № Delta-Gamma-Seven — ваш документ. ГЕЛИОС предоставит его цифровую копию с грифом «Совершенно Секретно» для журнала. Ваша задача — обеспечить безупречную работу систем корабля в новых условиях. Не отвлекаться на бюрократию в кризисе.
— Капитан. Как гарантируется, что данный приказ отражает интересы ВСЕХ блоков, а не является инструментом одной из сторон? АСВ требует прозрачности в рамках возможного. — возмутился Туре.
— «Погода» по курсу требует пересмотра моделей с учетом фактора «скрытности». Буду работать над этим. — поддержал новые условия Макаре.
Возник гул вопросов, но не хаос. Требования, уточнения, профессиональные реплики. Паники не было. Был шок, недоверие, скепсис, но экипаж держался.
Звягинцев поднял руку. Тишина вернулась мгновенно.
— Данные по Артефакту и анализу угрозы будут предоставлены офицерскому в течение часа. Остальные — через фильтр «необходимо знать». Письменный приказ ЦИКП — в журнал. Гарантии равного представительства — в компетенции ЦИКП. Наша компетенция — выполнение задачи. Достичь Тигардена. Скрытно. Оценить угрозу. Вернуть данные. Все остальное — вторично. На посты. Нести службу. Дисциплина и бдительность — ваше оружие сейчас. Приказ понятен?
На этот раз ответили хором, пусть и без энтузиазма, но четко:
— Так точно, капитан.
Они поднимались, группами и поодиночке. Келлер и Такахаши сразу же завели тихий разговор о данных. Ван дер Вегт направился к терминалу, чтобы принять файл приказа. Карпов потянулся, с напускной небрежностью, к выходу. Диалло шла, опираясь на спинки стульев, лицо все еще бледное, но подбородок поднят. Белькасем и Ийер обменялись кивками, намечая план действий.
Звягинцев остался один. Черные стены поглощали уходящие шаги. Он достал чип «Совершенно Секретно». Холодный кусочек кремния, хранящий приказ и предупреждение: «Не шумите…».
Он не сомневался в приказе. Сомнения — роскошь не для спецназа. Была задача. Были гипотетические «враги». Была Тишина. Остальное не имело значения. «Светлячок» летел в темноту, соблюдая радиомолчание. На разведку. Вслепую. По приказу.
Эпилог
Кабинет Сергея Викторовича, директора Центра Исследований Космического Пространства (ЦИКП), располагался не на орбите, а в самом сердце старой Женевы, в историческом здании, перестроенном под нужды новой эпохи. За панорамным бронированным окном вечерние огни города сливались с отражением звезд на полированном столе из черного дерева. Сам стол был почти пуст — только терминал, да хрустальная пепельница с потухшей сигарой.
Сергей Викторович стоял у окна, спиной к комнате. На экране терминала застыл последний кадр последнего публичного отчета «Светлячка»: «Пролет Нептуна завершен успешно. Наблюдения в пределах ожиданий. Экипаж
