открыла глаза. Было тихо, спокойно и хорошо. Место на кровати рядом пустовало и уже остыло. Женщина провела рукой по смятой подушке и наткнулась пальцами на что-то небольшое, угловатое и с острыми краями. То была симпатичная безделушка-самоделка. Декоративная плоская бабочка, размером с ладонь, сделанная из медной проволоки, обмотанная разноцветными нитками. Вещица казалась очень милой, поношенной — с историей. В общем, то, что не выставляют напоказ, а хранят для себя. Меж нитяных витков на одном из крыльев торчала крошечная записка на клочке бумаги размером со спичечный коробок. Свинцовый карандаш вывел буквы с той угловатой аккуратностью, что выдает человека грамотного и все же не слишком искушенного в письме.

«Встретимся когда-то»

Что ж… одного у безымянной гостьи не отнять, утреннее расставание она оформить умеет. Никаких прощаний, намеков и тягостных пауз. Тихий уход и скромный подарок на память. Милейшая дама.

Встретимся. Когда-то… — повторила женщина про себя, сонно щурясь и потягивась.

А почему не сегодня, скажем?.. Хотя если это компания заезжих купцов, они вполне могли двинуться с рассветом дальше.

Увидимся… Что ж, мир велик, но все же конечен. И дел в нем случается много. Почему бы и не встретиться еще когда-нибудь?.. А ведь она даже не спросила имени подруги на одну ночь. И не услышала ее голос. Ну, если быть точным, правильнее сказать — не голос как таковой, а речь…

Забавно. Более-менее продолжительная связь у нее случается с брюнетками, а вот быстрые эротические приключения, наоборот, с блондинками. Диверсификация по цвету?

Какое-то время лекарка лениво поразмышляла о том, что проявила вопиющую беспечность. Ведь лучница могла быть кем угодно, от разбойницы и воровки до подосланной убийцы. Умереть во сне — ну как-то так себе… Более того, если она еще жива, это пока ни о чем не говорит. Злодейка могла, скажем, подсыпать яд в бутылку, рассчитывая, что выпьют ее позже. Или украсть что-нибудь в доме… Думалось неспешно и вяло, вставать не хотелось даже из опасения всех убийц на свете.

Елена собиралась завернуться в теплое одеяло, шерстяное, с суконной подкладкой, и спать по крайней мере до полудня, а лучше до обеда. Однако, как сама она учила Гаваля, «синусоида повествования» неизбежна и безжалостна. Никакая беда не является окончательной (кроме драматической развязки), и все хорошее, опять же, конечно. Чем выше взлет, тем ниже падение. Поэтому когда знакомые шаги уверенно затопали на первом этаже и переместились на лестницу, Елена завернулась в одеяло с головой, надеясь, что минует чаша сия.

Не миновала.

— Доброе утро, — не слишком приветливо сообщила Гамилла, отворив без стука.

Дура, ясно и четко подумала Елена, разумеется, в свой адрес. Дверь не заперта, заходи, кто хочет… Конечно Витора постороннего не пропустила бы, но все-таки — окажись на месте арбалетчицы пара-другая убийц с кинжалами?

Стыдно. Грустно. Обидно. И все равно лениво. Ничего не хочется, только спать.

— Недоброе, — буркнула рыжеволосая, плотнее заматываясь в одеяло, будто желая огородиться от тягот мира. — Утро есть изобретение Ювелира.

Гамилла охватила единым взглядом комнату, одежду, разбросанную в беспорядке. Бадью с остывшей водой, и поднос, на котором стояли два стеклянных бокала, пустая бутылка закатилась под кровать. Арбалетчица вдохнула запах благовонной палочки, оценила растрепанность волос и круги под глазами спутницы и друга благородного Артиго Готдуа.

Легкая улыбка спряталась в уголках рта «госпожи стрел», впрочем, ненадолго.

— Неприятность, — сообщила она, вновь становясь угрюмо-встревоженной.

— Это понятно, — тяжело вздохнула Елена, понимая, что хрен ей, а не уютная теплая нега под одеяльцем. — Новая осада? Или начудил кто-то из наших по пьяни?

— С рассветом явился некий му… чудила. Дворянин, назвался Ильдефингеном. Кажется, не врет.

— Известная семья?

— Вполне. Из Двадцати семей.

— Ни хрена себе, — со всей искренностью подивилась лекарка. — И за ним притащилась свита в полном составе? Они что Артиго решили присягнуть?.. Или тот… оммаж принести.

— Нет, — покачала головой арбалетчица ровно с тем же удивлением. — Прибыл сам-трое.

— ЧуднЫе дела… — только и сказала Елена.

— Это да. И с головой у него… плохо. Неприятный муж. Со странным клинком, я таких не видела прежде. Нашел твое… Раньяна и заявил, что бросает ему вызов. По правилам товарищества бретеров. Похоже, будет дуэль.

— Раньян его убьет, — проворчала Елена.

— Может, и нет, — мрачно засомневалась арбалетчица. — Выглядел наш бретер не очень то боевито. Даже испуганно. А тот, пришлый, наоборот. И меч его мне не понравился. Клинок не для сражения.

— Как выглядит?

— Он? Или меч?

— Оба.

Слушая быстрое, лаконичное описание, рыжеволосая почувствовала холодок, скользнувший по спине. Молодой, светло- и длинноволосый, наглый, сильный, высокий, меч похож на бритву без гарды, но с рукоятью мессера. Знакомое описание.

Искусный воин являет образ владения клинком…

— Да чтоб ты сдох! — с чувством выдохнула Елена, откидываясь на подушку и понимая, что как всегда — хорошее чередуется с плохим. Хотелось громко богохульствовать и орать в голос: Пантократор, ну вот почему ты такая…?!! Что тебе стоило устроить этот бардак, скажем, завтра? Или послезавтра⁈ А лучше когда-нибудь потом.

— Сейчас, — бросила она, откидывая одеяло. — Соберусь и пойдем.

Елена привыкла, что при ее подъеме и одевании присутствует лишь Витора, поэтому вскочила с кровати, ругаясь про себя, начала собирать живописно разбросанную одежду. Гамилла сдавленно фыркнула, сдерживая смех, и тут Елена сообразила, что покрыта от ключиц и ниже до упора характерными следами.

— Я подожду внизу, — с дрожащими от усилий губами, но почти спокойно вымолвила арбалетчица и вышла, оставив Елену одну, покрасневшую до промежуточной стадии между киноварью и гренадином.

* * *

Песня № 1: Генрих фон Фельдеке, «С добрым утром» (XII век):

https://vk.com/clip202094817_456239337

Музыка без слов:

https://vk.com/clip-18191516_456239729

«Песня про лгуна», поэзия вагантов:

https://vk.com/clip-18191516_456239724

Вообще весьма рекомендую этот ансамбль, очень приятные люди и музыка недурственная.

«Три кувшина»:

https://vk.com/clip202094817_456239339

Глава 9

Самая большая ошибка

Сейчас…

Озеро, мимо которого легла дорога путников, напоминало загадочный водоем с разноцветными камням. Тот, где располагалась фальшивая застава, перебитая Несмешной Армией. Имелись некоторые различия — здесь озеро было меньше, глубже, дно не многокрасочное, а однотонное, из больших камней цвета темной бирюзы и малахита с резкими, острыми гранями, нисколько не сглаженными стихией. Однако что там, что здесь вода отличалась удивительной, немыслимой чистотой. И полным отсутствием какой-либо