вспомнил, что не спросил о выживших. Хотя учитывая пожар, вряд ли кто-то выбрался живым. Столько людей погибло…

— Гадство, — поморщился я, выходя на улицу. Еще раз подумал, что, если террористы попадаться мне, то всех убью. Сегодня эта мысль пришла не наполненная злостью и ненавистью, а холодная и расчетливая.

Перед входом в здание остановился высокий черный джип, за рулем которого сидел наш техник и водитель БТРа, Мережко.

— Привет, Степан Петрович, — улыбнулся я, усаживаясь на переднее сидение. — Как вы?

— Все отлично, Кузьма Федорович, — он кивнул. — Скучаем на базе без дела. Расслабились все слишком.

— А как же охрана наших зданий?

— Разве это работа? — он посмотрел на меня.

— Когда одни тебе за это платят, а другие не стремятся убить, то это уже неплохо, — я протянул ему листок из записной книжки. — Давай к этому адресу.

Ехать пришлось долго, почти час, но навигатор в машине без проблем провел нас по хитросплетению улиц прямо к нужному дому в спальном микрорайоне. Здесь я когда-то уже был и с того раза ничего не изменилось. Те же высотки, плотно стоящие друг к другу и узкие дворики, забитые машинами. Детская площадка, где резвится шумная ребятня, под присмотром трех женщин. Единственное, что выбивалось из общей картины, дорогой серебристый внедорожник, перегородивший путь, припарковавшись как раз у нужного подъезда. Машина довольно дорогая и вряд ли ее владелец живет в таком скворечнике, где соседи друг за другом могли подглядывать из окон собственных квартир.

— Я недолго.

— За углом припаркуюсь, рядом с мусорными баками, — сказал Мережко. — Больше места свободного нет.

Старенький лифт так сильно дребезжал во время подъема, что я всерьез опасался, как бы он ни сорвался. Кто-то из жильцов дома под кнопками написал маркером: «Крепись!», то ли подбадривая пассажиров, то ли сам лифт. Когда я вышел на этаж, то едва лоб в лоб не столкнулся с парой крепких парней, выглядящих довольно странно. Оба в серых джинсах и одинаковых темных ветровках, коротко стриженные, в руках полицейские резиновые дубинки. Судя по всему, они поднимались по лестнице.

— Вот, видишь, — сказал первый, некультурно тыча в мою сторону резиновой дубинкой, — смельчаки есть. А я в прошлый раз четыре часа в лифте просидел. Четыре долбанных часа!

— Здесь живешь? — спросил второй. Судя по комплекции, он часто посещал спортзал, и не для фитнеса, а чтобы потягать железо.

— Этажом выше, — миролюбиво улыбнулся я. — Там лифт застревает, поэтому я здесь выхожу.

— Вот, видишь! — сказал первый. — А ты изнылся, на седьмой этаж поднявшись.

Парни проводили меня взглядами до лестницы и вошли в длинный коридор, вдоль которого располагались квартиры. Оба эксперты, не очень сильные, но наглые. Им лет по двадцать пять, но выглядели они чуть старше. Один сидел на стероидах или другой химии, так как лицо обильно покрыто прыщами, как и шея, выглядывающая из-под воротника ветровки. Я использовал немного силы, чтобы они перестали меня замечать и тихо направился следом. Прошли они как раз до двери квартиры Милены.

— Здесь, — спросил тот, что был тяжелее килограмм на сорок.

— Здесь, — кивнул второй, пару раз громко приложив кулаком в дверь.

Хлипкая дверь от могучих ударов затряслась так, что я подумал — не выдержит. С косяка даже что-то посыпалось. С той стороны послышался какой-то шум, затем знакомый и недовольный голос Милены.

— Кто там ломится? — сердито спросила она.

— Открывай, падла, — пробасил более крупный парень, стукнув в дверь кулаком, отчего косяк с хрустом треснул. — Разговор есть.

— Идите в жопу! — послышалось из-за двери. — Я уже полицию вызвала.

— Открывай Милка! — повторил второй. — А то дверь сломаем.

— Отвалите, гомики-переростки! — крикнула она, затем послышался еще какой-то шум, словно она пыталась чем-то дверь подпереть.

— Сука! — сказал крупный недовольно, подвинул товарища и сильным ударом кулака в район ручки выбил замок.

Я же удивленно смотрел на происходящее и опомнился, только когда амбал вломился в квартиру и оттуда раздался воинственный визг Милены. Взяв второго бандита покрепче за локоть, я с силой сжал его, пока не послышался хруст. Крупный парень громко охнул, но закричать от боли не успел, получив удар в ухо. Из квартиры раздался шум опрокидываемой мебели, треск дерева и звон разбиваемой вазы или чего-то похожего. Я быстро шагнул в длинную прихожую, все так же захламленную какими-то вещами в коробках. Добавил немного силы, заполняя кинетическим полем все пространство крошечной квартиры. Со стороны единственной комнаты послышалась ругань парня и Милены. Когда же я заглянул в единственную комнату, то увидел забавную картину, громила замер в очень смешной позе и ругался матом, безрезультатно пытаясь освободиться.

— Кузьма! — обрадовалась Милена, застывшая во время падения на опрокинутый стол.

— И что это за оружие у тебя в руках? — я рассмеялся, глядя на подушку, которую она прижимала к груди.

— Что под руку попалось, то и взяла, — немного виновато ответила она.

— Что такое? Ты кто? — крепкий парень не видел вход в комнату и смешно косил взглядом.

— Помолчи пока, — сказал я, подходя к Милене, аккуратно приобнял ее за талию и освободил из захвата кинетического поля.

Девушка инстинктивно взмахнула рукой, угодив мне подушкой по лицу и только затем поняла, что не падает. Я поставил ее на ноги, посмотрев на парня.

— Милена, открой-ка окошко, надо выбросить мусор.

— Эй, вы чего?! — заволновался парень, начиная понимать, что происходит.

— Эка я вовремя в гости к тебе заглянул, — я покачал головой, пропуская мимо ушей поток брани от громилы.

— Ага, спасибо, — Милена осторожно переступила через разбитую вазу, подбираясь к окну, щелкнула стареньким замком, наверное, впервые открывая его в этом году.

— Ну вы чего? — снова заволновался парень. — Дураки, что ли? Седьмой этаж! Да мы же просто пошутили.

— Ну и мы сейчас немного пошутим. Ты же эксперт, выживешь… наверное.

— Пожалуйста, — сменил он тональность, заговорив очень быстро, так как невидимая сила начала двигать его к окошку, — не надо в окно. Мы же ничего плохого не хотели. Ну дверь сломали и что?

— Милена, ты их знаешь? — спросил я.

— Эти гомики на Федора Георгиевича работают.

— На Трубина, что ли? — немного удивился я.

— На одну из его фирм. «Колонна» называется.

Я жестом показал, чтобы они сохраняли тишину, достал сотовый телефон и набрал номер Наумова. Ответил он гудке на пятом.

— Слушаю, — раздался его голос в трубке.

— Добрый день, Петр Сергеевич, это Кузьма. Простите, что отвлекаю, у меня крошечный вопрос. Вы с Трубиным все решили по поводу Милены? Просто я волнуюсь очень.

— Здравствуй, Кузьма. Решили этот вопрос. Проблем быть не должно.

— Спасибо больше, успокоили, — я облегченно вздохнул. — Все, больше