Сын поварихи окинул взглядом дорогой английский костюм «рабочего» и в его глазах Алексей отчетливо прочитал узнавание. Все пропало. Сейчас он отправится на расстрел вместе с отцом. Но парень кивнул и произнес:

– Всего хорошего, товарищ Игнатьев, – и подхватил Савинского-старшего под вторую руку. Тот уже в дверях обернулся и сказал:

– Прощай! – И одними губами прошептал: – Алеша.