никто не держит, — весело ответила ему вампирша, усевшись на стойку. Вот только… на ней сейчас была миниюбка, и… если чуть наклониться, то открывался чудный вид на её полупрозрачные черные трусики. Когда Залия повернула голову к Рограхту, я не удержался и заглянул туда.

Зеленокожий заметил это, но сообщать Залии не стал. В этом не было нужды — черноволосая девушка и так прекрасно знала куда именно я пялился.

— Понравился вид? — уточнила она.

— Эм… ну…

— Нет? — картинно удивилась вампирша. — Я что уродка?

— Что!? Нет! Очень даже ничего…

— Успокойся, — засмеялся Рог. — Она так развлекается.

Девушка спрыгнув со стойки, подошла ко мне потянулась, словно желая поцеловать. А затем взяла и похлопала по щеке.

— Уж извини, но я предпочитаю мужчин постарше, — усмехнулась она и развернувшись на носках, добавила. — Давай, принимайся за работу. Столики сами себя не обслужат!

— Да. да…

Работа прошла относительно неплохо. К счастью никаких рыцарей в алых плащах не в таверне, ни поблизости не крутилось. А ведь у них на меня теперь просто огромнейший зуб и есть все шансы, что они решат отыграться. А найти меня, для того же лорда Фаура не представляет никакого труда, так что стоит мне внимательно смотреть по сторонам когда буду возвращаться обратно в Академию.

А вот дома меня ждал крайне неприятный сюрприз. Тирра довела мое нежелание говорить со мной до какого-то абсолюта, и теперь когда хотела что-то мне сказать, то использовала для этого бумажки. Да и к нашей сделке подошла весьма халатно, просто всучив мне книгу и записку с тем, что именно я должен прочитать.

А вот к заданию она подошла со всей фантазией, и поручила мне драить ванную комнату при помощи зубной щетки. Так что, большую часть вечера я только и делал что драил нашу душевую и унитаз, покрывая руганью эту полоумную суккубу. Я уже и забыл какой она может быть вредной…

— Неважно выглядишь, Худриар, — сказала Лия, поудобнее устроившись у магического зеркала. — Не думала, что ты захочешь со мной поговорить.

— На то были причины, — спокойно ответил король Аударайского леса. — Я все ещё слаб.

— Я предупреждала тебя насчет Эуриса, как и Лудараэлия.

— И я признаю, что был не прав, отчасти поэтому и решил поговорить с тобой.

— Ты, признаешь что был не прав? — действительно удивилась Лия.

— Да, и хочу сказать тебе спасибо, за то, что помогла Таунарулле.

— Разумеется помогла, она же моя племянница.

Пару мгновений они молчали, каждый думая о чем-то своим. Первым не выдержал король.

— Я хотел сказать… прости.

— Думаю, тяжело было это сказать.

— Даже не представляешь как… — криво усмехнулся король. — Именно по этому, я решил подписать тебе официальное помилование и попросить вернуться, в роли моего советника.

Лия от услышанного на минуту выпала из реальности, застыв с открытым ртом, не веря в услышанное. Но довольно быстро взяла себя в руки.

— Боюсь, что я вынуждена отказаться.

— Ты не хочешь вернуться домой? — Худриар вздернул левую бровь.

— Хочу, — нахмурилась эльфийка. — Очень хочу, но у меня есть и другие обязательства.

— Понимаю, — кивнул старый король.

— Я хочу спросить, почему ты решил устроить свадьбу между Торнвудом и Таунаруллой? Чем больше об этом думаю, тем больше тебя не понимаю… Я думаю большинство кланов, будут просто в бешенстве. Человек, станет новым королем Аударайского леса? Да это безумие…

Король призадумался, явно обдумывая что ответить.

— Оказавшись на смертном одре начинаешь по-другому смотреть на некоторые вещи, — весьма философски ответил король.

— Ну не настолько же. Прошлый ты, казнил бы парня в тот же день, не смотря ни на какие договоренности и благодарности.

— Я и собирался так сделать, вначале. В крайнем случае, твои друзья из Академии организовали бы ему тихий побег — такой вариант тоже не из самых плохих. Но тут вмешалась Таунарулла. Девочка не понимает всех тонкостей большой политики, и похоже… по уши влюбилась в этого мальчишку.

— Но это не повод устраивать свадьбу. Малышка влюбилась, подобное случается.

— Верно, не повод. Но… что-то было в этом Торнвуде. Обычно дети людей вроде Архимага, напыщенны и думают только о себе, но он со своими друзьями рисковали жизнью, что бы не дать Таунарулле выйти замуж за моего брата. Что-то в нем есть, ты не согласна?

— Возможно, — не стала отрицать эльфийка. — У него есть определенный потенциал.

— Вот и я так подумал. И когда Таунарулла в очередной раз «ездила мне по ушам», я подумал что это не так уж и плохо. Чародей-король, возможно будущий Архимаг, что стоит во главе эльфов.

— Но он человек.

— Верно, человек. Но… эльфийские кланы с такой дотошностью пытались сохранить чистоту крови, и к чему это привело? Ко множеством генетическим дефектам. Каждый третий ребенок рождается мертвым, а каждый четвертый умирает не достигнув половозрелости. Я долгие годы отказывался признавать, но наш народ вымирает. Империи даже нет смысла воевать с нами, ещё сотня-другая лет и от некогда великого народа ничего не останется. Мы лишь чудом до сих пор сохраняем независимость.

— Никогда бы не подумала, что ты такое скажешь… — изумилась Лия.

— Даже старый эльф, которому от роду полторы тысячи лет может измениться, — усмехнулся он. — Что же до Торнвуда, он подписал множество бумаг. Власть у него будет, но номинальной. Основное правление будет в руках Таунаруллы.

— Это правильное решение, — одобрила эльфийка. — Хотя, не смотря на потенциал, все-равно считаю Торнвуда не лучшим кандидатом в короли Аударайского леса.

— Ты уж проследи, что бы после выпуска этот парень не сбежал от своей невесты.

— А если Тау разлюбит его сама?

— Сильно сомневаюсь, — засмеялся явно повеселевший король. — Она вся в свою мать, такая же упрямая. Если вбила себе в голову что хочет замуж за этого парня, то её не отговоришь.

— Это точно… — вздохнула Аудаэринилии, поправив волосы, упавшие на левый глаз. — Хорошо, я позабочусь, что бы Торнвуд не сбежал со свадьбы.

Кабинет отца находился на одном из последних этажей башни. У каждого Архимага были собственные кабинет и лаборатория, существовавшие вне пространства и времени. В нашей реальности была только дверь со сверхсложным замком сложность которого я даже вообразить не могу.

Торнвуд старший работал, вычерчивая на огромной доске странную магическую схему, в которой я не понял вообще ничего. Ни одного знакомого плетения. Он выглядел сосредоточенным, погруженным в работу и я даже решил уйти, но тот меня заметил раньше.

— А, Аксель, очень хорошо, я тебя ждал, — сказал он, но в его голосе не звучало ни нотки теплоты или радости. Он просто констатировал факт.

— Ты хотел поговорить.

— Да, хотел.