девятнадцать целых и девяносто три сотых процента. Мне и играть не надо чтобы знать результат. Хм… результат… аппарат?

— Jsi tak krásná! Miluji tě!

— Как коленка твоя? Не болит больше? Ты уж прости ее, я ей сколько говорила… она у нас гадина, если честно…

— Железнова!

— А чего я сразу-то опять⁈

— Podívej se na ty tvářičky, na ty oči, jak je roztomilá! Tohle je moje malá sestřička!

— Божечки, какая она миленькая! Какие глазки! Какие щечки! Я хочу забрать ее с собой! Петра!

— Nechte mě prosím být!

— Лилька, а ну отстань от нее! Ей же не нравится!

— Еще как нравится!

— Спаа…сите!!

— О! Да она русский знает! Божечки, я сейчас умру!

Рудый еще раз откашливается, погромче, потом решает обратиться прямо и повышает голос.

— Товарищи девушки! — говорит он, встав посредине поляны, расставив ноги пошире и заложив руки за спину.

— … а этот Томаш Дворник, который за нашей Лилькой бегает — оказывается знаменитый актер! Мне Хана все рассказала!

— Slavný herec! Tomáš Dvorník!

— Вот-вот! Славный перец! Это по-ихнему значит — знаменитый актер!

— Лилька, отстань ты от нее! Ты ее сейчас задушишь, международный скандал будет! Маслову вон души, ее не жалко!

— … у нас священный союз девушек, у которых Лилька женихов отбила!

— Кто в «вышибалы» крайний? Яра? Мира? На желание!

— No tak! Jeden na jednoho, holka na holku!

— Да, да, холка на холку, посмотрим у кого холка круче! Где мяч?

— Товарищи девушки? — Рудый оглядывается.

— Давайте я сам, тащ майор… — рядом с ним появляется Виктор: — Маркова!

— А? — рядом возникает девушка в спортивном костюме и с блокнотом в руке: — да все нормально, Вить! Не переживай, Лилька сейчас Петру отпустит. И в вышибалы мне не на скорость, сильно никто не бьет… Машка Дуське сказала, что та играть не будет. И Железновой тоже запретили…

— Чего я-то сразу опять⁈

— Скажи девчатам что товарищ майор с ними поговорить хочет. — говорит Виктор и девушка — кивает.

— Маш! — повышает она голос. Тут же наступает тишина. Все оглядываются на нее.

— Чего тебе, Маркова? — вперед выходит Маша Волокитина: — время уже? Мы только приехали…

— Тут товарищ майор хочет поговорить…

— А? — девушки наконец замечают Рудого.

— Кха-кха, — откашливается он: — вы в «вышибалы» играете? На желание? Не возражаете, если и мои парни с вами сыграют? Ставки те же… — он поворачивается и безошибочно находит в толпе девушек Лилю.

— С вами. — говорит он.

— Ууу… да у тебя еще один поклонник. Или целых пять?

— Везет некоторым… и актер чешский и десантники…

— Чтобы с Лилькой играть сперва надо меня одолеть! — делает шаг вперед Алена Маслова: — хватит дискриминации!

Глава 17

Глава 17

— Ну не то чтобы я тут каркала как ворона над Куликовым полем еще до битвы… — говорит Алена Маслова, потянув Наташу Маркову за рукав: — Я ж не Кассандра какая и даже не диктор прогноза погоды после вечернего выпуска новостей, но вот ты мне скажи Маркова…

— А? — Наташа чуть наклоняет голову к своей собеседнице, продолжая лицезреть поляну, на которой остается все меньше и меньше людей, проигравшие в «Вышибалы» — потирая ушибленные части тела выходят из игры и теснятся к кромке деревьев.

— Ты сама подумай… — жарко шепчет ей на ухо Маслова: — вот у них пять десантников и все почему-то хотят с нашей Лилькой в «Вышибалы» сыграть! На желание! Как ты думаешь, какое желание будет у горячих, мужественных и смелых парней, которые два года женщину не видели⁈ А Лилька у нас одна! По рукам пойдет!

— А? — поворачивается к ней Маркова и саркастически приподнимает одну бровь: — точно! Надо будет смазкой озаботиться, и чтобы Жанна Владимировна ее потом осмотрела. На предмет венерических заболеваний. Кстати, проследить чтобы Лилька весь батальон обслужила. Для вящего поднятия боевого духа. И под флагом нашего славного Колокамска, так сказать донт вар, мейк лав.

— Вот ты… ты вот издеваешься, а я серьезно! Я про то, что Лилька странная же! Надо ей сказать, чтобы она эту «игру на желание» всерьез не воспринимала, а то пойдет и всем даст! Она же такая! У нее мораль инопланетная, а может они там на этом Вестере своем только и делают что любятся массово направо и налево! Может у них сексом заняться как у нас «здрасьте» сказать⁈ Она же в свое время Витьку соблазнила! И Машку с Айгулей! Только я одна выстояла!

— Так и скажи, что тебя не позвали…

— Звали! Еще как звали! Но я — высокоморальная девушка! Ай, с кем я разговариваю, ты же сама такая… — машет рукой Аленка и оглядывается по сторонам. Подходит к сидящей прямо на траве Арине и садится рядом.

— Быстрые они… — говорит ей Арина, откинувшись назад на выставленные руки, ноги она скрестила перед собой: — десантники эти. Но я вон тому в повязке залепила — будь здоров!

— Тебя же от «вышибал» отстранили решением высокого руководства. — говорит Алена: — потому что ты людей калечишь своими ударами.

— Наташка сказала, что «пусть» и что «десантуру не жалко». — отвечает Арина: — а что я? Они сами пусть не лезут!

— Арина, ты же знаешь, чего эти десантники потребуют, если выиграют? — вкрадчиво спрашивает Алена Маслова: — ты же видишь… а, хотя нет. Ты не видишь. Тебе же только недавно восемнадцать стукнуло, ты ничего и не понимаешь…

— Чего это я ничего не понимаю⁈ — тут же подбирается Арина, выпрямляется, подтягивает к себе ноги, усаживаясь по-турецки: — я все понимаю! Майор Рудый, вон тот дядька коренастый — сказал, что им надо узнать, как Лилька полосу препятствий прошла за две минуты! А там ничего такого, я бы тоже прошла! Подумаешь, две минуты! Просто бревна и веревки… Я бы за минуту пробежала! И у меня удар сильней! Вон видела того, в повязке? Это я ему! А она все с этой чешкой носится как кошка с салом, Петра то, да Петра сё! Подумаешь миленькая! Я тоже миленькая!

— А… — моргает Алена: — да я не про это! Лилька