меня Рея. — Если коротко, то такие планеты предназначены для людей совершивших тяжкие преступления.

— Хмм… Ясно, но знаешь, я почему-то думал, что в будущем будет более… креативное наказание. — вздохнул я. — Ну, например, криосон или влияние на сознание, чтобы преступник так больше не делал. Или погружение в виртуальную реальность, где он был испытывал… разное, пока бы не покаялся. Ну или пока бы не вышел срок. Или другие наказание в будущем. А тут тупо планета-тюрьма…

— А зачем менять то, что и так хорошо работает? — вопросом ответила Рея. — Но если серьёзнее, то люди экспериментировали. И были разные наказания, от которых в итоге отказались. Например криосон — от него отказались из-за фактического отсутствия наказания. Человек просто ложится в капсулу, закрывает глаза и через секунду, для него секунду, открывает их. Где тут наказание? Где искупление? Он просто спит. Поэтому от этого и ему подобных наказаний отказались. А от воздействия на сознание отказались одновременно по причине гуманости и недостаточности наказания.

— Ммм?

— Само по себе изменение сознания очень противоестественная процедура. Это практически убивает личность человека и такие процедуры были запрещены. Даже для преступников. Ну а насчёт недостаточности наказания, то тут дело в том, что такая процедура достаточно быстрая и фактически преступник закрывает глаза, а уже через несколько дней он уже свободен. Пусть и с изменённой личностью. И это устраивало далеко не всех. В общем, это тот случай, когда две противоположные категории людей сошлись и от этого эксперимента отказались.

— Ясно.

— Насчёт всех остальных наказаний было примерно тоже самое. Хотя были разные предложения, например, было и про виртуальную реальность, где жертва или её родственники могли мучить преступника. Измываться и отыгрываться на нём за всё, что он сделал. Но и от этого отказались, всё же и у преступников есть права. Ну и виртуальная реальность тогда не была так развита. Для того, чтобы человек испытал весь спектр ощущений и чувств.

— А сейчас?

— И сейчас нет. — ответила Рея. — Впрочем, если новую капсулу, чью деталь мы тогда доставляли доделают до конца, то это будет возможно. В теории.

— Любопытно… — протянул я. — Но сейчас их просто ссылают на далёкую планету, так?

— Не совсем. Это не просто планета. Это очень холодная планета, где нет людей кроме преступников. И они там не живут, как им вздумается, если вы об этом подумали. — продолжила она объяснять. — Там на большей части планеты расположены камеры, где они и живут. В очень тяжёлых условиях. Все камеры одиночные и преступники не могут общаться друг с другом. Там постоянно холодно и…

— И никто не болеет? — перебил я её.

— Нет. Современная медицина очень хороша в этом вопросе. Плюс там есть медицинские роботы. Так что люди там не болеют.

— Значит они постоянно мёрзнут, но заболеть не могут?

— Да.

— И что они весь день делают? Тупо сидят и смотрят в стену?

— В основном да. — подтвердила она. — Два раза в день им по специальной линии, вроде конвеерной, доставляют еду. Если они не успевают её взять, она едет дальше.

— Полагаю еда не самая вкусная?

— Нет. Скорее она безвкусная. Продолжая про их развлечения и распорядок, то раз в день на один час у камеры открывается потолок и они могут смотреть на небо. Раз в неделю у каждого есть два часа прогулки. Но из-за того, что сделано это так чтобы они не видели друг друга, прогулки могут начаться в любое время дня и ночи. Так же стоит уточнить, что их камера всегда находится под наблюдением, как и они сами. Так же они раз в месяц могут общаться по связи с остальным миром. Но уточнение, запрос о общении должен поступить из мира. Они сами его начать не могут. Так же у них есть возможность читать. Правда они не выбирают, что именно. Каждый день на той же движущейся линии, находятся журналы или книги, они могут взять одну, но на следующее утро они должны её вернуть на линию.

— А если не дочитал?

— Не имеет значение. Утром взял — утром вернул. Если не вернул или повредил, то лишаешься возможности брать другие журналы или книги определённое время.

— Как-то сурово… А что будет, если преступник, например, устроит голодовку или ещё что?

— В его камеру пускают усыпляющий газ, туда заходят роботы и доставляют его в медицинский корпус. Потом обратно в камеру.

— М-да… Карцер повышенной сложности…

— Да. В этом и цель. Там очень тяжело. — спокойным голосом произнесла Рея. — Многие готовы на очень многое, чтобы туда не попасть. Особенно те, кто там уже был. Но хочу уточнить, что эти места предназначены для людей совершивших тяжкие преступления. Большинство обычных преступников туда не попадут. Туда в основном попадают пираты. И так же, там максимальный срок за раз тридцать лет. А общий не более пятидесяти. Больше в таких местах не держат.

— Ты так сказала, словно этого мало… За половину этого срока там, наверное, можно сойти с ума…

— Не надо совершать преступления. Тогда туда не попадёшь.

— А по ошибке?

— Невозможно. Каждое решение отправить туда, проверяется искусственным интеллектом правительства.

— И ошибок не было?

— Нет. Даже малейшее подозрение на невиновность является причиной на запрет отправки в то место.

— Ясно… — задумчиво протянул я. — А кто управляет этой тюрьмой? Роботы?

— Нет. Им управляет искусственный интеллект правительства. Я вам о нём говорила.

— Да, помню.

— Вот часть ресурсов этого искусственного интеллекта используется для управления этими тюрьмами. Так же он проверяет все доказательства виновности преступника. Уточнение, для направления в эти тюрьмы преступник должен пройти два этапа, на первом его приговоривают люди, на втором искусственный интеллект подтверждает правильность приговора. Ещё одно уточнение, не срок наказания, а именно то, что он совершил преступление в котором его обвиняют.

— Значит ошибок не бывает?

— Даже самое небольшое сомнение в его виновности является поводом для запрета на отправку в такие тюрьмы. Даже если его вина доказана на девяносто девять процентов.

— И что тогда с ним будет?

— Отправка в обычные тюрьмы. Где находятся люди не совершившие тяжких преступлений. — продолжила объяснять Рея. — Но Ромун точно отправиться на планету-тюрьму. У него кроме убийства Патриции ещё и пиратство. А любое из этих преступлений достаточное основание для отправки в то место.

— Ясно.

— Естественно это с условием, что Антонио не будет помогать ему.

— Ммм?

— Приговор выносят люди. — просто ответила Рея. — Если в наказание не будет пункта об отправки на планету-тюрьму, то искусственный интеллект ничего не сделает.

— Ясно… — вздохнул я. — Ну и просто ради любопытства,