легкостью. Лохматые бурые тела почти сливались с красноватым (особенно сейчас, когда Таир медленно, но неуклонно заваливался к горизонту) песком. Мощные лапы поднимали фонтанчики пыли. Таги бежали, свесив на бок болтающиеся между длинных клыков языки. Морда первого была жутковато подкрашена пятнами желтой свалявшейся шерсти. Тай узнал тага Урта. С этим зверем следовало быть настороже. Урт любил рассказывать о его необыкновенной хитрости, и сейчас, когда огромный зверь несся прямо на унрита, Тай был склонен принимать слова Урта всерьез.

Оставалось несколько сект, чтобы повернуться, оценивая расстояние, отделявшее его от небольшого отряда Лина («нет, стрелы пока не страшны»), взглянуть на болтающуюся на волнах лодку; еще несколько минт, и ее снова прибьет к берегу). Затем, не оглядываясь — он спиной чувствовал, что его отделяет от тагов не менее полсотни минов, Тай бросился в воду. Зайдя в волны по пояс, ровно настолько, чтобы лапы тагов уже не могли дотянуться до песчаного дна, унрит остановился. Его не очень беспокоило, что Лин с приятелями подойдут на расстояние арбалетного выстрела: пока они надеются на тагов, стрелять не будет никто. В воде же таги окажутся беспомощней хиссуна. Тай ласково погладил мокрое лезвие меча. «Тебе придется поработать, приятель». Он вздохнул: «С тагами я справлюсь, но что дальше?»

Первым у кромки воды был таг Урта. Вместо того, чтобы броситься в воду, хитрый зверь резко затормозил и остановился, громко рыча, мотая лохматой мордой из стороны в сторону. С ослепительно белых клыков капала слюна. Два других тага, даже не притормозив, плюхнулись в волны, подняв тучу брызг, что вызвало буйный восторг бежавшего за тагами Урта.

Кто-то в отряде преследователей поднял арбалет.

— Не стрелять! — услышал унрит властный окрик Лина.

Тай не ошибся. Стрелять не будут.

Он облегченно вздохнул.

Мокрая морда одного из тагов болталась в волнах в нескольких минах от беглеца. Зверь громко фыркал, разбрызгивая лезущую в ноздри воду. В больших, слегка красноватых глазах плескалась ярость. Внезапно лапы его не ощутили привычной опоры, и ярость сменилась недоумением. Теряя былую уверенность, таг поплыл к унриту.

Тай взмахнул мечом, и вода тут же окрасилась кровью. Разбитая голова зверя быстро ушла под воду.

— Ун, — прошептал унрит.

Со вторым он расправился столь же легко, как и с первым.

Преследователи в который раз разразились проклятьями. Тай с уважением взглянул на бегающего у кромки воды тага Урта. «А ты не дурак», — мысленно похвалил зверя унрит.

Несколько пущенных в спешке стрел вспенило воду справа и слева от него. Тай отшвырнул в сторону меч, набрал в легкие как можно больше воздуха и нырнул. «Куда?» — с какой-то невообразимой тоской подумал унрит.

Ожидание становилось невыносимым.

Что там, в Унре? Правильно ли он поступил, решившись ловить ТВАРЬ таким странным способом. «Ей-ей, у нее было немало возможностей ускользнуть. Впрочем, — успокаивал себя Ортаг, — тварь слишком привязана к Таю. Так докладывал Нагх. Об этом говорил в свое время Торсон. То же твердила не так давно и его рыжая сучка. Что ж, игра началась, и отступать нет смысла».

— Итак, Нагх в Унре, — пробормотал маг, нервно постукивая пальцами по стеклу. «Не у каждого мага на Асте есть такой верный слуга». Ортаг довольно потянулся; едва не стукнулся о низкий засаленный потолок каюты. Подняв руку, провел пальцами по потолку, брезгливо осмотрел тут же пожелтевшую от сального налета кожу — он не любил грязи, и поездка в Унру раздражала его. Если бы не ТВАРЬ и не опасение, что без него не справится даже Нагх, Ортаг ни за что бы не сел на этот грязный, скрипучий кумарон с придурковатым конгаем-капитаном и вонючей командой, которая так и норовила задеть его слуг и специально набранных для поездки в Унру людей. Впрочем, и команда кумарона, и нанятые Нагхом наемники одинаково не отличались благопристойным нравом. Пьянки на судне не прекращались ни на минту. И сейчас Ортаг вовсе не был уверен в том, что люди из его отряда не приложились к харуте наравне с унритами.

«Я надеюсь на тебя, Нагх», — думал Ортаг. Он нахмурил лоб, пытаясь представить то, что происходило в Унре. «Два десятка моих людей справятся с любой Унрой». — Что ж, золотые слова, Нагх. Два десятка — не маловато ли? — маг хмуро взглянул в засаленное окошко. Вечерело. Небо на востоке стремительно наливалось ядовитой синькой. Белые гребешки волн, напротив, покраснели, подкрашенные косыми лучами угасающего Таира. Ортаг быстро подошел к двери, выглянул в узкий коридор. Услышав возбужденные женские голоса, удовлетворенно прищелкнул языком — к ночи у него будут все, в ком может скрываться ТВАРЬ.

«Почти все», — поправился маг. — Ночью. Или утром, когда жизнь Тая повиснет на волоске (ему уже доложили, что охота на унрита началась), тварь так или иначе выдаст себя. У него будет сын. «И, может, не один», — мысленно усмехнулся Ортаг. Такая возможность забавляла его.

— Эй, Марун, — громко крикнул он, вызывая одного из оставшихся на кумароне людей Нагха.

— Слушаю, мессир, — в конце коридоре появилось заспанное лицо.

— Скажи им, чтобы заткнулись, — мрачно сказал Ортаг.

— Да, мессир.

— Их наверняка слышно на палубе.

Тупое толстогубое лицо Маруна изобразило недоумение:

— Ну и что? Их все равно видели, мессир.

— Но дразнить команду ни к чему. Понял? — Ортаг говорил как можно медленнее, сильно подозревая, что до Маруна едва доходит смысл сказанного. «С таким лицом только хрисс ловить», — подумал маг.

— Я наверх, — добавил он. — Пойду посмотрю.

Перешагнув сломанную ступеньку, Ортаг поднялся по скрипучей лестнице на палубу. С удовольствием вдохнул свежий морской воздух. Ветер тут же весело захлопал полами его легкого плаща.

— Что угодно мессиру? — тотчас подскочил к нему плюгавый матрос с потным красным лицом, обильно усеянным доброй сотней прыщей. — Жарко сегодня, да? — ни с того ни с сего добавил он.

— Ничего. Иди, — брезгливо отмахнулся Ортаг. Он предпочитал не общаться с командой кумарона, предоставляя это дело Нагху. — Иди, — повторил маг.

Матрос хриссой скользнул на корму.

Кумарон сильно качнуло. Ортаг всем телом навалился на влажный от брызг борт. «Может, и в самом деле следовало жить на берегу? Вон и нэмитера указывает на то, что жди хорошего шторма. Не сегодня», — уверенно подумал Ортаг.

— Мессир…

Маг невольно обернулся.

Опять этот плюгавый!

— Что еще?

— Я думаю, вам стоит взглянуть, мессир. Там, на берегу, унриты, мессир.

— Меня не интересуют унриты.

— Но… они убьют его.

— Иди.

Спеша избавиться от навязчивого матроса, Ортаг зашагал к другому борту, откуда хорошо просматривался берег Унры. Почти сразу он увидел сражающегося с тагами Тая, бегущих