нас. Созданные для услужения, они получили от нас слишком много свобод. Рожденные в космосе, «Нуссары» — так мы их называли тогда. Они заменили нам многих, избавив нашу расу от малоприятной и зачастую ненужной работы, занимали специфические посты и помогали во всем, а мы цени их и отдавали все что имели, — бесцветно и совершенно не агрессивно, шелестел голос Брунена. Туман вновь скрыл образ, открывая новый в другой части комнаты. Теперь мы смотрели на взрослых Чалов, собранных в большом пространстве и что-то выкрикивающих, словно на митинге. — Наше доверие, они повернули против нас. То, что ты видишь, часть нашей с тобой истории, ровно, как и история Выродков. Их первое восстание на Исследовательском судне. Возглавлял его Выродок Сурад Инрат, он первый заявил, что они свободный народ и не обязаны подчиняться нам. Глупец вещал, что без них, наша империя падет, так как сейчас они работают на наших верфях, это они нянчат наших детей, они чистят наши водостоки и ремонтируют суда. Тебе ясно, почему ему верили?

— Судя по всему, так оно и было, он не врет. Вы сделали себе расу прислуги или рабов, перестав себя обслуживать.

— Не «Вы», а «Мы». Нет, мы создали расу помощников, и слишком сильно отпустили поводок власти. Они были первыми, они были свободны от «Блоков Основ». Но сейчас это уже не имеет большого значения. Ты считаешь, что это Выродок прав, или нет?

— Я думаю, что он прав.

— И все другие Выродки тоже так подумали, забыв только о том, что мы ничего не забываем и тем более — никогда не сделаем себя слабыми. Наша Империя не пала бы, даже если бы они уничтожили наших Лидеров Миров, ведь мы единый народ, соединенный едиными знаниями и умениями. Выродки могли улететь от нас, и поверь, мы бы это поняли это и приняли, они же наши первенцы. Вот только Выродки, решили иначе — они ударили нам в спину! — туман снова смазался и развернул перед нами кадры безжалостной бойни, где десятки разъяренных Чалов бросались на одиноких Бруненов и убивали их, даже не дав возможности сказать последнее слово. Хотя, я бы не сказал, что это было жестоко или не честно, дважды среди этих кровавых кадров, одинокий Брунен убивал до полутора десятков Чалов, причем действовал он так сноровисто, словно полжизни готовился к этому бою. — Ты видишь прошлое, ты видишь, как жестоко они нас предали?

— Возможно. Но для чего ты мне это вообще показываешь? — я повернулся к Брунену, лицо которого никак не изменилось с самой первой секунды, моего нахождения в этом потустороннем корабле.

— Ты видишь призрака Черного Ферзя, осадок его личности очень сильно связался с твоей. Позволяя ему существовать, прислушиваясь к нему — ты порождаешь внутри себя слабость, уподобляясь выродкам. Я же хочу донести до тебя простую мысль — он ударит тебя в спину, когда почувствует, что ты доверяешь ему. Кто не знает прошлого — не имеет шанса на будущее. Откажись от Выродка, сотри его из своей памяти, очисти сознание. Вполне возможно, что ты последний из нас, ты не можешь своей глупостью уничтожить целую расу.

— Почему?

— Ты последний из живых. А верховная цель у нас всегда одна: Выживание Вида превыше всего. Либо победа, либо смерть. И раз ты до сих пор жив — ты должен идти к нашей цели. Возроди наш народ.

— Как? Ты с ума сошел? Я же один! — я просто не верил его шепоту, а Брунен только поднял уголок рта, словно умиляясь котенку.

— Ты все вспомнишь, я вернусь позже, когда ты будешь готов принять новую информацию. А пока спи, набирайся сил… — и вдруг, начало темнеть'.

Открыл глаза я уже лежа на кровати внутри своей каюты. Ощущение отдыха было, как и неприятный осадок от ночной встречи. Я не успел даже прийти в себя по-человечески, как прямо перед моим носом мной возник образ Ферзя, именно такой, как я его запомнил в момент его смерти, взгляд его был холоден, но не злобен.

— Он врет тебе и много недоговаривает. Мысли Сергей. Мысли… — призвал меня к действию Ферзь и испарился как секундное помешательство моего больного рассудка.

Да что со мной происходит?!!!

Интермедия 4

— Ну, и чего вы тут расселись⁈ — удивился и даже немного возмутился Ранус, когда, вернувшись в кают-компанию капитана, застал Ника и Алекса в расслабленных позах и со стаканами в руках, да еще и с пузатой бутылкой. — Все уже сделали?

— Делов-то не очень много, — слегка кивнув, произнес человек и отпил из своего стакана