В этот самый момент я почувствовал, как на моё плечо из-за спинки сиденья опустилась тяжёлая, но удивительно мягкая лапа. Я осторожно обернулся. Пятнистый Конго перебрался поближе, вытянул шею и смотрел на меня умными янтарными глазами. Он тихо, рокочуще заурчал, видимо, выражая таким образом признательность за спасение.

Я бы, возможно, даже умилился этой сцене, если бы мой неугомонный, свихнувшийся на правилах разум тут же машинально не зафиксировал новый факт.

Кира перевозила крупного питомца просто на заднем сидении пикапа. Без специальной шлейки, без надёжной фиксации и без транспортировочной клетки. А ведь свободное перемещение пятнадцатикилограммового хищника по салону в любой момент могло отвлечь водителя и спровоцировать серьёзное ДТП!

Вот тебе, пожалуйста, и ещё одно правонарушение в реальном времени. Загадка красной шкалы эксперта была раскрыта окончательно. Я назвал Кире свой домашний адрес, и пикап плавно влился в вечерний городской трафик.

Всю дорогу девушка не переставала меня искренне, горячо благодарить. Она говорила о том, как ей повезло, как вовремя я оказался в клинике и что без моего вмешательства она бы любимца не вернула. Но я на эти пылкие излияния реагировал крайне вяло, ограничиваясь сухими односложными кивками. Откровенно говоря, мне было не до неё.

Я пребывал в состоянии абсолютного, парализующего ужаса.

Смотря сквозь боковое стекло на проплывающие мимо улицы, остановки и тротуары, я видел лишь один цвет — красный!

Они все были виновны! Практически всё до единого! Над головой каждого спешащего по своим делам пешехода, каждого курьера на велосипеде, каждого водителя в соседнем ряду пульсировала зловещая красная шкала с отрицательным значением. Переход дороги в неположенном месте, безбилетный проезд, скачанный с торрентов фильм, уклонение от налогов, брошенный мимо урны окурок — этот мир тотально погряз в миллионах ежедневных правонарушений.

Зелёная, непорочная аура Закона встречалась исключительно у детей. Причём у детей совсем крошечных — тех, что мирно спали в колясках или болтались в рюкзаках-кенгуру на груди у своих красных, «отрицательных» родителей. Эти младенцы были чисты перед лицом Закона лишь по одной банальной причине: они просто не успели! Им ещё физически не выдался шанс нарушить Закон. Но они обязательно вырастут, научатся ходить, говорить и неизбежно пополнят ряды этой глобального беззакония.

Это был сущий, не поддающийся логике кошмар!

Я всадил с таким неимоверным трудом собранные крохи энергии Ядра в абсолютно бесполезную в этих реалиях способность. Я-то в своей наивности полагал, что «Взгляд Истины» поможет мне легко и изящно отделять зёрна от плевел — отличать отпетых правонарушителей от добропорядочных граждан. А вышло, что добропорядочных граждан на этой планете просто не существует!

Внезапно мой сканирующий взгляд выцепил на пешеходном переходе мужчину в неприметной куртке. Я даже моргнул, не веря своим глазам. Над его головой сияла зелёная полоса с положительным числом!

Я судорожно подался вперёд, едва не вжавшись лицом в стекло дверцы. Мне стоило колоссальных, титанических усилий воли, чтобы не заорать Кире тормозить, не выскочить прямо на проезжую часть и не броситься к этому уникуму. Мне хотелось долго, с искренним благоговением трясти его руку, выражая своё немыслимое, безграничное уважение. Хотелось заглянуть ему в глаза и спросить, как он умудрился остаться чистым перед Законом в этом сумасшедшем, насквозь криминализированном мире⁈ Как⁈ Как, во имя всех параграфов Галактики, ему это удалось⁈

— Илья, вы обращайтесь. В любое время дня и ночи! — продолжала горячо выражать свою признательность Кира, ловко маневрируя в вечернем потоке. — Серьёзно, я вам так обязана… Ой!

Она даже слегка хлопнула ладонью по оплётке руля.

— Я же совсем забыла! А сколько я вам должна за юридические услуги? Вы же потратили на меня целый день!

«Я с преступниками вообще никаких дел не имею!» — едва не сорвалось с моего языка.

Мне стоило колоссальных усилий воли подавить этот праведный порыв. Моё Ядро Истины буквально билось в истерике от одного осознания того факта, что я сижу в одной машине с рецидивисткой-правонарушительницей с рейтингом «минус тридцать три».

Но какой у меня был выбор? Беспристрастный анализ ситуации не оставлял мне пространства для манёвра: если я откажусь работать с нарушителями Закона на Земле, мне придётся объявить бойкот всему населению планеты. За исключением неразумных младенцев и того уникального, загадочного мужика на пешеходном переходе.

— У нас не было заранее заключённого письменного договора на оказание юридических услуг, — сухо констатировал я, загоняя эмоции подальше.

— Ну и что? — искренне удивилась девушка. — Вы же мне за мои экспертизы всегда платите по прайсу. Любой труд должен быть оплачен.

— Давайте поступим следующим образом, — предложил я, быстро выстроив в уме взаимовыгодную схему. — За ценовую политику и финансовые вопросы в нашей фирме отвечает Олег Борисович Маньков. Но у меня есть предложение: вы делаете нам экспертное заключение по его машине бесплатно, а мы, в свою очередь, считаем сделку по спасению Конго закрытой. Взаимозачёт требований.

— Экспертиза куска железа — это такие мелочи! — возмутилась Кира, бросив на меня быстрый, укоризненный взгляд. — А вы жизнь спасли! Это же совершенно несопоставимые…

— Это вовсе не мелочи, — перебил я её. — И мы на самом деле очень высоко ценим ваш профессиональный труд и вашу квалификацию. Договорились?

Она хотела ещё что-то возразить, но не успела. Тишину салона прорезал рингтон моего смартфона. Я достал аппарат из кармана пиджака. На дисплее высветилось: «Виктор».

Я смахнул иконку вызова и поднёс телефон к уху.

— Слушаю вас.

— Короче, всё, Илюха, — раздался из динамика усталый голос. — С нами связались московские юристы… я подумал и решил, что с нас хватит.

Внутри меня зародилось нехорошее предчувствие.

— В смысле? Что именно вы имеете в виду?

— А то и имею, — огрызнулся Виктор. — Они Юльку собираются засудить. А она, дура, упёрлась и совершенно не понимает, с кем связывается. Короче, Илюха, мы забираем двести тысяч отступных. Ролик из интернета удаляем и все бумаги подписываем…

— Стой! — я почти сорвался на крик, пугая дремавшего сзади Конго. — Ничего без меня не подписывай! Слышишь меня⁈ Ни единой строчки!

— Да я уже… — обречённо вздохнул мужчина.

— Что ты подписал? — спросил я. — Как конкретно называется этот документ?

— Соглашение какое-то…

— Читай заголовок. Соглашение о чём⁈

— Да неважно уже! — взорвался Виктор, пытаясь за агрессией скрыть собственную слабость и стыд. — Я же тебе русским языком говорю: всё, отбой! Мы довольны, они счастливы. Хватит с нас!

— Виктор, я буду дома… — я оторвал взгляд от телефона и вопросительно посмотрел на водителя.

— Через десять минут, — одними губами прошептала Кира, сверившись с навигатором.

— Я буду у своего дома через десять минут, — жёстко