архипелаге Луизиана, а затем в различных частях самой Новой Гвинеи. Некоторые золотоискатели действительно обогатились, но большинство погибло от тропических болезней и в столкновениях с местными жителями.

Что касается просвещения и здравоохранения в колонии, то они остались почти полностью вне сферы деятельности британской администрации.

В 1898 г. У. Мак-Грегор покинул Новую Гвинею. Пост главы колониальной администрации занял Г. Ле Хант, который еще в большей степени, чем его предшественник, сталкивался с проблемой изыскания денежных средств. Дело в том, что договоренность между Великобританией и ее австралийскими колониями о финансировании управления Британской Новой Гвинеей была установлена лишь на десять лет, т. е. с 1888 по 1898 г. Когда этот срок стал подходить к концу, британское правительство дало понять, что оно утратило интерес к Новой Гвинее и не собирается дальше нести расходы по управлению колонией. Тогда Ле Хант обратился к австралийцам. В августе 1900 г. он встретился с премьерами Квинсленда, Нового Южного Уэльса и Виктории, но эта встреча ни к чему не привела. И Британская Новая Гвинея оказалась, как писал в одном из писем Ле Хант, «на грани истощения своих ресурсов». Лишь один Квинсленд оказывал финансовую помощь администрации, да и то нерегулярно и в весьма ограниченных размерах.

Стараясь как-то вырвать необходимые средства у колоний в Австралии, Ле Хант то сулил им большие барыши от использования природных богатств Новой Гвинеи, то пугал их возможностью захвата Британской Новой Гвинеи иностранными державами и в связи с этим резкого ухудшения стратегического положения пятого континента.

Политика Австралии в Океании в последней четверти XIX в. характеризовалась двумя отчетливо выраженными тенденциями, отражавшими позицию австралийской буржуазии, которая в тот период и политически и экономически еще зависела от британского капитализма. Английский капитал господствовал в экономике британских колоний в Австралии. Не удивительно, что австралийская буржуазия поддерживала все внешнеполитические акции Великобритании, даже если она не видела в них прямой выгоды для себя. Но вместе с тем у буржуазии британских колоний в Австралии уже появились собственные интересы вне пятого континента. Она жаждала принять участие в колониальном разделе океанийских территорий. Но Австралия не могла соперничать с такими державами, как США, Германия и Франция, и потому она настойчиво подталкивала Англию к расширению колониальной экспансии в Океании.

В «Тетрадях по империализму» В. И. Ленин, характеризуя новозеландский империализм, отметил: «Два течения империализма (оба вполне примиримы): 1) великодержавный империализм (участие в империализме Великобритании). 2) «локальный империализм»... — своя обособленность... замкнутость». Это определение может быть целиком применено и к Австралии.

После объединения британских колоний в 1901 г. в федерацию Австралийский Союз австралийский «локальный империализм» значительно усилился.

В ноябре 1901 г. Австралия взяла на себя финансирование администрации Британской Новой Гвинеи. Изменился и порядок отчетности администратора колонии. Теперь он посылал доклады не правительству Квинсленда, чтобы то, в свою очередь, отправило их в британское министерство колоний, а непосредственно австралийскому федеральному правительству.

Продолжали свое существование Законодательный и Исполнительный советы при администраторе, по-прежнему не игравшие никакой роли в жизни колонии и все так же целиком состоявшие из британских чиновников колониального управления. Но собирались советы чаще, чем при Мак-Грегоре. Если за девять лет деятельности первого администратора Исполнительный совет собирался 118 раз, то за три последующих года — 104 раза.

Ле Хант в основном проводил политику своего предшественника. Исключением являлся земельный вопрос. Ле Хант предлагал отчуждать большие земельные площади — до 500 тыс. акров. Но реализовать это не удалось. В ноябре 1901 г. по настоянию правительства Австралии администрация вынесла решение отложить передачу земельных участков «до получения сообщений по этому вопросу от федерального правительства».

Ле Хант возглавлял администрацию колонии до 1903 г. Все это время влияние колониального управления на различные сферы жизни Британской Новой Гвинеи оставалось ничтожным. Если уж кто и обладал известной властью, то это миссионеры. Следует отметить, что в тот период почти все они получали материальную помощь преимущественно от австралийцев, и это служило дополнительным средством укрепления позиций Австралии в Новой Гвинее.

Постепенно власть над колонией и юридически переходила к Австралийскому Союзу. 15 марта 1902 г. британское правительство согласилось передать управление колонией Австралии. Но прошло 16 месяцев, прежде чем премьер-министр Австралии Бартон представил в федеральный парламент законопроект об управлении колонией. Парламент рассмотрел его лишь в июле 1904 г. К этому времени правительство Бартона пало, и законопроект представляло новое правительство во главе с Уотсоном. Пока шло рассмотрение билля, пало и правительство Уотсона. Его сменило правительство Рейда. Но и оно успело уйти в отставку до конца обсуждения законопроекта. Проект был одобрен в ноябре 1905 г. при правительстве Дикина. Потребовалось еще 10 месяцев для опубликования соответствующего акта, что и произошло в сентябре 1906 г.

Таким образом, в 1906 г. право управления Британской Новой Гвинеей юридически было передано Австралийскому Союзу, колония получила новое официальное название — Папуа. Акт 1906 г. об управлении Папуа оставался без изменений до 1949 г.

Согласно этому документу, во главе колонии стоял губернатор, назначавшийся генерал-губернатором Австралии и ответственный только перед последним. Количество членов в Законодательном и Исполнительном советах несколько увеличилось. В Законодательный совет теперь входило шесть человек. Все они по-прежнему являлись чиновниками колониальной администрации. Позднее в его состав были включены еще три неофициальных члена, назначавшиеся губернатором колонии. Выборные члены появились лишь после второй мировой войны.

Столь длительная задержка с утверждением законопроекта об управлении колонией объяснялась не тем, что австралийские парламентарии старались выработать наиболее продуманную и эффективную систему, а их незнанием предмета обсуждения и нежеланием вникнуть в действительные нужды колонии. Выдвигавшиеся ими идеи порой поражали своей курьезностью.

Все это время в Британской Новой Гвинее положение оставалось без каких-либо изменений. Вместо Ле Ханта, занявшего пост губернатора штата Южная Австралия, во главе администрации временно был поставлен С. Робинсон, молодой юрист из Квинсленда. Он продержался на этом посту лишь один год. В начале 1904 г. Робинсон поехал в район Гоарибари, чтобы расследовать дело об убийстве миссионеров местными жителями. В ходе разбирательства Робинсон проявил крайнюю жестокость, приведшую к столкновению с коренными жителями, несколько человек из которых погибло. Сведения об этом попали в австралийские газеты. Вспыхнул публичный скандал, и правительство Австралии вынуждено было создать специальную комиссию для расследования происшествия.

В феврале 1904 г. австралийский премьер-министр Дикин вместо Робинсона назначил администратором колонии Ф. Бартона, который прежде занимал пост начальника новогвинейской полиции. Вскоре у Бартона возник острый конфликт с чиновниками администрации и вообще с европейским населением колонии. Правительство Австралии назначило новую комиссию, теперь уже для расследования общего положения