назад, в поселке Хой-Готол, этот же человек предлагал украшения Элине, а шарахнуло от них меня.

Вместо всякой поддержки Тамара прильнула щекой к его шершавой и смуглой ладони. Он ласково пощекотал ее подбородок, заправил за ухо темную прядь и подмигнул.

— Будь аккуратнее и не бери камни от тех, кого не знаешь.

— Между прочим, я для тебя тоже кое-что узнала, — Тамара приподнялась на локте. — Когда мне стало плохо, они обо мне забыли и говорили, как будто остались наедине. И мне кажется, что Элина — не та, за кого себя выдает. Она лжет либо тебе, либо им.

— Да? — Ринат на мгновение замер и напрягся, как струна. — И кто же она?

— Я не знаю точно, — нахмурилась Тамара. — Но этот ювелир называл ее Мила.

Ринат медленно выдохнул и провел по лицу похолодевшей ладонью.

Глава 17

Голос из прошлого

— Милана… — прошептал он. — Сестра-близнец. Пропала без вести. И почему я до сих пор не догадался?

Тамара не ответила, только участливо наклонила голову. Конечно, всей истории она не знала, но он был благодарен и за эти сведения: случайно подслушанный разговор существенно менял все то, что происходило последние несколько дней.

— Элина… Милана сказала, что вы что-то ищете, но это секрет.

— Уже нет никакого секрета, — мрачно ответил Ринат. — Неделю назад я вернулся из экспедиции в Аршат, хотел пару дней отдохнуть и потратить отпуск на восхождение на Деву. На вершине Генерала я уже был, а до нее еще не дошел. Но Руслан, которому я поставлял камни, хорошо заплатил мне за аметисты и предложил новый дорогой заказ. Договор на семь тысяч я отдал старому другу, ювелиру Марджани… У него были некоторые трудности, — добавил Ринат в ответ на изумленный взгляд жены. — Но я подумал, что если возьмусь за заказ, то смогу покрыть эти свои… непредвиденные подарки. Заказ был на «горное сердце», чистейший аметист с халцедоновым агатом внутри, который хранится в святилище Небесного престола. Дойти до святилища в общем-то нетрудно, труднее выжить по дороге. Но я согласился, решив, что смогу обеспечить и вас, и себя.

— Хотя сейчас это, конечно, уже…

— Почему не нужно? — перехватил мысль охотник на полуслове. — В нашем положении не стоит доводить себя до финансовых трудностей. Да и, признаться честно, я устал от экспедиций. Надеялся один раз хорошенько заработать, а потом отдыхать где-нибудь в горах. В поселках пхади. Ходить на восхождения просто так, сплавляться по рекам, водить туристов, не заботясь о заработке.

— Хорошо бы, — грустно улыбнулась Тамара. — Продолжай.

— В тот же день, когда Руслан уехал, я встретил ребят, вернувшихся из какого-то крайне неудачного похода. Их гид, Рома, тот белобрысый парень, который сейчас ходит по стенке молчаливым привидением, пострадал от медведя. Поэтому они искали нового гида. Федор рассказал душещипательную историю о том, как их отец-охотник бросил семью, а сестра влюбилась в другого охотника, отправилась на поиски этого горного сердца и пропала без вести. Кто-то анонимно отправил Федору и Элине записи из ее дневника, и они пошли по ее следам, а меня попросили помочь. Полагаю, что Милана сама и отправила свои записи домой. Обратного адреса на конверте не было.

— Если Милана выдает себя за свою сестру-близнеца, то о чем же история на самом деле? — недоверчиво прошептала Тамара.

— Все просто, — Ринат поднялся и прошелся от постели до окна и обратно. — Она говорила о том, что не хочет мстить тому охотнику, который из-за ушедших чувств ее бросил. Сдается мне, именно это она и хочет. Такова для нее личная выгода. Но есть еще финансовый вопрос: если трое ювелиров, Милана и Руслан заодно, то им выгодно, чтобы я привел их к горному сердцу. После этого, скорее всего, меня бы устранили. А теперь представь, какой силой обладает горное сердце, если ради него погибло столько людей.

Тамара молчала, задумчиво вертя в пальцах свою хрустальную капельку. В опасности камней с негативной энергией она уже имела честь убедиться, но эта крохотная капелька, которую муж сам нашел на одном из перевалов и огранил своими руками, хранила в себе больше тепла, чем любые дорогие гранаты и топазы.

— А что тогда случилось с Элиной? И почему Федор так спокойно относится к этой сомнительной авантюре?

— Да все, что угодно, — прислушавшись к чему-то снаружи, Ринат снова присел на край постели и заговорил тише. — Не исключено, что ее больше нет, и искать ее смысла тоже нет. Такая циничная особа, как Милана, могла обойтись с ней жестоко. А Федор, мне кажется, еще ни о чем не догадался. Милана обманула его, подстроив анонимную посылку и поменявшись местами с сестрой. Это было легко, они ведь близнецы. Она долго играла роль, но со временем и я начал замечать странности. Возможно, Элина была капризна и не очень приспособлена к диким условиям, любила внимание, много заботилась о себе. Для Миланы, которая тесно общалась с охотниками и долго путешествовала, это было чуждо. С каждый днем на треке она переставала делать свою фитнес-зарядку, забросила косметику, научилась готовить на горелке так быстро, как не смогла бы непривычная к походным условиям девушка. Я догадывался, что с Элиной что-то не так, но думал, что просто плохо ее знаю. А выходит, я не знал ее вовсе.

— На самом деле мы никого толком не знаем, кроме себя, — Тамара мягко, но требовательно потянула его ладонь, и он снова положил руку на мягкий изгиб ее талии. — Дальше я пойду с тобой.

— Что? — растерянно переспросил Ринат. — Нет. Даже не думай. Я не хочу подставлять и твою жизнь под угрозу.

Тамара рывком поднялась, так, что они едва не столкнулись. Ее глаза лихорадочно блестели, а сухие от ветра и пыли крылья носа гневно дрожали. Обхватив руками щетинистое лицо мужа, она приблизилась вплотную и коснулась губами его седого виска:

— Знаешь, что я поняла за эти пять лет, пока тебя не было?

— Что такой, как я, тебе не нужен, — повторил Ринат по-заученному. — Что жить с человеком без чувств — это все равно, что поставить в доме скалу.

— Что часто мы бросаем любимых именно за то, за что их когда-то выбрали.

Она отстранилась. Он почувствовал, как по щеке, где только что были ее мягкие теплые волосы, скользнуло холодом. В синих глазах Тамары отражалось солнце, лежащее через всю комнату наискосок, и, как в длинном и тусклом луче плясали пылинки, так и в ее сапфировой глубине блестели возбужденные искры, какие можно заметить у людей,