под деревом в больших наушниках. Наверняка заглушает чужие эмоции. Одета была не как обычно, чёрные кроссовки, спортивные штаны в облипочку, дизайнерские тёмные бинты на предплечьях и безрукавка.

Я вяло махнул лапой, привлекая внимание девушки, и похромал в её сторону. Она заинтересованно сняла один наушник, и тут заметил припухлость губ. Всё внутри похолодело. Я же её ударил! Она могла свести этот отёк одним касанием лекаря, но не захотела. И причина этому могла быть только одна.

Мне жопа!

Неожиданно дорогу преградила Элен, и я, погруженный в фантазии о своём печальном будущем, чуть её не сбил. Этой-то чего понадобилось?

На лице максимальная концентрация. Она серьёзно настроена. И мне это совсем не нравилось.

Глава 16

— От тебя пасёт мокрой псиной, — заявила Элен.

Я безразлично пожал плечами, что я мог сделать.

— Выглядишь жалко, — продолжила девушка. — На тебя противно смотреть. С тобой тяжело находиться в одном классе.

Я хотел ответить, но стоило открыть рот, как Элен припечатала:

— Просто заткнись и не дёргайся!

Её ладонь упёрлась мне в лоб. Я увидел красное свечение и ощутил все точки, где были проблемные места. Заразу будто в воронку вытянуло. Это было ошеломляюще больно, причём больше ошеломляюще, чем больно, потому вместо муки на лице отражалось удивление.

Элен отшатнулась. Она снова постарела на несколько лет. Девушка презрительно посмотрела и с несвойственной ей стервозностью в голосе отчеканила:

— Меня бесит, что ты используешь свою бедность как манифест, как флаг, как герб, как защиту и как оружие!

Что-о-о??? Что она, нахрен, такое несёт⁉ Вооружённый нищетой до зубов! Меня распирало от желания высказать этой дамочке всё, что я о ней думаю, но каким-то чудом совладал с собой и вместо этого просто благодарно кивнул и сказал:

— Спасибо за помощь.

Она фыркнула, крутанулась на месте и пошла, гордо задрав подбородок.

Я расправил плечи. Снял очки. Картинка через них теперь была мутная. Элен мне и зрение в норму привела.

Стянул пережимающую теперь повязку и глянул на откушенный палец. На его месте красовалась исхудавшая, бледная и слабая копия. Я даже пошевелить им не мог. Новые мышцы требовали разработки, а к коже было страшно прикасаться, такая тонкая она была, словно мокрая бумага.

— Неожиданно, — проговорила Рин.

— Угу, — поддакнул я. — Тебя как, вооружённый человек рядом не пугает?

— Говори уже, что хотел, — лениво бросила собеседница, касаясь наушника, будто я её отвлекаю, а не она меня сканировала весь день.

— Да ничего, — пожал я плечами. — Думал, у тебя есть вопросы. Но если нет, то я пошё…

— Стой. Я хотела спросить…

— Погоди. Прежде всего извини за ту пощёчину. Ты… я… — слова вдруг резко исчезли из головы.

— Забей.

Так искренне она от этого отмахнулась, что у меня от сердца сразу отлегло.

— Или хочешь, врежу тебе, чтобы в расчёте были?

— Гхм.

— Ладно, забей. Скажи лучше, что это было? Тогда, в день прорыва? Я чувствовала. Через пару дней все отойдут от шока, и ко мне начнут подсаживаться в столовой, задавая вопросы. Твой фон давно изменился, но я не придавала этому значения.

Я пожал плечами.

— Скажи, что рулила мной как с джойстика. Сообщи всем, будто я настолько слаб, что единственный, кого ты смогла взять под прямой контроль.

— И зачем мне это?

— Все думают, что ты суперкрутой псионик. Но прямой контроль — это уровень студентов академии. Если меня спросят, я могу подтвердить, что плохо помню, и как будто я был не я. Репутация — важная вещь в вашем мире. Она поступит в академию куда раньше тебя.

Девчонка задумалась.

— Мне нужна правда.

Я хмыкнул.

— Правда… — задумчиво протянул я. — Может быть, я клановый тайный агент, приставленный для защиты самого талантливого псионика поколения, — пожал я плечами. — Может, просто парнишка, который каждый день тренируется. Бегает с копьём в виртмирах и умирает, умирает, умирает по ночам, чтобы быть готовым к таким вещам.

Конечно, она подумает про Дигму.

— Готовятся все. Но реальность — это другое. К тому же у тебя повышенное сопротивление моему воздействию. Ты всё сделал сам в тот день, я просто не могла тебя склонить в ту или иную сторону.

— Может быть всё, что угодно, — заключил я. — А может, чтобы узнать правду, нужно выстроить доверие. Порой из тайн вырастают полезные союзы.

— Вали, — фыркнула Рин. — Я тебя не сдам. Пока что.

— Я всегда знал, что ты умнее, чем кажешься. Хорошенький прикид, кстати. Куда более симпатичнее и практичнее того, что был в прошлый раз.

Девчонка возмущенно вспыхнула. А я пошёл. Лишь когда вернулся в класс, дошло, что был сам на себя не похож. Странное поведение. Будто псионик на меня действовала. Но это исключено.

Сопротивление… откуда оно могло взяться? Его определённо можно выработать тренировками, но у меня-то таких не бы…

Зомби! Она давила на меня с Барти. И мы противостояли. Неужели это помогло?

Тогда получается, есть ряд скрытых параметров. Либо спрятанных до поры до времени. Но они всё же влияют. Интересно.

Я вспомнил, как первый раз открыл меню персонажа. Там было написано «доступные на данный момент характеристики». А потом у меня появилась новая — Преодоление.

Может и ещё что-то появится.

* * *

Рин впервые ощутила сумбур в мыслях. Псионики учатся контролю в первую очередь с себя. Сейчас же будто привычный дрессированный строй мыслей превратился в тот хоровод, который был вначале, когда она только ступила на путь ментальной силы.

Очень странный этот Анд. И что за имя дурацкое?

Если он не хочет раскрывать ей тайны, она сама всё узнает. Его домашние вряд ли обладают такой сопротивляемостью. Да, она немного выходит за рамки, но ведь речь о её безопасности и будущем.

* * *

Элен задумчиво крутила в руках раскладной телефон. Нет, всё же подобные поручения стоит отдавать лично. Отец позаботился, чтобы у дочери были люди для всех типов задач.

Она кое-как дождалась конца уроков и едва только села в машину, сказала водителю:

— Шипов, сколько ты меня уже возишь?

— Э-э-э. Со средней школы. Два года, госпожа.

— Точно. И за это время ты единственный, кого не поменяли ни я, ни мой отец. Я могу тебе доверять, Евгений?

— Вы же знаете, госпожа. Я жизнь за вас отдам.

— Знаю. Но это ещё не показатель доверия, — холодно заметила девушка. — У меня для тебя задание, Женя. Отец учил быть внимательной к деталям, и, если что-то кажется странным, это надо проверять. Так вот. Сейчас ты делаешь выбор. Я знаю, что