узнаем, - рука моя обвела погром, - кто все это натворил?

***

Сложно было поверить, как легко все оказалось. В этот раз на лице Алекса появились не опасение, не восхищение, а нечто гораздо более ценное – уважение. Именно так. Искреннее уважение перед моим талантом мага.

Мой любимый ничего не стал говорить вслух. Но это было и не нужно. Мы сидели на диване, плотно прижавшись друг к другу. Мои руки прятались в ладонях Алекса, а голова покоилась на его плече. Я слышала удивительно спокойное дыхание. Сквозь плотную ткань сюртука различала удары сердца. И мне было удивительно хорошо. Даже происходящее на магическом экране совсем не пугало. А там действо только начиналось.

Перешагивая в прошлом через каждые десять минут, мы наконец-то нашли тот момент, когда в лавку попали злоумышленники.

Я была готова увидеть изрядно надоевших Режину и Энтони. Но, как оказалось, ошиблась в своих предположениях. Ровно наполовину.

Режина там была. А вместо Энтони в знакомую дверь входил совсем другой мужчина.

– Узнаешь? – хмыкнул Алекс.

А то! Сложно было бы не узнать. Именно этот человек уже однажды похитил меня.

Я вздохнула и не задумываясь выдала вслух:

– Где она умудряется выискивать таких подонков?

Алекс усмехнулся и припечатал:

– Подобное к подобному.

Меж тем действие на экране развивалось стремительно. Наемник прямо от дверей прищелкнул пальцами и громко проговорил:

– Вечный сон.

Алекс тут же пояснил:

– Заклятие завершил. Держал приготовленное заранее. Именно им мадам Терезу и поймали.

Меня вдруг осенило, и я поспешила озвучить догадку:

– Он темный маг?

– Выходит так. Джастин придет, велю проверить. Он должен был записать всех, кто участвовал в твоем похищении.

Следом за первым полетело второе заклятие:

– Лёд! - вслух выкрикнул маг и направил яркую голубую искру через стену на кухню.

Алекс восхищенно кхекнул:

– Вот это силища. Не припомню такого за темными.

– Все? – перебила его с экрана Режина.

Наемник ухмыльнулся:

– А вам мало?

– Я хотела знать, можно ли заходить. Этот дом меня не слишком жалует.

– Идите смело. Милости прошу.

Мужчина преувеличенно вежливо поклонился.

– Паяц, – выдала тетка, – но вглубь лавки прошла. – Так, осталась девчонка. Для нее заклинание есть?

– Мы не договаривались, что бы бить тьмой в детей.

Лицо Режины стало еще злее, чем обычно. Она обернулась и воткнула руки в бока:

– Ты не забыл, сколько я тебе заплатила?

Наемник лишь скрипнул зубами.

– Помню, моя госпожа. Но с девочкой можно справиться и без магии.

– Чистоплюй!

Тетка уже сдалась, но от гадости не удержалась. Маг лишь пожал плечами и довольно заржал.

Сцену с пленением Виолы я предпочла перемотать. Даже сейчас, зная, что с девочкой все в порядке, я не могла смотреть на это действо без содрогания.

Следующий кусок «записи» показал как раз начало обыска. И тут я основательно удивилась.

– Помнишь, что искать?

Режина сама принялась открывать шкафчики, заглядывать на полки.

– Помню.

Маг цепким взглядом обежал комнату.

– Только никак не могу взять в толк, зачем моей госпоже какая-то сковорода. Вам дома утвари не хватает?

Тетка только психанула:

– Не твое дело! – Впрочем, довольно быстро передумала и пояснила: – это родовой артефакт. Если бы не эта голодранка, он бы мне от матери достался.

Я покосилась на шоппер, где все еще покоилась моя незаменимая сковородка. Артефакт? Вот бы никогда не догадалась. Алекс тоже выглядел изрядно озадаченным.

Рука моя сама залезла в сумку и извлекала родовую реликвию на свет божий. Присмотрелась сама, не нашла ничего необычного и передала маркизу. Тот задумчиво огладил медь, посмотрел в упор, принюхался, попытался прострелить искрами и лишь пожал плечами.

– Если все это из-за сковородки, то я решительно ничего не понимаю.

Я тоже не понимала, но все же решила:

– Погоди, смотри, что дальше, а я сейчас принесу снизу каталог.

Когда вернулась, основательно расстроенная парочка громила гостиную.

– А ломают зачем? – спросила я, укладывая книженцию на стол.

– Ничего не нашли. Решили, что у тебя где-то спрятан тайник. Ищут.

– А-а-а-а...

Искали основательно. Как раз добрались до портрета, за которым скрывался сейф. Я не глядя плюхнула сковороду на страницы и услышала изумленный свист.

– Ого! – голос у Алекса стал загадочным. – Кто бы мог подумать?

– Что? Что там?

Я отвлеклась от погрома и уставилась на каталог. От увиденного у меня глаза полезли на лоб. Кто бы мог подумать, что я такой ценной штукой и отмахивалась от жениха!

Глава 21. Где я опять удивляюсь, хотя, казалось бы, куда уж больше

«Родовой артефакт. Вершитель судеб. Ценность определить не представляется возможным. «Кол», «Оп», «Кор. Охр.», «Ред»

Я машинально облизала вмиг пересохшие губы. Спросила зачем-то шепотом:

– А что такое «Кор. Охр.»?

Алекс оттянул галстук. Сейчас он выглядел примерно так же, как его королевское величество в тот момент, когда узрел могущество моей карты.

– Особо ценный предмет, – сказал он основательно севшим голосом. - Подлежит Коронной охране.

– Ого! - только и смогла я вымолвить. - А что это значит?

– В твоем случае ничего. Артефакт принадлежит роду Риммель. Отобрать его у тебя никто не сможет.

Алекс еще пару минут в задумчивости переводил взгляд со сковороды на каталог, а потом внезапно повеселел, словно вспомнил о чем-то важном:

– Зато любая попытка похитить у тебя этот артефакт считается преступлением, направленным против Короны. И теперь я знаю, как прищучить твою тетку.

Я пока еще не прониклась важностью момента. Слишком сложно было осознать, что моя сковорода - такая ценная вещь.

– Как?

– Легко. За умысел против Короны можно и на каторгу угодить! А Режина Имери не столь важная птица, чтобы его величество был к ней милостив.

– Погоди, а как мы это докажем? Как подтвердим свои слова?

Алекс улыбнулся и не смог отказать себе в удовольствии снова меня поцеловать. Потом ткнул пальцем в карту.

– Просто покажем Джастину сие чудесное действо. После такого ни у кого не останется сомнений.

– А как же я? Про меня мы ему тоже расскажем?

– Ну уж нет, - маркиз стал совершенно серьезен, - про тебя, любовь моя, посторонним знать совершенно необязательно. Вполне достаточно того, что правду знаю я.

***

После этих слов Алекс вытащил из кармана знакомый блокнот, достал самописец