В небольшой комнате за простым рабочим столом с компьютером сидел военный моего возраста, в форме. Я по знакам отличия на погонах не умею определять звания, потому затруднился сказать, насколько серьезный человек нас вызвал. Однако, вызывал нас как оказалось, даже не он, нас попросили присаживаться и подождать тут же, в кабинете. Ждать пришлось минут пять, не больше, после чего в кабинет без стука стремительно вошел уже знакомый нам командующий базой Алекс Майр. На его появление военный за столом отреагировал очень даже оперативно, встал и отдал честь, ну а мы поднялись просто из приличия. Рук друг другу никто не подавал, обниматься и целоваться тоже не лез.

–  Как прошла поездка? – майор перешел сразу к делу, присев на край стола и глядя на меня, видимо как на главного в нашей паре.

–  Да в общем-то нормально. Один раз пришлось применить оружие, застрелили двух психов. Ой, то есть – зараженных.

–  А что интересного увидели? Что в Ау? – мне отчего-то показалось, что майор точно знает, что хочет от нас услышать.

–  До Ау мы не добрались. Дорога через ущелье грамотно перекрыта, и причем перекрыта так, что можно наскочить на засаду, не подозревая о ней, и увидев ее в самый последний момент. Мы дорогу осматривали с горы, потому не попались.

–  Можете показать, где это? – мне опять показалось, или майор не удивился нашей новости, а скорее ожидал услышать что-то подобное.

–  Могу, – я открыл принесенную с собой карту с пометками. – Вот тут баррикада из техники, вот отсюда она просматривается. Видели один замаскированный джип, примерно вот тут, так же видели несколько человек. Больше ничего не разглядели, далеко все-таки для биноклей. До засады дорога пустая, проехать можно, хотя вот тут и вот тут много тел и машин на дорогах, но все они объезжаются. В нескольких домах следы обысков, где-то видели убитых огнестрельным оружием людей.

–  Бандитов или подозрительных личностей видели?

–  Нет, не видели. Но подозреваем, что людей именно они убили. Потому как жертв вроде как казнили, а не убили из самообороны.

–  А что тут? – Майр показал на отметку на карте на месте нашего продуктового супермаркета.

–  Это продуктовый магазин. Мы в него зашли, посмотрели – там ещё полно еды. Но есть ощущение, что там кто-то бывает и еду вывозит, причем регулярно.

–  Почему так думаете?

–  Видели следы на складе, пепельницы с окурками, палеты заготовленные к вывозу. В общем, тут надо бы поскорее решать, пока всё самое вкусное не съели. А еды там пока много. Затрудняюсь сказать, насколько много для такой базы, но не мало.

–  Прямо палеты заготовленные?

–  Да, я на это тоже обратил внимание. Вывозит кто-то продовольствие довольно-таки серьезно.

–  Понял. Интересно. Что ещё?

–  Особо ничего. Вот тут увидели вертолетный парк… Там вроде катали людей за деньги. Поле выглядит целым, нетронутым, вертолеты стоят, некоторые снаружи даже. Я не знаю, насколько это актуально. Там может и должно быть топливо, не знаю, можно ли его в автомобилях использовать.

–  Полагаю, что нельзя, но объект любопытный. Сейчас, мы вам эту карту принесем обратно, только перенесем себе ваши отметки. – Майр явно закончил разговор

–  Прошу прощения, у меня просьба. – майор на пути к двери обернулся и удивленно посмотрел на меня. – У нас для автомата осталось не так много патронов, сегодня вот немного пришлось пострелять. Мы в одном доме по пути нашли несколько охотничьих ружей, и запас патронов к ним. Хотели бы их поменять на ещё один пистолет, и дополнительные патроны к нашему пистолету и автомату.

–  Вот так прямо поменять? Вы же не в магазин пришли. Вы знаете правила, никакого оружия на базе.

–  А оружие и не на базе, оно снаружи.

–  В вашей новой машине? Да, я имею ввиду тот додж, про который вы не рассказали.

–  А что про него рассказывать? Опель, на котором мы катаемся, тоже не мой, однако про него вы не спрашиваете. – меня начала раздражать такая манера вести беседу. – А на додже мы имеем больше шансов выжить, и сможем приносить больше пользы.

–  Пользы… – поморщился Майр. – Пользы для кого? Оружие принесите в приемную комнату, у вас его примут.

–  А что с патронами и пистолетом?

–  Мы не выдаем свое оружие гражданским, и не меняем его. Про патроны я подумаю. Всего хорошего – на этом Майр развернулся и вышел из кабинета.

Тот военный, который все это время молча сидел за своим столом, попросил у нас карту, вышел, и вернулся с ней минут через десять. После этого мы вышли к опелю, забрали оттуда найденные ружья и патроны, и сдали их в караулке, только на сей раз их уже приняли без номера. После чего мы доехали до доджа, ставшего по сути уже официально нашим, я перелез туда, по пути ещё раз восхитившись просторным и удобным салоном – ещё не успел привыкнуть к такому чуду. Теперь настала пора ехать отчитываться Совету – по сути, моему непосредственному работодателю.

Обе машины мы оставили на парковке, причем додж я постарался поставить поаккуратнее да понадежнее – с краю, передом к выезду, и так, чтобы он не был в случае чего заблокирован другими машинами, и на нем можно было бы быстро уехать.

Джонни, извинившись, побежал домой, ему явно неловко было сидеть просто за компанию со мной, когда его присутствия никто толком и не замечал. Я напомнил ему, что на территории базы он мне никакой не подчиненный, а товарищ и коллега, и на этом мы временно распрощались. По пути до Совета я внезапно задумался о том, что вот ещё совсем недавно мы с женой сидели у себя в квартире, смотрели телек, читали, занимались всякими там приятностями – в общем жили обычной жизнью. Потом вот эта катастрофа… Болезнь или заражение, чтоб его. Вся жизнь перевернулась, встала на голову или даже на уши. Прятались, убегали, стреляли… И вот сейчас я опять чуть ли не на работе, иду отчитываться начальству, посещаю планерки какие-то. Как в командировке, правда командировка в какой-то другой мир, параллельный. А ведь совсем недавно хотелось просто выжить… Видимо, натура человека такова, что он всегда будет стараться нормализовать свою жизнь, даже формализовать ее, что ли, подогнать под общепринятые стандарты. Это придает некое ощущение стабильности, реальности происходящего. Пусть это ощущение на данный момент скорее ложное, однако