Говорил он быстро, даже как-то сбивчиво, и уходил поспешно, ринувшись прямо сквозь толпу гостей.

— Добрый вечер, — поздоровался я.

— Здравствуй, — кивнул Петр Сергеевич. — Надо признать, что тот итальянский костюм тебе шел больше. Как у тебя дела, справляешься?

— Все отлично, — кивнул я. — Тут кто угодно справится, работа: «не бей лежачего».

— Хорошо, что тебя не слышит Лилия Карловна, — сказал Геннадий Сергеевич. — А то последовала бы лекция о том, что не следует произносить настолько странные и просторечные фразы. Да и скромность здесь лишняя. Никто кроме тебя в такой огромной Империи не может заменить Константина. Я говорил Ивану Николаевичу, покойному Императору, что одного человека недостаточно для подобной работы. Он может занемочь в самый неподходящий момент и заменить его банально некем.

— А он? — заинтересовался я.

— Экономил, — поморщился ректор. — Дорого, говорит, один специалист обходится казне. Дашкову ведь пришлось ограничить собственные силы, и кроме работы в охране царственных особ он больше нигде проявить себя не может. Поэтому у него жалование повышенное, с надбавкой за вредность. Плюс премия и отдых в лучшем санатории, за счет казны.

— Понятно, — улыбнулся я. — Вы только учтите, что я долго на такой работе не продержусь, сорвусь. Нервная она и вообще.

— Две недели придется потерпеть, — серьезно сказал Петр Сергеевич. — Надо, для общего дела. И ни на минуту не теряй бдительности. Завтра у Николая будет насыщенный день, а у тебя, соответственно, тяжелый.

— А возьмите меня на переговоры между четырьмя…

— Кузьма, — Геннадий Сергеевич строго посмотрел и покачал головой. — Не надо вслух говорить. Если ты в этот момент будешь свободен, то обещаю подумать. Чуть не забыл, скажи мне, почему с тобой второй день подряд настойчиво хотят встретиться американские представители международной федерации смешанных боевых искусств?

— Понятия не имею, — почти искренне удивился я. — Может, хотят, чтобы я выступил. Так мне это не интересно, я ведь всех побью, и они обидятся.

Братья Наумовы посмотрел на меня одинаково недоверчиво, словно видели насквозь.

— Хорошо, — Петр Сергеевич слегка улыбнулся. — Если они тебя убедят выступать, предупреди заранее. Хочу сказать тебе спасибо. Вы с Салютом нас выручили. Он не побоялся рискнуть, воспользовавшись резервным фондом. Значит, доверяет тебе существенно больше, чем может показаться.

— Вы со ставками на спорт завязывайте.

— Здравая мысль, — поддержал меня ректор, посмотрев на брата.

Петр Сергеевич промолчал, но судя по виду, вряд ли он еще раз рискнет сделать серьезную ставку.

— Скажите, а почему решили провести празднование дня рождения так громко? — вспомнил я вопрос, который хотел задать. — Ведь траур и все такое.

— Громко не будет, — сказал Петр Сергеевич. — Обойдется без праздничных фейерверков и шумного бала. Обычный прием, в честь дня рождения. Политика и дипломатия.

Дальше наш разговор был прерван появлением князя Воронцова. Увидев его идущего к нам, я понял, что общаться с ним нет никакого желания. Вот честно, даже спина зачесалась от одной мысли. Сославшись на работу, я покинул зал через служебный выход и направился к комнате охраны на первом этаже. Нашел телефон, по которому смог дозвониться Тасе. Как оказалось, им с Аленой выделили служебную квартиру в двадцати минутах пешего хода от Зимнего дворца. И пока я был занят, они время даром не теряли и отправились на званый ужин, куда пригласили только женщин. Я сначала даже обрадовался, а потом узнал, что организовывали его в доме Орловых. На мое беспокойство Тася только посмеялась. Сказала, что знает всех присутствующих женщин из этого княжеского рода и почти ко всем относится нормально, а к некоторым даже по-дружески. Заверила, что с ними все будет в порядке, тем более за женщинами будут присматривать ее друзья детства, братья Роман и Григорий.

Остаток вечера я провел в маленькой каморке Константина, посвятив время тренировке. Утром же, проснувшись пораньше, воспользовался советом ректора и немного попрактиковал новую технику сжигания внутренней силы. Она была неимоверно сложной в освоении. Не знаю, почему Геннадий Сергеевич думает, что это просто. Я за пару часов едва смог настроиться на нужную волну, когда в комнату постучали. Спешно натянув штаны, поспешил открыть дверь. На пороге стояла знакомая по поезду девушка, широко распахнувшая глаза и даже открывшая рот, увидев меня с голым торсом. За ее спиной пряталась Великая княгиня Мария Ивановна, смутившись не меньше. Насчет нее я могу понять, княгине всего тринадцать, а вот смущение первой вызывало некую нервозность.

— Что случилось? — спросил я, помахав рукой, чтобы привлечь внимание девушки.

— Простите, — опомнилась та, отводя взгляд в сторону и краснея. Я даже взгляд опустил, проверил, что штаны на месте и я не схожу с ума, с утра пораньше.

— Подождите минут пять, я оденусь, — проворчал я.

— Мы подождем, — виновато улыбнулась Мария.

Уложился я в десять минут, дважды проверив, что ничего не забыл. Снял с зарядки рацию, пристегнул к поясу пейджер. Не люблю торопиться, особенно утром, а то обязательно что-то забуду. Пока я собирался девушки ждали меня в соседнем коридоре у окна, о чем-то разговаривая.

— Доброе утро, — поздоровался я, подходя к ним. — Чем обязан такому раннему визиту?

— Доброе утро, — ответила молодая фрейлина, пытаясь мило улыбнуться. Надеюсь, я правильно причислил ее к свите Императрицы.

— Мы не представлены, — подсказал я.

— Дарья, — быстро сказала она. — Васильевна.

Великая княгиня тихонько захихикала.

— Ее Величество приглашает Вас на утренний чай, — быстро сказала Даша.

— Меня? — я удивленно уставился на девушек.

— Все так, — закивала Мария. Мне показалось, что она хотела сказать простое: «Ага», но в последний момент опомнилась.

— Хорошо, — немного неуверенно согласился я, подумав почему-то про Николая. Может он хотел утром со мной поговорить?

Мария обрадовалась, подтолкнула подругу в спину, чтобы та показывала дорогу, а сама пошла рядом со мной.

— Мама утром гадала и ей карты нехорошие выпали, — тихо сказала Мария, чтобы Дарья не услышала.

— Это плохо, — отозвался я.

— А потом появился маг и она сразу о Вас подумала.

— Кто появился? — не понял я.

— Маг. Карта такая, Вы не знаете? Это хорошая карта, только понять ее очень сложно…

— Я, наверное, выгляжу очень глупо, потому что ничего не понимаю.

— Гадальные карты Таро, — терпеливо пояснила княгиня. — Карта Мага — это первый из старших арканов.

— И что он значит?

— Так просто сказать нельзя, нужно смотреть его положение в раскладе, сочетание с другими картами, предпосылки и связи. Вы верите в гадание?

— Я верю в то, что можно доказать экспериментальным путем. Кто-то из моих родных говорил, что гадание — это генератор совпадений и попытка впихнуть желаемое в действительное. Как-то так.

— Мама говорит, что настоящее и будущее — это мозаика витражного стекла.