и заржала. Запряженный в телегу тяжеловоз недоуменно покосился на нее.

– Ты наверняка сталкивался раньше с капищами, – сказал Рион и признался: – А я только читал, но хорошо запомнил, что нужно для того, чтобы очистить проклятое место. Помимо сил и умения магу нужны…

– Чистые помыслы, – тут же ответил Вит, с сомнением глядя на меня. Еще бы – я бы и сама на себя с сомнением посмотрела. – Чтобы смыть грязь, нужен маг, чистый мыслями, силой и совестью.

– Вот-вот, а это – точно не Айка. – Чаровник снова виновато глянул на меня.

Надо сказать, прозвучало обидно, хоть и правдиво, словно кто-то заставил посмотреть на себя со стороны. А ведь картинка-то выходила неприглядная!

– Хорошо, – согласился чернокнижник. – Не ты, не я, не смирт, не Айка, тогда остается…

Мы посмотрели на разговаривающего с мужчиной стрелка. Рион тряхнул головой, словно не понимая, откуда в ней взялась мысль о Михее. О нашем Михее с арбалетом, который очень мечтал стать магом, но по капризу Эола им не являлся.

Возница обернулся и громко спросил:

– Господа хорошие, вы со мной до Волотков? Али уже оклемалися и своим ходом сподобитесь?

– А Волотки – это?.. – нахмурился Вит.

– Волотки – это Волотки, – исчерпывающе ответил мужчина.

– Казум говорит, у них магам завсегда рады, – бесхитростно заявил стрелок, и возница с готовностью закивал, стало быть, «чистый помыслами» парень сдал нас давно.

– Завсегда, – подтвердил Казум. – Сам я за старшего, а еще я и мельник до кучи, так что можете у меня остановиться. А можете и у Пелагеи вдовой, кровати найдем, тарелку каши тоже…

– Каши? – поинтересовался Вит. – А ты не боишься тащить к себе в дом незнамо кого? Мало ли как мы назвались, а на деле, может, тати какие, идущие непонятно куда и откуда. Или притворы. Шкуру снимем да и сдадим за три череня на рынке?

– С самих едва не сняли, а туда же, грозятся, – попенял чернокнижнику совсем не испугавшийся мельник. – Знамо дело, с черного капища бежите. Сладили с нечистью-то?

Рион выплюнул травинку и повернулся к вознице, Вит продолжал хмуриться, Михей провел по лежащему на коленях арбалету…

– Нет, – ответила за всех я. – Не сладили, а откуда вы…

– Знаю? Так дорога там одна, и по ней давненько живые не хаживали.

– Заклинание «единого пути», – выплюнул сквозь зубы чернокнижник.

– Не сладили… – нисколько не огорченный Казум кивнул. – Но раз ноги унесли, значит, не последние чаровники среди вас имеются, я так и сказал Михею. – Стрелок снова погладил приклад. – А чаровникам мы завсегда рады, – повторил возница. – И каши не жалко.

– Тогда пусть будут Волотки, – согласился чернокнижник и тут же спросил: – И часто у вас маги по лесным тропам пробегают?

– Вы на моей памяти вторые, – возница отвернулся к дороге. – Тела находят, но тоже редко, чаще тряпье да оружие.

– А первые давно были? – спросила я, только магов нам здесь и не хватало! Спрятались, называется.

– У-у-у, вспомнила, девонька. Давненько, дюжина годков точно минула, а может, и больше.

– Что, и они с капищем не сладили? – насмешливо поинтересовался Рион.

– Куда там. Сам еле выжил. Один он был, чаровник, подранком подобрали да в дом к Орьке-прачке на постой определили, травницы у нас тогда не было. Ходила баба за ним как за родным сыном, а он, как оклемался, отплатил ей за доброту. – Казум покачал головой. – Видно, совсем гнилой чаровник был.

– Чем отплатил? Неужели куриную хворь не изжил или мышиное поголовье не извел? – На этот раз насмешничал чернокнижник, но мельник только головой покачал.

– Хуже, у Орьки-то дочка была на выданье, Аська-хитруха, вот он и того… ее, значится, оприходовал. – Мельник задумался и добавил: – Оно бы и на здоровье, мы новой крови завсегда рады, да только девка-то с ним и сбегла. Проснулась баба Орька поутру: ни дочки, ни мага, ни кувшина с медяками, на корову скопленными. Так тужила, так печалилась, что, не прошло и полгода, померла, хотя бабы болтали… – Возница замолчал.

– Что? – с любопытством спросил Михей.

– Что девка-то не простая была, печатью Эола отмеченная[14]. Говорили, что с колдованцем своим мать извела, мол, оставила в доме сглаз али порчу, вот прачка и того…

– Занимательная история. Я бы после этого поостерегся подранков на лесных дорогах подбирать, – заметил Вит. – Вы куда ехали-то?

– Теир не к вам поутру собирался? Говорил, телегу пришлют, отпевать кого-то надобно, – вспомнил Рион. – Вы и есть та самая телега?

– Агась, – подтвердил мужчина.

– Так почему его не забрали? – прищурился вириец. – У вас же там покойник дожидается?

– Вот пусть и дожидается, ему не к спеху. В Волотках живым маги нужнее. – Видимо вспомнив про живых, возница повеселел и снова стал понукать конягу. Тот пошел куда бодрее, словно разделяя радость хозяина от того, что странные, встреченные на лесной тропинке то ли чаровники, то ли тати, решили завалиться к нему домой и съесть всю кашу. – В Волотках-то тоже не все ладно, господа чаровники, вы хоть одним глазом гляньте, а мы заплатим, даже не сумневайтесь.

– Расскажите о капище, – прервал мельника Рион.

– А чего о нем сказывать? – удивился Казум. – Оно далеко, мы с Волотков туды не лазим. А о погани не рассказывать надо, а давить.

– Чего ж не давите? – выпрямился чернокнижник.

– Дык не по чину нам чудища-то всякие, а как задерет какой страхолюд пастуха, дите осиротит, бабы вой на все Волотки поднимут… – Веселье сменилось грустью. – Мы уж и в Велиж писали, и в Вышград. Гонца отправляли, даже верховному смирту челобитную подавали.

– И как? Дошла челобитная? – Рион повалился обратно на сено, словно разговор стал ему неинтересен.

– Только она и дошла, – признался мельник. – Теира прислали, уж как я радовался, как на Эола уповал! Говорил, враз смирт от погани нас избавит. А вышло что?

– Что? – с интересом спросил Михей, отвлекаясь от арбалета.

– А то, – сплюнул возница. – Теир живет там, твари как шатались, так и шатаются, словно стол у них туточки накрытый, а молитвы аппетиту прибавляют. Эх…

Облачко тоже, словно сочувствуя, вздохнула.

– Значит, в Волотках знают о капище? – спросил чернокнижник, по примеру Риона заваливаясь на сено.

– А как не знать, чай, не слепые.

– Вы удивитесь, если узнаете, как часто люди теряют зрение, слух и разум, когда что-то пугает их до судорог. – Вит закрыл глаза.

Возница продолжал говорить, но уже не так громко, больше для себя и снова повернувшегося к дороге Михея.

– Странное капище, – проговорил, не открывая глаз, чернокнижник.

– Можно подумать, ты много их видел, – поддел вирийца Рион.

– Да поболее твоего, ученик. А странное оно тем, что…

– Их там было много, – сказала я, упав на телегу между парнями и, по примеру чаровника, взяв в рот соломинку.

– Айка, – попенял Рион, – на капище нечисти всегда много.

– Даже монна[15] поняла, а ты – нет, – шевельнулся Вит. – Мне