плащ и направилась к портику. Аделис и Пенрик забеспокоились, но собрание выглядело мирным, а Никис была среди них троих наименее примечательным шпионом. По мнению Пенрика, она очень долго беседовала с женщинами на краю толпы. Наконец Никис вернулась, неприметный темный силуэт в подсвеченных огнем тенях. Повинуясь ее жесту, мужчины отодвинулись друг от друга, и она со вздохом опустилась между ними.

– Это займет все ночь, – сообщила она. – Двойные похороны после двойного самоубийства. Настоящая трагедия. Юноша и девушка из враждующих семей влюбились друг в друга и, когда им не позволили быть вместе в жизни, решили быть вместе в смерти.

– Что за идиотизм, – сказал Аделис.

Пенрик тактично не стал напоминать, что совсем недавно Аделис сам обдумывал подобный способ избавиться от своих печалей.

Никис пожала плечами и не стала возражать.

– Похоже, они были очень молоды. В любом случае, городской совет и святые Соси приказали обеим семьям молиться всю ночь за их души и об искуплении своей вражды. Люди ждут, что к утру они либо помирятся, либо переубивают друг друга, залив кровью храмовый пол. Судя по всему, городской совет устроит любой вариант.

– Что ж. – Аделис потер шею. – Значит, мы не сможем там переночевать. – Он нахмурился. – И я не допущу, чтобы Никис спала на улице.

Пенрик с ним согласился. Лично он предпочел бы отыскать какое-нибудь место повыше и затаиться там. Дездемона снабдила его своей способностью видеть в темноте, и потому он мог справиться с этой задачей не намного хуже, чем при свете дня, однако протащить за собой спутников, причем тихо, может оказаться непросто. Ночь выдалась безлунной, и на узких улочках царила беспросветная тьма. Все добропорядочные горожане уже сидят по домам, оставив улицы людям другого сорта. Конечно, любого негодяя, неосмотрительно напавшего на храмового чародея, будет ждать ужасный сюрприз, и Пенрик сомневался, что Аделис станет легкой добычей. Но намного лучше покинуть Соси без всяких происшествий.

Спасибо, прошептала Дездемона.

Да. Пен подумал, что Седония была прекрасной страной – но все время пыталась его убить. В какой-то момент его демон может не успеть, и тогда у них… нет, у нее будут серьезные неприятности. В то время как его неприятности предположительно кончатся.

Однако они еще не кончились. Поднявшись, Пенрик повел своих спутников по темным извилистым улицам, камень мостовой под ногами был в основном сухим, но иногда становился неприятно влажным. Пенрик держал за руку Никис, а та держала Аделиса, чтобы чародей помог им миновать самые скверные места. Дома здесь были построены в седонийском стиле: высокие глухие стены окружали внутренние дворики; выходившие на улицу немногочисленные окна и балконы располагались на верхних этажах. Пенрик не обнаружил ни удобных ступеней, ни лестниц, ни хотя бы ползучих лиан.

В любом случае, тебе рано лазать, неодобрительно проворчала Дез. У тебя может снова закружиться голова. И бегать тоже рано.

Я чувствую себя сильнее. И грудь перестала болеть. Ты отлично потрудилась.

Лесть тебе не поможет, не совсем искренне ответила она, отчасти польщенно, отчасти с прежней суровостью.

За следующим углом мерцал оранжевый свет. Пенрик осторожно выглянул. У света было два источника: простой свечной фонарь, висевший на скобе над дверью, и более яркая масляная лампа в руке одного из двух солдат. Молодые офицеры, судя по одежде и манерам, капитаны или лейтенанты сотни; Аделис бы сразу понял. Другой солдат нетерпеливо колотил в крепкую деревянную дверь.

– Эй! Открывай, Зихре! Не заставляй своих лучших клиентов ждать под дверью!

Снова стук. Наконец дверь со скрипом приоткрылась, и из нее выглянула женщина.

– Мы не работаем, господа. Приходите в следующий раз.

– Но ты ведь можешь нас впустить, – вкрадчиво попросил офицер. Пенрик подумал, что он немного пьян.

– Мы закрыты на стирку. Если не хотите отскребать грязное белье, уходите.

– Горячий пар так возбуждает, – сообщил нетрезвый офицер, попытавшись схватить и поцеловать женщину. Та с легкостью увернулась, не выказав ни малейшей обиды.

– Конечно, мы можем держать твою голову в мыльной воде, пока ты не поумнеешь, – сказала она. – Или не отмоешься. Не знаю, что случится раньше. – Второй солдат гоготнул. – Если только вы не прачки… – она оглядела улицу, – сегодня я не могу вас принять.

Дальнейшие уговоры ни к чему не привели, и солдаты, сдавшись, ушли. Их голоса донеслись из-за следующего угла: похотливая шутка, а за ней – резкий остроумный ответ. Пожилая женщина в сопровождении еще двух товарок с мешками отвергла их пьяные приставания и направилась к свету у двери, возле которой задержалась увидевшая гостей хозяйка.

– А, хорошо. – Женщина в дверном проеме помахала рукой. – Наконец-то.

Предполагаемая прачка вскинула руку, останавливая спутниц.

– Да, мы здесь, в этот недобрый час. Но сразу скажу тебе, Зихре, что мы возьмем двойную оплату – или развернемся и уйдем. И твои девицы могут сами кипятить свои гнусные простыни. – Она демонстративно содрогнулась.

Зихре вздохнула.

– Да, да, как скажешь. Мы не сможем работать, пока не избавимся от этой Бастардовой напасти. – Она постучала большим пальцем по губам в быстрой отвращающей полумолитве, словно сам бог мог услышать и обидеться на столь непочтительное отношение к Его двусмысленным дарам.

Пенрик быстро понял, в чем дело, и ухмыльнулся. Воистину хвала Бастарду. Он шепнул Аделису и Никис:

– Ждите здесь. Быть может, я смогу заполучить для нас крышу над головой.

Он вскинул подбородок и зашагал вперед, проигнорировав «Что?» Никис и «Мы не можем привести туда Никис!» Аделиса.

– Мадам Зихре? – произнес он своим самым сладким голосом, когда женщина уже закрывала дверь за компанией топочущих, ворчливых прачек.

– Мне жаль, сэр, но сегодня мы закрыты, – машинально начала та, когда Пенрик шагнул в круг света дверного фонаря. Взглянула ему в лицо, и ее глаза расширились. – Очень, очень жаль!

Он от всего сердца улыбнулся в ответ. В конце концов, проститутки считались паствой Бастарда. Вместе с пиратами, полагал Пен, но сомневался, что ему удастся поладить с последними, пусть он и дал клятву святого.

– О. Я пришел не дать вам работу, но в поисках работы. Могу я зайти в дом и побеседовать с вами?

Женщина моргнула.

– Прежде у нас не было мальчиков для Бастардовых утех, но мы вполне можем это исправить. У вас есть опыт? Хотя это необязательно. Я могу вас обучить. – Уголки ее губ поползли вверх.

Пенрик откашлялся, чтобы заглушить понимающий смешок Дездемоны.

– Ха-ха, работы иного рода. Насколько я понимаю, вас тревожит неудачное нашествие телесных паразитов. У меня есть опыт по уничтожению подобных вредителей в аналогичных заведениях. Я храмовый чародей, Просвещенный… Юральд. – И он осенил себя