Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Каждого вида было штук по десять. На конкурс можно было предоставить всего один экземпляр. Но организаторы обещали передать всё в больницу, и я сделала побольше.
Наши артефакты были всё также популярны. Счастливчики, которые уже получили заказы, задирали нос перед теми, кто ещё ждал. И только подогревали интерес.
Недавно случилось кое-что непонятное. Охранная сигнализация спугнула какого-то странного типа. Фотография, выведенная на экран, ничего не дала. Этого худого мужчину мы не знали. Вроде бы ничего не украл, залезть внутрь не пытался. Он ходил и заглядывал в окна, на которых я забыла включить режим зеркала.
Что мог увидеть? На столе артефакты, над которыми я работала, и описание их принципа действия (по условиям конкурса нужно приложить к образцу).
Шпион? После объявления о том, что будут призы, многие как с ума посходили. Пытались подсмотреть идеи других участников — вдруг найдётся что-то более выигрышное. Интересно только, на что они рассчитывают? Сделать быстрее соперника и выдать за свою разработку? Наверняка, есть какие-то проверки. Тем более, при наличии магии.
По-моему, это была не очень хорошая идея с денежным призом, но отказываться не буду. Папе пригодится.
Сотрудник налоговой продолжал приходить каждую неделю. Может быть и правда Лисичкины приплачивают. Увели же они тогда крупный заказ. А тут вообще можно лишиться главных конкурентов!
* * *
Вчера я тщательно упаковала свои миленькие артефактики, приложила описание и запечатала коробку. Сверху было написано моё имя и курс. Конкурсные работы сказали отнести в деканат Светлане Сергеевне. А потом оставалось только ждать…
Я нервничала, потому что хотела получить главный приз. Маловероятно конечно, но ведь надежда умирает последней. Чтобы чем-то занять руки, села вычёсывать Джека. Не успокоилась, зато собаку хоть на выставку!
Не хотелось, чтобы у папы отобрали дело всей жизни. А ещё я надеялась избежать навязанного замужества, найти какой-нибудь выход.
Накануне объявления результатов у меня всё валилось из рук. На нервной почве мы с папой слопали целый торт. За всю жизнь не ела столько сладкого разом! Опомнившись, отправилась тратить калории на длинной пешей прогулке. Домой пришла поздно.
* * *
Из церемонии подведения итогов устроили целый праздник. Собрали участников конкурса в актовом зале академии, рассказали какие все молодцы.
Студентов вызывали по алфавиту и преподаватель ставил зачет по артефакторике за первый семестр. Фамилия Абрикосова не прозвучала. Я волновалась. Не за качество работы. Тут я была уверена, она хорошая! Правда зачёт мне был не нужен, мы сдали экстерном за весь год и нас перевели на индивидуальную программу по этому предмету. Переживания были связаны с предсмертными конвульсиями надежды. Она была ещё жива и хотела получить главный приз. Ладно, подождём.
Вереница студентов тянулась из зала к сцене ещё примерно полчаса, а потом перешли к самому интересному.
Микрофон взяла тера Мария Евгеньевна.
— А теперь вы хотите узнать, кому будет вручен главный приз? — лукаво улыбнувшись, спросила женщина.
— Даааа!!! — взревел зал.
— Ещё минуточку терпения, дорогие! Нам нужно провести маленькую проверку. Пожалуйста, подойдите ко мне студентки тера Абрикосова и тера Лисичкина. С зачётками.
В зале зашептались. Я поднялась и отправилась к сцене. Мимо меня, привычно обдав презрением и задев бедром, пролетела Барби. Да ладно, пусть бежит. Мы не гордые, в догонялки играть не будем.
Когда я поднялась на сцену, тера Лисичкина уже что-то делала, потом подозвали меня. Нужно было одной рукой дотронуться до своего конкурсного артефакта, а вторую положить на небольшой камень, размером с компьютерную мышь. Под рукой камень засветился зеленым. Кстати, видела, что у Барби камень вспыхнул красным. Интересно, что это значит?
— Тера Барбара Лисичкина, получает зачет! А победительницей объявляется тера Варвара Абрикосова! Аплодисменты!
Зал послушно захлопал вслед за терой Марией. Женщина мне тепло улыбалась.
А я была на седьмом небе от счастья. Будто камень с души свалился! Ура!!! Теперь я избавлена от необходимости срочно выходить замуж! Краем глаза успела заметить, что тера Тамара, сидящая в жюри, недовольно скривилась.
— Постойте, почему это приз ей? Чем моя работа хуже? — подойдя поближе к жюри, прокричала Барби, иначе её бы не услышали из-за шума в зале.
— Милая тера, — степенно проговорил пожилой преподаватель, — работа хорошая, но идея не Ваша, что нам и показал артефакт. Красный свет, значит нет!
Этот разговор никто в зале не слышал, и Барби смогла уйти, сохранив гордость. Но взгляд, который она бросила на меня перед уходом, ничего хорошего не обещал. Да и ладно. Подумаешь!
Я заглянула в открытый ящик с её конкурсной работой и увидела практически копию моих мишек, цветочков и куколок. Ну разве что они были так обильно украшены стразами, что рябило в глазах.
Теперь я знаю, кто подослал шпиона в нашу мастерскую.
* * *
Тера Барбара Лисичкина шла с награждения и думала, как ненавидит выскочку Абрикосову. Она виновата во всём: в том, что тер Роман Викторович не обращает на неё внимания, а с этой дурой частенько гуляет в парке, хотя предупредила её, чтобы не лезла к ректору!
Это Абрикосова виновата в том, что со своими мерзкими друзьями раньше срока получила разрешение на работу! Вы только подумайте, ей позволили работать в своей мастерской! В то время как она, первая красавица академии, тера Барбара Лисичкина, прозябает в учебной мастерской! Готова лопнуть от злости! И приз дали этой идиотке! Она ещё об этом пожалеет! Ох как пожалеет!
Внезапно тера Барбара остановилась и расхохоталась. Как же сильно она вжилась в роль! Обидно конечно, что пролетела с конкурсом, но ничего, работаем дальше.
Тамарка тоже метит в невесты, но она не конкурент. Ректор на неё даже не смотрит. Зря она пирожки на него переводит. Барби это подсказывала женская интуиция.
А Варвара — проблема посерьёзнее. Если захочет, легко обойдет в этой гонке. Надо подумать, как от неё избавиться или как подобраться ближе к ректору.
Он подходит ей лучше всех. Во-первых, целитель-артефактор, а ей тоже нравится эта специальность. Брак будет хоть и без любви, но общие интересы объединяют.
Во-вторых, тер Роман Викторович из семьи целителей, и его мать — признанный специалист в этой