всего совсем не это! А собственные мысли! Безнадежность, отчаяние… Понимание, что всё это может продолжаться до бесконечности! День за днем, год за годом, снова и снова. Пока ресурсы даже этого сверх тела не исчерпаются полностью и окончательно. И регенерация не откажет.

Дар, ставший проклятием… Благо, превратившееся в кошмар… Смерть как несбыточная мечта…

А ведь это, возможно, ждало и меня… Не спаси меня тогда Ранмар. Сколько бы выдержала я? Смогла бы продержаться столько же?

Воспоминания о времени проведенном в плену у ящеров пронеслись перед мысленным взором. Пытки в аквариуме… Невыносимая, нестерпимая боль и потеря сознания… Всегда потеря сознания, а потом… возвращение к жизни!

Господи! Ведь я не сознание теряла тогда! Я умирала множество раз! Как и она! И снова возвращалась. Чтобы началась следующая пытка…

"...Неспособность умереть ни от голода, ни от жажды, ни от холода и огня... Тем более от своего собственного…"

Сай не все перечислил, желчно усмехнулась я про себя. Ни от тока… Ни от удушья… Ни от критической потери крови… Ни от ран, несовместимых с жизнью!

Твари! Безжалостные чешуйчатые твари!

Если боги в этой галактике всё же есть, они подарят мне в будущем возможность отомстить…

Глубоко вздохнув, я заставила себя успокоиться и обернулась к своему спутнику... Чтобы поймать на себе понимающий взгляд шоколадных глаз.

Он понял…

Ну и пусть…

Отвернувшись снова перевела взгляд на почти переставшее шевелиться тело. Тело… Я даже мысленно не могу заставить себя назвать это женщиной… Живым существом…

Мысли снова вернулись к собственным мытарствам. К моим скитания и выживанию там, наверху. Помнится, в самом начале, только попав на планету, я задавалась вопросами. Долго ли выдержу здесь… Долго ли смогу продержаться в такой мерзлоте… Насколько хватит моей невосприимчивости к холоду… Сколько продержусь без еды и воды…

Долго! БЕСКОНЕЧНО долго!!!

Во что они меня превратили?!?

Я никогда не мечтала о славе горца! Того, который Дункан Маклауд... Не мечтала жить вечно! Понимала как может тяготить такая жизнь, перегруженная всевозможными потерями и поражениями, разочарованием и внутренним выгоранием…

Особенно жизнь на заброшенной планете среди диких тварей и останков их жертв. Среди бесконечных льдов…

Я не вернусь наверх!

Если Ранмар выжил, нам не по пути. А если умер… Тогда мне тем более нечего там делать! Лучше отправиться вниз в опасное убежище, чем альтернатива — одиночество и возможное сумасшествие!

Решено!

Но сначала…

Глубоко вздохнув, я вдавливаю большой палец правой руки в знакомую выемку над сенсорной панелью…

Привычный уже укол в подушечку большого пальца совпал со стремительным рывком ко мне инопланетянина. Резкий крик "Нет!", сжатая словно в стальных тисках моя несчастная кисть(хорошо если целая!) и… поздно. Свое "злое" дело я сделала…

— Зачем?!? — жарко хрипит мне в лицо побледневший мужик. — Ты понимаешь, что наделала?!?!?

Я устало вздыхаю и осторожно разжимаю по одному судорожно сжатые на моем запястье мужские пальцы. Если бы не проклятая регенерация — с синяками бы пару недель как минимум красовалась…

— Если ты беспокоишься о том, что весь этот комплекс взлетит на воздух, то можешь успокоиться.

Мои слова подтверждает и проснувшаяся система.

Из динамиков где-то под потолком слышится знакомый жуткий треск, потом не менее знакомый свист, который вполне ожидаемо ударяет по ушам, а затем…

Я успеваю зажмуриться до того как в помещении вспыхивает яркий, ослепляющий с непривычки свет. А вот моему напарнику везёт меньше. Я слышу с его стороны удивлённые междометия и уже знакомый набор ничего не значащих букв. Явно мат, и какой-то забористый видимо.

— Взят биологический материал. Проводится анализ на соответствие… Пожалуйста ждите… Проводится анализ на соответствие… Пожалуйста ждите…

Да жду я, жду. Давно не общались, вредный искусственный интеллект.

— Анализ завершён. Найдено соответствие. С возвращением в систему, доктор Кира Бэйли!

— Спасибо. Я хочу попасть в эту камеру. Открой дверь…

— Настоятельно не советую это делать. Находящаяся в указанном боксе особь нестабильна и очень опасна. Рекомендуется общение

через прочный защитный барьер. Стены бокса выполнены из термостойкого пластика и способны выдержать тепловой всплеск до …

— Хватит! Считай, что предупредила. Просто открой!

Система больше не спорит. Лишь монотонно бубнит знакомое "Введите код доступа".

Без промедления ввожу на ожившей сенсорной панели уже выученный пятизначный код из символов. Раз… два… три… четыре… пять… Готово!

И вуаля!

Мгновение помедлив, а затем странно хрустнув, дверь отъезжает в сторону.

Перед тем, как решиться шагнуть внутрь жутко смердящей камеры, я кидаю взгляд на мужчину, с которым меня свела судьба и который сейчас как-то странно смотрел на меня. И слышу невероятное!

— Я знал доктора Киру Бэйли…

Вот тебе бабка и Юрьев день!

Я внутренне напрягаюсь, но со спокойным лицом медленно проговариваю:

— Сочувствую… Она умерла…

И не дождавшись реакции мужчины, решительно шагаю внутрь.

Несколько шагов и я почти у кушетки. Я не слышу шагов позади себя. Мой спутник остался у входа. Кажется он в глубоком шоке.

— Система. Можно снять наручники?

— Ответ отрицательный, доктор Кира Бэйли. Уровня вашего допуска недостаточно. Требуется допуск более высокого уровня. Желаете активировать…

— Нет! Не желаю! — перебиваю я адову машину, пока она не разболтала о том, что у меня есть возможность активировать какой-то там элитный допуск. Не то чтобы я считала инопланетянина коварным злодеем, но… Господи, мы знакомы всего пару часов! О чем вообще речь?!

Реагируя на голос рядом, тело… женщина на кушетке открывает глаза.

Веки, больше похожие на иссушенный, покореженный от времени, пергамент вздрагивают, а затем медленно открываются, давая мне увидеть большие карие глаза… так похожие на мои. Их взгляд пуст, в нем нет разума, нет жизни. И это не удивительно. Безумие — единственное, что способно было спасти ее в этом аду, помочь убежать от невыносимой, чудовищной реальности…

Она смотрит на меня пару долгих, тянущихся неуютной вечностью мгновений, словно пытаясь что-то разглядеть, узнать. А может частичка сохранившегося разума, глубоко запрятавшаяся внутри, пытается пробиться на поверхность? Кто знает… Но вот она моргает резко и… Я понимаю, что смотрят на меня всё более горящим с каждым мгновением, почти безумным, но уже вполне осознанным взглядом!

А затем я слышу тихий, натреснутый хрип, напоминавший больше не голос живого человека, а шипение неожиданно включившегося радио или свист крана когда нет воды, а лишь воздух… Но даже в этом звуке я умудряюсь различить отдельные, осмысленные слова.

— Тхххыы… такххаяя… хххх… ккххакк… яяя….

Смысл этих, с невероятным трудом сказанных слов, вызывает мгновенный и неконтролируемый озноб на коже, грозя снова погрузить в то, что и мне самой пришлось пережить