лидером одной из известнейших структур во всей галактике. Раньше приходилось соблюдать вежливость, сейчас это просто будет выглядеть с его стороны, как плевок. — Тебе известно, что там происходит. Не в плане экспериментов, а расположение и маршрут всех отделов.

— Вы, как всегда, умеете грамотно сопоставить все факты и прийти к правильному выводу, — улыбнулся старейшина. — Прошу вас, следуйте за мной, а по пути я расскажу вам историю этого места.

Спуск вниз оказался довольно длинным. Сразу за дверью находилась массивная лестница, сделанная из крайне прочного материала. Какого именно сказать с ходу Хиро не мог, он не обладает такими знаниями, как Гингнир, но даже с его познаниями легко можно было понять о невероятной прочности и качестве материала. Радовало, что спускаться приходилось не в тишине, а под рассказ проводника.

— Раньше это место было иным. Можно сказать одним из главных приоритетов исследовательской лаборатории всегда считалось развитие, сбор информации, и попытки найти оптимальное решение для эволюции жителей Аркакиса. Когда это место перешло под контроль брата нашего правителя… мы потеряли многие из наших исследований, записи, и целую кучу всего другого, собираемого по частичкам на протяжении веков. Перебравшись на новое место, нам пришлось начать почти с самого нуля, и пусть смогли добиться значительного прогресса и успехов, всё равно не подобрались до тех результатов, что были получены здесь, — в голосе проводника отчетливо слышалась горечь и боль. — Сейчас же, спускаясь вместе с вами, мне страшно представить, во что превратилось это место после нашего ухода. Уверен, вы все ощутили эту тёмную, вызывающий рвотные рефлексы энергию…

— Такое невозможно не заметить, — хмыкнул Мариеус, что был мрачнее тучи. Ему явно крайне не нравилось всё происходящее, и витающие вокруг миазмы. — В таких условиях могут работать те, кто находится минимум на средней стадии Лорда, или же те, кто перешел на тёмную сторону. Других просто поглотят миазмы.

— Раньше я был главой этой исследовательской лаборатории. Не буду отрицать, что наши эксперименты не всегда были показателем добродетели, порой приходилось идти на отчаянные шаги, но никогда не было такого количества негативной энергии! — в сердцах воскликнул проводник. — И это ощущается на верхних ярусах, меня в дрожь бросает от мысли, что мы увидим на самых нижних. Там проводились самые опасные и серьезные опыты, и доступ имел ограниченный круг лиц. Поэтому, пожалуйста, примите мои искренние извинения заранее, за то, что вам придётся увидеть там.

— Перед нами извиняться не надо. Лучше сделайте это перед теми, кого мы там увидим, — лицо командира мрачнее тучи, что уж говорить про тиранов. — Пусть вы и не имеете к этому прямого отношения, но допустили подобное на своей планете. Чем ниже мы спускаемся, тем сильнее становятся миазмы. Мне очень хочется верить, что не случилось самого худшего.

— Худшего? — повернулся к нему старейшина. — Что еще может быть хуже этого⁈

— Связь с тёмными и культом, — на этих словах тираны и Хиро еле сдержались, чтобы не сплюнуть прямо под ноги. Мерзкие отступники, посвятившие себя служению выдуманному ими богу, способным пойти на всё, ради своих целей. Жертвоприношения, пытки, истязания — всё это лишь небольшая часть того, на что способны эти ублюдки. — Мне очень хочется верить, что брат Тета не перешагнул черту, иначе у нас будут серьезные неприятности.

— О чём это вы? — непонимающе уставился на него проводник, стоило им наконец-то закончить спуск и оказаться в довольно просторном помещении, из которого вело сразу три прохода. — Законный лидер занял принадлежащее ему по праву место, какие еще могут быть неприятности⁈

— Хиро говорит о культе и Тёмных. Пусть фракция последних сейчас исчезла из нашей галактики, рано или поздно они вернутся, и наверняка на стороне наших врагов. Проблема больше в культе — эти ублюдки сотрудничали с Тёмными, но не были их подчиненными. Они разносили свою ересь по всей галактике, склоняя на свою сторону новых последователей. Если покойный брат вашего правителя заключил с ними союз, то так просто они от этой планеты не отстанут, несмотря на его смерть. Судя по исходящей отсюда тёмной энергии и миазмом, вероятность этого существует. Мы сможем узнать более детально лишь на самых нижних ярусах.

— Поэтому веди нас самым кратчайшим путём, но спешить не будем — тщательно и основательно осмотрим все помещения, чтобы собрать как можно больше информации, — устало выдохнул командир. Ему происходящее не нравилось максимально. — Так мы сможем собрать более детальную картину, и сделать не поверхностные выводы, а более точные.

На том и порешили.

Спуск до самого нижнего яруса исследовательской лаборатории занял не меньше полутора часов. Можно было быстрее, но, как и говорил Хиро, они тщательно изучали обстановку.

Сказать, что увиденное им не понравилось — ничего не сказать. Он, как и тираны, были чуть ли не в бешенстве. Возможная связь с культом⁈ Да здесь прямые доказательство на лицо, а также оставленные на столах в некоторых лабораториях журналы, на которых отчетливо выделялась их эмблема! Насколько же отбитым надо быть, чтобы вступить в сговор с этими тварями⁉

Увиденное в лабораториях… будет сниться всем в кошмарах еще долгое время. Настолько было всё мерзко и омерзительно, и оно смогло пробрать даже закаленных в таких вещах тиранов и командира. Пытки, насильственные изменения в телах различных существ, попытки создать химеру из различных созданий против их воли… и они смогли добиться некоторого успеха в этом, если судить по камерам, в которых были заключены ужасающие в своём омерзительном виде существа. Безумные, без признаков интеллекта на их подобии лиц.

Но самое страшное ждало на нижнем ярусе.

Огромное помещение, размерами с футбольный стадион, заполненное различными камерами и помещениями, и прямо посреди стоит одинокая пристройка. Именно от неё во все стороны расходилось наибольшее количество миазмов и негативной энергии.

Мариеус стоял с лицом полным боли, а Леула заплакала. Это было впервые, когда командир увидел от неё такие эмоции.

— Он там? — только и смог сказать командир, понимая, почему тираны в таком состоянии.

— Да…

Сухой, почти безжизненный ответ от Мариеуса.

— Тогда пойду я, — решительно произнёс Хиро, делая первый шаг в сторону этой камеры.

Глава 19

Вызволение товарища

Командир двигался медленно, не сводя взгляда с камеры перед собой. Внутри неё находился один из соратников Мариеуса, считавшийся пропавшим уже многие десятилетия. Проблема заключалась в