натуралистическое изображение. Некую суету аллегорическим фигурам придают пухлые младенцы-помощники. Они привносят излишнюю сюжетность и бытовизм в скульптурные группы. К примеру, малыш, включенный в аллегорическую группу торговли, деловито перевязывает бечевкой пакеты с покупками.

Металлические маски львов, призванные охранять богатство, украшают угловые башенки здания, возвышающиеся над карнизом. Маска Медузы увенчивает и арку главного фасада. Эти изображения уже близки стилистике модерна.

Интересна не только фигуративная или образная, но и растительная пластика здания. Колонки металлического каркаса витражей также увиты стилизованными растительными формами, характерными для модерна. Узкие полосы каменного рельефа, но уже с ботанически точным изображением листьев каштана, ненавязчиво «обвивают» по горизонтали вертикальные простенки окон бокового и главного фасадов.

Итак, тематика декоративного убранства очень многогранна и стилистически противоречива: тенденции нового течения – модерна – переплетаются с натуралистическими традициями прошлого.

Среди всего этого многообразия скульптурного убранства здания привлекает внимание фигура Меркурия, символизирующая торговлю. Меркурий дома товарищества «Братья Елисеевы» показывает нам величественного, гордого и уверенного в себе бога. Он настолько мужественен, что ассоциируется скорее не с торгашом-белоручкой Серебряного века, а с первооткрывателем новых торговых путей. Этому ощущению способствует и якорь, примостившийся у его ног. Но перед нами не предводитель дикой ватаги викингов, как на здании банка Вавельберга, а просвещенный мореход.

Мужественность бога Меркурия отражается и в Доме гвардейского экономического общества. (Б. Конюшенная ул., 21–23 – Волынский пер., 3, 1908–1909, арх.-худ. Э. Ф. Виррих, гражд. инж. С. С. Кричинский, И. В. Падлевский, арх.-худ. Н. В. Васильев, Б. Я. Боткин; Малый зал (левая часть по Б. Конюшенной ул.) —1912–1913, воен. инж. И. Л. Балбашевский; железобетонный каркас – фирма «Вайс и Фрейгат», скульптурный декор – мастерская В. И. Жилкина, майолика – предприятие П. К. Ваулина и О. О. Гельдвейна).

В начале ХХ века Экономическое общество гвардейских офицеров решило построить собственное вместительное сооружение. Общество могло себе это позволить. Годовой оборот этой организации, образованной на кооперативных началах, достигал нескольких десятков миллионов рублей.

Обществом был выкуплен участок земли, в прошлом занимаемый Волынкиным двором. В 1907 году объявили международный конкурс на лучший проект здания. В состав жюри входил знаменитый архитектор австрийского модерна О. Вагнер. Летом того же года прошли заседания строительной комиссии, в которых участвовали и некоторые члены конкурсного жюри. На этих заседаний были подробно рассмотрены премированные проекты. Причем, на одно из совещаний были приглашены их авторы, которые давали пояснения в присутствии ведущих архитекторов того времени П. Ю. Сюзора и Л. Н. Бенуа.

В 1908 году началось строительство первой очереди сооружения – торговой, предназначенной в основном для продажи воинского снаряжения. Но прежде чем приступить к работе, главный строитель здания – архитектор Э. Ф. Виррих и его помощник С. С. Кричинский посетили Европу и подробно осмотрели наиболее выдающиеся торговые дома Парижа и Берлина. Это помогло им осуществить задуманный проект с учетом требований, предъявляемых современным уровнем развития архитектуры.

Эти требования учитывали уже при создании конструктивного решения здания. Строительная комиссия тщательно выбирала тип конструкции будущего сооружения. Ее представители колебались в выборе между двумя системами – железокаркасной и железобетонной. Для разрешения проблемы разослали запросы фирмам, которые изготавливали те и другие системы. И на основании цен, заявленных фирмами, остановились на железобетонной конструкции, как сравнительно более дешевой. Доверили постройку этой конструкции германской фирме «Вайс и Фрейгат». Весной 1908 года фирма приступила к выемке земли, потом к плетению фундаментной плиты, а затем и к бетонированию.

Однако важным был не только вопрос цены, но и качества. Так, отдав возведение конструктивной системы иностранной фирме, отечественные специалисты не оставляли эту работу без внимания. Материалы по бетонированию периодически посылались в механические лаборатории института гражданских инженеров путей сообщения. А во время проведения бетонных работ строительную площадку посещали знатоки железобетонного дела. Многие из них, такие как профессор Н. А. Белелюбский, В. П. Стащенко, Н. А. Житкевич, В. А. Шевалев, оказывали содействие при разрешении ряда технических вопросов. Так как такая постройка в столь крупном масштабе была новинкой в Петербурге, ее осматривала особая комиссия от города под председательством старшего техника градоначальства. А по мере возведения этажей прочность здания проверялась пробною нагрузкой отдельных частей сооружения.

Очевидец строительства с неподдельным уважением к столь грандиозному проекту писал: «Главная особенность описываемой постройки заключается в монолитности ее остова. Фундамент состоит из сплошной железобетонной плиты, толщиной 1 арш. 14 вершк., уложенной на глубине около 1,6 саж ниже уровня улицы на всей площади, занимаемой домом. Из этой плиты непосредственно выдвигаются на всю высоту дома колонны, с которыми, тоже непосредственно, сопряжены железобетонные прогоны и балки; с прогонами и балками сопряжены, в свою очередь, междуэтажные перекрытия. Таким образом, весь остов представляет как бы гигантскую этажерку, отлитую из одного куска».

С учетом современных требований было решено отопление, вентиляция и освещение здания. Так, отопление было паровое, низкого давления, с паровспрыскивающими приспособлениями, которые гарантировали температуру поверхности печей не выше 80о С. Вентиляция проводилась при помощи электричества. Свежий воздух вводился в камеру в подвале (со стороны Конюшенной улицы), вытяжка была устроена на чердаке. Канализацию устроили таким образом, что все нечистоты и сточные воды дома, еще до спуска в городскую канализационную сеть, подвергались некоторой очистке в особом резервуаре, который был построен К. Д. Грибоедовым. Освещение состояло из 2400 лампочек накаливания обыкновенной силы света, как тогда говорили, и 122 больших, по 400 и 600 свечей, а также наружных фонарей с вольтовыми дугами.

Особые требования были предъявлены и к противопожарным мерам. В их выработке принимали участие председатель комиссии Ф. Э. Ландэзен и петербургский брандмайор Литвинов. В строительстве применяли не только огнестойкие материалы, но и стремились к тому, чтобы было равномерное распределение всех семи входов-выходов по периметру здания для того, чтобы около них не было столпотворения при возникновении пожароопасной ситуации. Была проведена полная изоляция подвала и чердака. Пожарные рукава имелись на всех этажах и на площадках пяти лестниц. На чердаке поставили 4 бака вместимостью 1 куб. саж. Устроили кнопочную электрическую сигнализацию, соединенную с ближайшей пожарной частью. Была не забыта и термическая сигнализация. Причем, все электрические провода были бронированы.

Интересно и внутреннее планирование помещения. При его создании приходилось учитывать кругооборот товаров. Современник писал об этом следующее: «Товары, привозимые в здание, поступают в сортировочное отделение в подвале, откуда развозятся частью в склады подвала и верхних этажей, а частью прямо в расценочное отделение в 5 этаже, а затем – в магазины. Проданные товары из магазинов поступают в отправочное отделение, где сортируются на отправки городские и иногородние, а оттуда в подвалы – для упаковки и отправки по назначению. Для движения товаров устроено 3 лифта, с грузоподъемностью по 40