не чувствовала себя достаточно защищённой, чтобы не бояться завтрашнего дня.

Поэтому я решила занять себя тем, что буду искать шпионку. Знали ли тётушка Крейгена о ней или брякнула недодумавши, по своему обыкновению, но я поднялась к себе в комнату и открыла шкаф с платьями. Надеялась осмотреть то самое, испорченное, хотя сомневалась, что найду зацепки.

Однако тётя Эйприл своими намёками и советами натолкнула меня на интересную мысль.

— Вам что-то угодно, миледи? — Глория тут же вышла из своей каморки. Она показалась мне бледнее, чем обычно, но я списала всё на общую атмосферу тревоги, витавшую в воздухе.

Даже призрак, живший в доме, больше не гремел по ночам цепями, а тихонько вздыхал в коридоре.

— Простите, у меня голова разболелась. Я думала, вы всё ещё внизу.

— Достань то платье, испорченное.

Теперь на лице Глории промелькнул нешуточный испуг, и на этот раз я напряглась.

— Достань, говорю. Надо кое-что проверить, — сказала я таким тоном, что горничная бросилась исполнять.

Я смотрела на разложенное на кровати платье и сосредоточенно молчала.

— Простите меня. Надо было выбросить его или приказать изничтожить, чтобы никто не нанёс вам зла, миледи, — робко начала Глория, а я всё думала, как бы подтолкнуть её к откровенности.

В том, что она так или иначе замешана, я теперь не сомневалась. Слишком перепугалась, когда поняла, что мне зачем-то понадобился этот наряд снова.

Давить и угрожать не хотелось, да я и подозревала, что это бесполезно. Тут надо действовать тоньше, например, провокацией.

— Нет, я благодарна тебе, что ты этого не сделала, Глория, — начала я самым миролюбивым тоном. — Ты слышала, что след от драконьего артефакта, которым его испортили, отследить невозможно?

— Всё так, миледи, — приободрилась она.

— Но я выяснила, что невозможного для такой сильной ведьмы, как я, мало. Видишь эту брошь? Мне её подарила Серцилия Истринс в знак дружбы. Я попытаюсь сейчас понять, кто испортил мне платье. С твоей помощью, разумеется.

— Но это же колдовство? — затряслась Глория ещё сильнее.

Осталось немного поднажать, и она всё расскажет.

— Как ты смеешь мне перечить⁈

Надеюсь, моё возмущение выглядело искренним.

— Я получила патент природной ведьмы вчера из рук её величества. Моё ведомство, особенно в моём собственном доме, направлено на защиту.

Я закрыла глаза, что-то там пробормотала и повернулась к служанке, пристально посмотрев на её руки. Пусть думает, что я на них что-то увидела. Тут Глория не выдержала и бросилась на колени, беззвучно рыдая.

— Простите, ваша милость! Умоляю! Он заставил меня!

— И кто же он? Говори имя!

Глория испуганно замолчала и покосилась на дверь комнаты.

— Он сейчас в нашем доме?

Надеюсь, что это не сам Драйзен Лезинг, тогда нам с Крейгеном завтра крышка!

— Это милорд Истринс. Он велел. Сказал, что скоро здесь будет хозяйкой его дочь, а меня сошлют в деревню, если не подчинюсь. И что с вами, простите, миледи, всё кончено. Скоро вас, так и сказал, арестуют, а милорда Вильсента выпустят. Я так испугалась, простите, умоляю!

Рыдая, она припала к моим ногам, но я не желала более её слушать. Доверие — роскошь в этом мире, а сейчас я не могла её себе позволить. К тому же мне надо было выяснить кое-что ещё.

— Скажи, а что он ещё тебе приказал? Отравить меня, опоить перед завтрашней битвой? Отвечай, или сдам тебя Комитету по магическому надзору!

Глаза Глории расширились от ужаса, я даже подумала, что перегнула палку, и сейчас горничная лишится чувств. Но нет, она собралась и, всё так же стоя на коленях, затараторила:

— Нет, что вы, миледи! Ничего такого! Он что-то пытался передать через меня, чтобы я подложила вам под перину, но я отказалась!

Глория и дальше продолжила бы уверять меня в том, что предала меня не до конца, и вообще не собиралась этого делать, но я позвала дворецкого. Приказала Янсону запереть Глорию в чулане под лестницей, и чтобы та вела себя тихо, пока Тристан Истринс не уйдёт.

— Пусть мужчины решают, что с тобой делать. Сиди тихо!

И сама отправилась вниз провожать гостя.

Я поспела как раз к тому времени, когда мужчины вышли в холл, и услышала обрывок разговора:

— Значит, договорено! Помните, Вильсент, о своём обещании. Ваш друг подтвердит мои слова: заклятье на драконьей крови нарушить нельзя!

Глава 19

Я замерла в коридоре. Отошла тихонько от лестницы, чтобы меня нельзя было заметить снизу.

Больше ничего важного мужчины не сказали, а когда старый дракон ушёл, я немного помедлила и спустилась, чтобы рассказать о предательстве Глории.

— Сама решай, как с нею поступить, — заключил Крейген, когда его друг высказался.

Глория не могла причинить этому дому большой вред, потому что он сам позаботился о его защите, как только переступил порог.

— А что в таких случаях со слугами делают?

Я твёрдо решила, что причинить девице физический вред не позволю. Несмотря ни на что.

Крейген в ответ на моё решительное лицо лишь улыбнулся и погладил меня по руке.

— Никто её не спалит в драконьем пламени.

— Хотя и следовало бы, — мрачно отозвался Драйзен.

— Следовало бы, — согласился Крейген. — В иные времена слуги дракона почли бы это за славную смерть.

Я даже представлять не хотела, как давно прошли те времена. Надеялась, что давненько. А также невольно поняла людской страх перед крылатыми ящерами.

И тут мне пришла в голову светлая мысль.

— Отошли её к Серцилии Истринс. Скажешь, что разоблачил шпионку и выслал прочь, а Серцилия пусть её примет, напиши ей письмо. Глория клянётся в верности, в том, что готова искупить вину, так пусть теперь шпионит ради нас. И носит записки Серцилии к Драйзену и наоборот.

Артефактор слушал мой план, почёсывая гладко выбритый подбородок, что было у него признаком раздумий и сомнений, но услышав последнюю фразу, нашёл его разумным.

— Я всё равно уже не могу ей доверять, но и ссылать образованную девушку в глушь мне не хочется.

— Ты слишком добра, Вероника, — Крейген продолжал смотреть на меня так, будто я самое ценное, что есть в этом мире.

— Слишком добра для драконьей пары, — согласился Драйзен и сам рассмеялся удачной, на его взгляд, шутке. — А идея мне всё больше нравится. Когда Серцилия станет жить одна, ей понадобится горничная. Пусть ею будет та, кого выберем мы, а не её отец.

Остаток дня я провела с дочерью, оставив мужчин строить планы и болтать обо всём на свете.

О том, в каких краях побывал Драйзен, какие артефакты ему удалось собрать